меня с жадным и голодным поцелуем, будто год был на воздержания.
Отбиваюсь от него, кусаю за губу, и он отшатывается, возмущенно прижав пальцы ко рту.
— Поли, — щурится и тихо шипит, глядя на окровавленные кончики пальца — ты что творишь? Ты меня до крови цапнула.
— Но Олег же… — шепчу я и вжимаюсь в угол, кутаясь в пальто Влада.
— А я привыкший, — спокойно отзывается Олег.
— В каком смысле? — обескураженно охаю я, и Влад кидает на него беглый и недовольный взгляд.
— Зря я тебя похвалил, что ты не из болтливых, да?
— Моя вина. Молчу.
Вглядываюсь в лицо Влада. Кого он еще на заднем сидении зажимал и целовал? Я, как жена, должна возмутиться, устроить допрос с пристрастием, закатить истерику и туфлей избить нахальную рожу, но… но какое мне дело? Да пусть хоть с десяток потаскух затащит в машину и устраивает с ними оргии.
— Что, ничего не скажешь и не спросишь? — Влад ухмыляется.
Смыкаю кончики большого и указательного пальца у левого уголка рта и тяну воображаемую молнию вправо. Ни слова больше не пророню, а то от кляпа во рту болят челюстные мышцы.
— А эта игра по мне.
Влад невыносим, и я хочу ему об этом сказать, но вовремя закрываю рот. Смеется, подлец. Низко и бархатно. На мгновение меня завораживает его улыбка, белые зубы и искры веселья в глазах, но потом я вспоминаю, что он, возможно, на заднем сидении не одну шлюху тискал. В бессильной злобе поскрипываю зубами и отворачиваюсь.
Это плохо. Он теперь меня не только пугает, но и выводит на смущение и ревность, которой я не должна испытывать. Я только вот на днях была замужем и свято верила, что люблю супруга. Да, Паша, оказался обманщиком и извращенцем, но я не чувствую отчаяния после развода, будто и не было у меня к нему привязанности.
Неужели не любила? Или меня накроет позже, когда избавлюсь от Влада? Сомнительно. Влад, конечно, перетягивает на себя много внимания, но даже наедине со своими мыслями я не нахожу тоски по прошлому. Было и ладно. Лишь бы фотографии Паши и видео с моим участием уничтожить, чтобы сохранить лицо.
А я лицемерка. Смеюсь. Поэтому я и была с Павлом, потому что я увидела в нем хороший фасад. Хотела быть приличной женщиной, которая замужем за приличным мужчиной.
Смеюсь громче, на грани истерики. Я искала в браке не любви, а красивую картинку, и я бы получила ее, если бы не появился Влад, который сковырнул краски, а под ними — плесень.
— Поли? — Влад с подозрением смотрит на меня.
И ведь я после недели с ним опять вернусь к тому, что буду цепляться за репутацию. На вопросы знакомых, почему мы разошлись с Павлом, буду говорить “Мы решили разойтись и мы друг другу благодарны. Остались хорошими друзьями”. И он тоже будет вещать что-то подобное. Опять замажем грязь свежими красками лжи.
Лишь холодный ветер меня немного успокаивает. Беру Влада под локоть, и он ведет меня к крыльцу отеля, в котором нас встречают нервные и бледные охранники с администраторами.
— Что? — строго спрашивает их Влад.
Напряженно переглядываются, и один из охранников, прочистив горло, тихо говорит:
— У вас гостья, Георгий Владиславович… Ждет… — и отводит взгляд, — наверху…
Глава 36. Никто не любит лжецов
Глава 36. Никто не любит лжецов
В гостиной нас встречает высокая брюнетка. Куколка куколкой. Таких красавиц не встретишь в метро или супермаркете, потому что грешно подобным прелестницам быть среди обычных смертных.
— Так, — вздыхает Влад и скрещивает руки на груди. — Любопытно.
Вот мне тоже очень интересно, кто же забежал к нему на огонек, но я молчу, потому что у меня тут своя игра. Отличный вызов. Ни слова не пророню.
— Горя, — девица хмурит брови.
Я удивленно вскидываю бровь и перевожу взгляд на мрачного Влада. Горя? Горя?! я впервые слышу, чтобы Георгия сокращали до Гори.
— Ты женат? — шепчет девица, и в уголках глаз блестят слезы.
Да, Горя, ты женат? Не отвожу взгляд с его сердитого профиля. На злого коршуна похож.
— Допустим.
Медленно моргаю. Мы заключили сделку не с фразой “допустим, будешь моей женой на неделю”. Допустим… Слово "допустим" подразумевает возможность ловкого маневрирования, мол, я же не утверждал ничего.
— Это она?
Перевожу взор на девицу. Любовница? Невеста? Точно не сестра. Хотя с семейкой Аренских ни в чем нельзя быть уверенными. Вдруг у Влада и Паши и сестра где-то завалялась? Мало ли.
— Ты должна быть на Бали, Надюш, — Влад хмурится. — Ты что тут делаешь?
— Это она? — повторяет девица. — Твоя жена?
А дальше происходит что-то странное. Надюша орет. Орет и кидается к комоду, на котором красуется ваза с фруктами. Швыряет во Влад яблока, а тот меня в сторонку отодвигает и уворачивается от снаряда.
— Женат?! — летит банан. — Женат?!
После банана идет в ход апельсины, груши, а затем и сама ваза, что разбивается на осколки в паре шагов от Влада.
— Он немая, что ли?! — рявкает Надюша и хватает бутылку с виски, в ярости глядя на меня.
— Надя, — цокает Влад и легонько пинает апельсин. — Выдохни.
Виски летит в стену, а я отхожу к окну, потому что оттуда обзор лучше.
— Выдохнуть?! — визжит Надюша, кружа о гостиной, а затем бросается в сторону статуи, которую пытается уронить, но у нее не получается. — Сука!
Делает шаг ко мне, и Влад шипит:
— Надя.
Замирает, и разъяренной гарпией бросается к софе. Разорвать подушки у нее тоже не выходит, поэтому она их топчет, пинает и с рыданиями швыряет во Влада:
— Ты зачем меня решил замуж брать, если женат?!
Влад зыркает на меня, а я вопросительно вскидываю бровь. Действительно, зачем? Не сказать, что я удивлена. Ничего сверхъественного не произошло, на самом деле. Влад, как и его родственники, лжец и подлец.
— Ты чего молчишь? — Влад вопросительно изгибает бровь. — Комментарии по этому поводу какие-нибудь будут?
Пожимаю плечами. Что мне сказать? Присоединиться к крикам обманутой невесты, которая не в курсе того, что я фальшивая жена на неделю?
— Надюш, — Влад задумчиво почесывает подбородок, — ты мне напомни, когда я успел позвать тебя
