Вдруг над ней раздался знакомый голос, и перед глазами появился улыбающийся Кристофер:
– Доброе утро, Сеси. Как себя чувствуешь? Выглядишь паршиво.
– Привет, Крис, – выдавила улыбку Рыжая Мэри, она была искренне рада увидеть друга.
Кристофер тоже улыбнулся и, склонившись еще ниже, спросил шепотом:
– Скажи, Рыжая, почему я вечно вытаскиваю тебя из передряг, в которые ты влипаешь?
Сесилия засмеялась и тут же почувствовала, как ноют мышцы.
– Где Патрик и остальные? Что с портом?
– Все хорошо, не переживай, – произнес доктор, однако Мэри уловила, как напряженно дернулись мышцы на его щеке.
– Крис, что случилось?
Кристофер вздохнул и тихо заговорил:
– Патрик и Франсуа в порядке, они у Эдуарда. Несмотря на все старания Эдуарда, – он загадочно улыбнулся, – мы не смогли одержать победу в порту.
– Это как?
– Вот так, – вздохнул доктор с мрачной досадой, – однако пираты тоже понесли большие потери. Они сумели захватить развалины порта. Там и до сих пор сражаются, но, насколько я понял со слов раненых, безрезультатно.
– Но почему? Ведь силы были на нашей стороне!
– Были, – фыркнул медик. – И я своей жизнью рисковал, ты даже не представляешь как! А потом, когда взорвался тот злосчастный корабль, прибыла «Победа». А «Победа» всегда побеждает… Короче, зря все наши старания.
Рыжая Мэри тяжело вздохнула.
– Где я?
– Ты в госпитале. Тебя принесли сюда часа три назад. – Кристофер протер очки и сменил тему разговора: – Кстати, ты знаешь, как появился этот госпиталь? Сегодня утром была заварушка возле тюрьмы, – он многозначительно посмотрел на Сесилию, – в этом переулке. Как понимаешь, были раненые, чтобы их далеко не нести, организовали госпиталь прямо на месте. Я пришел сюда помогать, им была нужна любая помощь, и меня не прогнали. Правда, когда пришли настоящие врачи, я остался не у дел. Теперь шатаюсь, узнаю последние новости у раненых.
– Неплохо устроился, – улыбнулась Сесилия и села.
– Голова не кружится?
– Нет.
– Все равно лучше посиди немного, не нужно тебе сразу ходить.
В этот момент друзья услышали многозначительное покашливание. Кристофер обернулся и побледнел. За спиной Сесилии стояли двое военных и наблюдали за миледи Вэндэр.
– Миледи плохо себя чувствует, – произнес Кристофер, преграждая им путь. – Вы не можете ее беспокоить.
– Миледи Вэндэр сделала ошибку, решив взять на себя право давать советы в ведении боя, – хмуро заметил один. – Она должна ответить за нее.
– Из-за нее мы сдали порт, – угрожающе сказал другой.
– Вы не можете обвинять ее в этом! – повысил голос Кристофер, лицо его побледнело от ярости. – Миледи Вэндэр ранена, последние два с лишним часа она была здесь без сознания.
Солдаты заколебались, но старший по званию грозно сказал:
– Нам дан четкий приказ привести миледи в любом состоянии.
– Вы не имеете права, ей нужна врачебная помощь, она не может идти!
– Тогда мы ее понесем, – желчно заметил солдат. – Она виновна в сдаче порта и ответит за это!
– Если миледи Вэндэр и дала совет, то это был совет, а не приказ! – взорвался Кристофер, не отступая перед напиравшими гостями. – Вы могли и не принимать его, а поступить по-своему. Ее вины нет в том, что ваши люди оказались слабыми, испугались и сдали порт.
Офицер наклонился к лицу Кристофера и злобно спросил:
– Почему, интересно, ты за нее заступаешься? Может, ты тоже причастен к нашему поражению?
– Я был там, я знаю, о чем говорю! – произнес Кристофер так, будто плюнул ему в лицо.
Сесилия неуверенно поднялась на ноги и твердо произнесла:
– Я пойду с вами. Мой врач заботится лишь о здоровье своих подопечных, он не причастен к событиям в порту.
Офицер кивнул и отодвинул полог палатки, Кристофер бросил на солдат испепеляющий взгляд. Сесилия посмотрела на доктора и коротко кивнула, после чего мистер Эскью с негодованием отошел в сторону. Второй солдат взял Сесилию за локоть. Проходя мимо Кристофера, Рыжая Мэри прошептала:
– Найди Франсуа, расскажи ему все.
После этих слов миледи Вэндэр вывели из палатки.
Процессия из трех человек шла по узким улицам города. Каждый шаг Сесилии отдавался мышечной болью, голова гудела, хотелось пить. Кроме этого, железные пальцы солдата, сжимающего локоть, все сильнее впивались ей в руку, отчего свело мышцу.
Мэри вздохнула и прибавила шагу. За последние несколько дней она столько всего пережила, что не испытывала страха, идя к неизвестности. Сесилия прекрасно понимала, что ей будут выносить ложные обвинения, найдут свидетелей, могут и судить, но она не боялась. Это ледяное спокойствие придавало ей сил идти вперед и бороться до конца. В душе Рыжей Мэри царило глухое безрассудное безразличие, смешанное с интересом. На миг ей стало даже смешно. Быть осужденной после всего того, что она пережила. Уголки рта тронула презрительная улыбка.
Наконец они достигли двухэтажного коттеджа, возле которого стоял караул. Они прошли мимо охранников и, миновав несколько комнат, очутились возле тяжелой дубовой двери. Один из солдат заглянул в комнату и, перебросившись с кем-то несколькими словами, кивнул второму. Отворив тяжелую черную дверь, трое людей зашли внутрь. Сесилия сделала несколько шагов по начищенному паркету и замерла от изумления. Дверь за ней с гулом закрылась.
Посреди комнаты, положив ноги на дорогой стол, сидел Стэнли Вуд. Конвоиры подтолкнули Мэри вперед, она неуверенно шагнула. Все ее безразличие как рукой сняло. Теперь она видела реальную угрозу. А избалованный вид этого человека заставил ее глаза вспыхнуть ненавистью.
– Миледи Вэндэр, – протянул Стэнли, поправляя свои уложенные волосы и закуривая, – как вам мой дом?
Сесилия стиснула зубы и спокойно ответила:
– Неплохо.
– Вы так скупы на слова? Жаль, – Стэнли наигранно вздохнул и выпустил в воздух голубой табачный дым.
Повисла пауза. Стэнли молча курил, Сесилия стояла перед ним и ждала, но тот не собирался говорить. Двое солдат за спиной Мэри не проронили ни слова, будто в статуи превратились. Выкурив сигару, сэр Вуд взглянул на уставшую женщину и тоном начальника жестко произнес:
– По вашей вине был сдан порт. Вы, миледи, думали, что знаете лучше моих людей маневры пиратов, но вы ошиблись! Из-за вашей ошибки погибли люди. Поверьте, – он прищурился, – вы ответите за свою ошибку.
