– Быстрее за хворостом и за изгородями, несите все, из чего можно сделать мост!
Оторопевшие солдаты подчинились, мост быстро соорудили. Последовал штурм, и, к удивлению солдат, город был легко взят, почти не оказав сопротивления.
После захвата города войска двинулись на север, к Ла-Шарите-сюр-Луар. Осада началась 24 ноября и обернулась поражением, так как отряд Жанны не получал никакого снабжения и денег.
Поражение под Ла-Шарите не вызвало никакого неудовольствия у короля. Напротив, Жанне и ее близким был пожалован графский титул дю Лис (то есть Лилий). Получается, что никакого другого результата от похода Жанны король и не добивался. Тогда зачем было отправлять ее в поход? Чтобы девушка не могла пожаловаться, что ее держат без дела?
Присвоение Жанне графского титула было чисто символическим, никакого графства ей не дали. А ведь оно очень помогло бы ей позже, когда девушка оказалась в плену. Популярность Жанны была по-прежнему велика, но власть имущие относились к ней все более пренебрежительно. В конце января 1430 года художник, изготовивший для Жанны знамя, готовился выдать замуж свою дочь. В письме казначею города Тура Жанна настоятельно просила выделить новобрачной 100 экю, чтобы она могла купить себе подобающую одежду. После обсуждения муниципальный совет посчитал, что подобный дар превосходит его скромные возможности (о бедный, бедный муниципалитет!), и ограничился тем, что заплатил за свадебные хлеб и вино сумму менее 2 экю. Запомним эту подробность. Она позволит нам разобраться в некоторых событиях, происшедших в 1430 году.
Возобновление боевых действий
Тем временем Англия пыталась реализовать программу Ланнуа. Бедфорд подарил Филиппу Доброму Шампань, которая принадлежала французам. Англичане заверили герцога, что помогут ему «получить свое законное добро». Тогда Филипп Добрый разместил бургундские гарнизоны в Руа и Мондидье, а в марте, не дожидаясь конца перемирия, направил в Шампань армию под командованием маршала де Тулонжона. Англичане поддержали его, хотя не без задней мысли. Если Филипп рассчитывал получить побольше и от Франции, и от Англии, то Бедфорд вел свою игру, пытаясь обескровить французов руками бургундцев. Однако последние были слабы, и Англия направила им на помощь войска, которые смогла насобирать.
15 февраля Карл VII покинул свою резиденцию в Мен-сюр-Йевр и обосновался в Сюлли-сюр-Луар. Туда в начале марта была вызвана Жанна. Это было связано с тем, что Карла VII все более беспокоило поведение герцога Бургундского. Тот постоянно отодвигал сроки проведения конференции, которой должно было закончиться перемирие, но при этом требовал немедленной передачи ему городов на Уазе и начал наступление в Шампани.
Повсюду разворачивалось освободительное движение против оккупантов. Внезапная операция, проведенная в Сен-Дени, привела к уходу оттуда бургундцев. Несколько позже Мелен восстал и изгнал английские войска. В марте готовился крупный заговор в Париже. В нем участвовали представители духовенства, судейские, ремесленники, торговцы. Во главе заговора стоял некто Жак Педриель. Связь между заговорщиками осуществлялась при помощи людей королевы Иоланды – монахов-кармелитов, переодетых «землепашцами». Восстание провалилось из-за того, что один из них, брат д’Алле, был схвачен и под пыткой выдал имена заговорщиков. Более 150 человек было арестовано. Шестеро публично казнены 8 апреля на Парижском рынке. Других тайком утопили в Сене. Некоторые заплатили выкуп и тем спаслись.
Однако худшее ждало бургундцев на Уазе, и это было связано прежде всего с событиями под Компьенем. Впрочем, весной 1430 года еще ничто не предвещало для них беды.
Компьень, равно как Крей и Пон-Сент-Максенс, был обещан Карлом VII бургундцам. Но когда Карл де Бурбон, граф де Клермон явился туда и именем короля потребовал от жителей сдаться Филиппу Доброму, горожане решительно отказались подчиниться. Капитан французского гарнизона Гильом де Флави привел укрепления в состояние боевой готовности. Карлу де Бурбону оставалось только признаться герцогу Бургундскому, что он бессилен. Горожане готовы были скорее погибнуть, чем попасть под власть герцога Бургундского. Они поставили себя в положение мятежников по отношению и к герцогу Бургундскому, и к Карлу VII.
Разумеется, Жанна была в курсе событий. Ей сообщили также, что жители Реймса чувствовали себя в опасности. 16 марта она написала два письма жителям Реймса. Интересно, что эти послания, как почти все письма того периода, отправленные от имени Жанны, были подписаны ею собственноручно – то есть она научилась подписываться. Исключение составляет угрожающее послание, написанное на латыни от имени Жанны ее духовником Жаном Паскерелем гуситам Богемии. Судя по всему, Жанна отказалась подписать его. Нельзя исключать, что этот ее поступок усилил враждебность к ней со стороны церкви. Впрочем, открыто его в вину Жанне не ставили и в обвинительное заключение на процессе в Руане этот эпизод в явном виде не был внесен.
4 апреля герцог Филипп Бургундский прибыл в Перонну, где приказал собрать войска. Авангард выступил под командованием графа Жана Люксембургского. 22 апреля за ними последовала остальная армия. Вскоре в Кале прибыл Генрих VI с 2 тысячами солдат. Это были явно не те силы, которые рекомендовал собрать Ланнуа. Они годились для борьбы с партизанами или для поддержки бургундцев, а еще скорее – для защиты юного короля, но не для самостоятельных действий англичан. То был первый признак истощения Англии. Некоторые историки дают другое объяснение: английские солдаты панически боялись Жанны Дарк. Однако эта тенденция сохранилась и после гибели девушки.
План похода был согласован между бургундцами и англичанами. В первую очередь Филипп Добрый стремился захватить Крей и Компьень, преграждавшие проход по Уазе. Крепость Гурне-сюр-Аронд к северу от Компьеня 6 мая сдалась бургундцам без боя. Бургундцы осадили Шуази-о-Бак, преграждавший путь к переправе через Эну.
6 мая Карл VII заявил, что бургундский кузен его одурачил. Мы еще остановимся на этом заявлении. Не все в нем так просто. В отличие от англичан и бургундцев Карл VII ничего, казалось, не предпринимал. Тем временем, по словам одного из хронистов, в последние дни марта или в апреле Жанна с небольшим отрядом наемников покинула Сюлли-сюр-Луар. Она уехала без ведома короля, не простившись с ним, сделав вид, будто едет на какую-то забаву, и направилась в Лани-сюр-Марн. Король и его советники дали Жанне возможность уехать на свой страх и риск? С этим можно было бы согласиться, если бы не одно обстоятельство: кто-то дал деньги Жанне на выплату жалованья наемникам. Следовательно, если даже король не разрешил ей формально отъезд, он дал «добро» своим подчиненным на то, чтобы профинансировать поход.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
