— Хина не лечит, она снимает приступы, а малярия, как насморк, практически неизлечима, быстро превращается в хроническую лихорадку. — Седов посмотрел на осунувшегося друга и добавил. — Чего грустишь, я же не прошу засыпать все болота химикатами, как делали англичане в Индии в своё время. Если нам досталась чистая планета, нужно сохранить её такую. Уничтожать болота в ближайшее столетие никто не собирается, там неизученных растений и животных уйма, да и рис садить негде будет. Но, создавать сухую полосу для комфортного проживания и прокладки дорог необходимо сейчас. Пока наши специалисты не заболели, пока рабочие руки дёшевы и многочисленны, пока с нами никто не спорит. Нужно срочно везти из Австралии тысячи и десятки тысяч саженцев, семян эвкалиптов. Деревья высосут болотистую почву досуха, как это произошло в Абхазии и Ленкорани. Там, говорят, результат высадки эвкалиптов был виден всего через пять лет.
— Да согласен я, согласен. — Не выдержал Головлёв. — Ну нет сейчас свободных кораблей на механической тяге, нет. Мы в Индийский океан всего одну эскадру перегнали из двадцати одного корабля. Самых лучших и быстроходных, между прочим. В Европе, кроме катеров береговой обороны, не больше десятка теплоходов осталось, вот так. Обороняться ещё сможем, но, грузы к Суэцкому перешейку приходится на парусниках возить, ты этого просто не знаешь.
На рабочем столе наместника замигала небольшая сигнальная лампочка на корпусе селекторного телефона. Секретарь сообщал, что пришёл свой посетитель, кто-то из близкого круга.
— Кто? — Сорвал трубку Петро, выслушал и коротко велел. — Пускай.
— Добрый день, — зашёл в кабинет министр промышленности Корнеев, обстоятельно поздоровался с обоими мужчинами за руку. Вгляделся в их разгорячённые мрачные лица, уселся на своё любимое место в углу кабинета, и спросил. — Ругались поди? О чём, если не секрет?
— Какой от тебя секрет, — махнул рукой Головлёв. — Валя говорит, что надо срочно Австралию открывать, эвкалипты оттуда завозить в Индию, чтобы болота осушать в авральном режиме. А у нас добрых океанских кораблей толком нет, сам знаешь. Нефть в Аравии так и не нашли, полгода бурят, результатов никаких. Если отправлять на пятый материк эскадру Хесселя, так мало того, что горючее на исходе, так война с Персией, будь она неладна. Из Европы гнать корабли — полгода уйдёт, через Суэцкий перешеек горючее в бочках возим, когда на эскадру наберём такими темпами?
— Так я вовремя зашёл, весьма вовремя. — Улыбнулся Корнеев, закидывая ногу на ногу. — Как говорят в Одессе, у меня две новости, одна хорошая, другая ещё лучше. С какой начинать?
— Говори, юморист, чего уж там. — Невольно ухмыльнулся Головлёв, любуясь на ухватки друга.
— Во-первых, я только что от радистов дальней связи, где получил свежую новость об обнаружении на временно оккупированной территории Персии, неподалёку от порта Бушира, обширного района добычи нефти, прямо из колодцев аборигены черпают ценную жидкость. И цены настоящей ей не знают, судя по объёмам добычи. До Бушира не более тридцати вёрст, да неподалёку есть удобная бухта, всего в десяти верстах от нефтяных колодцев. — Министр промышленности обвёл друзей торжествующим взглядом. — Вторая новость в том, что в Даммаме смонтировали и приняли к эксплуатации нефтеперегонный завод, в расчёте на сто тонн исходного продукта в день. От того Даммама до Бушира по морю напрямую двести вёрст с гаком будет. Значит, топливо через Суэц можно не гнать больше, в НАШЕМ Индийском океане топлива для кораблей скоро станет достаточно.
— Однако, порадовал ты нас, Сергей Николаевич, этот участок побережья можно у персидского шаха Аббаса арендовать лет на сто, взамен части репараций. Тогда топлива нам хватит, пока свою нефть не обнаружим. — Расцвёл в непроизвольной улыбке наместник. Затем перевёл взгляд на Валентина и предложил. — Давай, подбирай состав первых поселенцев, человек триста, не больше, и место высадки. Через две недели пять кораблей из эскадры Хесселя можно отправить в Австралию, с одним бензовозом.
— Будет к этому времени бензин для десяти кораблей и полный бензовоз? — Повернулся Петро к Корнееву с вопросом.
— Даже не вопрос, ещё останется для местных катеров. — Заверил руководство страны министр промышленности, развалившись в полукресле. Демонстративно зевнул и добавил. — Я, ведь, чего сюда шёл? На закрытую верфь пригласить хотел, на завтра. Мы первый пятитысячник на воду спускаем. Корпус полностью сварной, из стального листа, четыре двигателя, расчётная скорость до сорока вёрст в час, дальность хода на полной заправке пять тысяч вёрст. На воде доведём до готовности за три месяца. Планируем оснастить тремя локаторами, визорами, то есть, для обороны пять стомиллиметровых пушек, три крупнокалиберных пулемёта. Думаю, хватит.
— Такие корабли бы в серию запустить, как пресловутые «Либерти», по одному в месяц смогут твои умельцы выдавать? — Встрепенулся наместник, блестя глазами.
— Нет, дай бог, два таких гиганта за год выдать получиться. — Развёл руками Сергей Николаевич с явным огорчением. — Но, сами корпуса, монтаж громоздкого оборудования, внутреннюю отделку, вполне можно делать на верфях Данцига, Ростока, Гамбурга. Оборудование изготовить, монтировать, обучить рабочих, инженеры пока будут наши, года вполне хватит. Листовой прокат к тому времени можно где-нибудь в Берлине катать, тьфу, в Берлове, всё забываю новые названия. Ну, вы поняли. Если каждая верфь будет по два корабля делать за год, от шести до восьми гигантов получим через два года. Пушки, локаторы, пулемёты, радиостанции, будем монтировать на Острове. Если хорошо пойдёт, можно массовое кораблестроение перевести на континент, оставить здесь опытные производства. Дёшево и сердито выйдет, как всегда.
— Так ты для этого сюда шёл? Чтобы нас на завтрашний праздник позвать? — Удивился наместник. — Позвонить не мог?
— Да нет, поговорить хотел секретно. — Смутился Сергей Николаевич, искоса поглядывая на Петра.
— Говори, все наши. — Наместник с Валентином уселись за стол, приготовились слушать.
— Хочу финансирования под строительство новой верфи на закрытом производстве, где пятитысячник на воду спускаем завтра. Пора подводные лодки начинать строить, деньги есть, технологии имеются достаточные, надо нарабатывать производственный опыт.
— Так с кем воевать? — Удивился Головлёв. — Противника под эти лодки не существует, мы флот любой страны надводными кораблями догоним и размолотим. На кой чёрт нам головная боль?
— Говорю же, надо нарабатывать производственный и эксплуатационный опыт. Будем строить по одной-две подлодки, нещадно эксплуатировать их, и, устранять недостатки по результатам испытаний. Личный состав обучим заранее, чтобы к нужному моменту у нас были готовые подводники и оборудование для изготовления качественных подлодок. — Корнеев удивлённо смотрел на Головлёва.
