Примерно на полпути к мастерской Инди заметил стоящего на обочине одинокого человека. Приблизившись, он узнал старика в матросской шапке, который разговаривал с ним в таверне – Чокнутый, что ли? После ночных событий Инди совершенно забыл о нем. Что же он говорил? Что-то о пифии. Якобы она проглотит Инди, вот что. Теперь эти слова показались Инди куда более осмысленными, чем в прошлый раз. Но может статься, старик действительно выжил из ума и несет всякую чушь.
Чокнутый пристально вглядывался в проезжающих.
– Ты его знаешь? – спросил Инди.
Судя по усмешке Дорианы, старик ей явно знаком.
– Не стоит обращать на него внимание.
– Я слышал, он член Ордена пифий и способен предсказывать будущее.
– Наверно, потому его и считают деревенским дурачком, – со смехом тряхнула головой Дориана. – Никто не принимает его всерьез.
И, словно желая положить разговору конец, пришпорила лошадь, галопом помчавшись вперед.
Инди пришлось догонять ее всю дорогу до конюшни, где они спешились, а затем прошли в мастерскую. Это деревянное строение внутри походило на пыльную, плохо освещенную библиотеку. Но вместо книг ряды полок заполняли ископаемые находки. Насколько Инди понимал, здешние драгоценности искателей сокровищ уж никак не привлекут. Ни золота, ни серебра, ни драгоценных камней. Ни следа былых баснословных сокровищ. Только Крез преподнес святилищу за одно-единственное предсказание сто семнадцать слитков драгоценных металлов, золотого льва весом в пятьсот семьдесят фунтов, статую своего кондитера высотой в четыре с половиной фута и множество прочих ценностей. Все это достояние давным-давно исчезло. Один лишь Нерон вывез из Дельф пятьсот золотых статуй.
Ряд за рядом на полках стояли таблички размером с ладонь, покрытые древними письменами. Не меньше дюжины табличек лежало на длинном столе, за которым обычно работала Дориана.
– Увлекательное чтиво? – поинтересовался Инди, проводя кончиками пальцев по строчкам углубленного текста.
– Вчера я прочитала пару сотен таблиц, – сообщила Дориана.
– Зачем?
– Я не возвращалась к этим толкованиям уже несколько лет. Время от времени надо освежать их в памяти.
Инди взял первую попавшуюся табличку и пробежал глазами древнегреческий текст. Речь шла о совершенно мирских интересах – некий купец спрашивал совета по поводу продажи шестисот тюков шерсти новому покупателю. Оракул советовал ему не уступать в цене, а прямо перед тем, как ударить по рукам – слегка сбавить ее, что сулит прочные и выгодные отношения с этим покупателем на последующие годы.
Инди отложил табличку, гадая, чем же привлекает Дориану подобная литература. Быть может, таким способом она просто отвлекается после недавнего нервного истощения. Ему очень хотелось расспросить ее об ощущениях, но когда он затронул эту тему, Дориана отделалась околичными замечаниями, уклонившись от ответа.
Достав из шкафчика наплечную сумку, Дориана извлекла из нее и выложила на стол шесть миниатюрных кирочек различной длины, пояснив, что вначале они были одинаковыми, но от употребления сточились.
– Многие археологи предпочитают пользоваться совками – меньше риск повредить находку. Но я нахожу, что при аккуратном обращении ручная кирка куда удобнее. Выбирай, какая нравится.
Инди провел ладонью по лезвию инструмента.
– А я не попорчу доску?
– Нет, если только не будешь бить по ней. Не торопись, подкапывай снизу. Судя по выступающей части, она скрыта в земле на шесть-восемь дюймов. Не долби слишком близко к ней.
– А почему они писали то на маленьких табличках, то на целых досках? – поинтересовался он.
– Большинство толкований записывали на табличках. Но судьбоносные прорицания, важные не для отдельной личности, а для всех, иногда писали на больших таблицах или целых досках, вроде той, что тебе предстоит поднять.
Инди указал на набор кистей в ее сумке и спросил, не понадобится ли ему хоть одна. Дориана ответила отрицательным жестом.
– Чистить доску будем уже наверху.
Пошарив в сумке, она вытащила проволочную кисть.
– Возьми вот эту – на случай, если обнаружишь что-нибудь неожиданное. И еще, пока я не забыла – вот держатель для факела и колотушка, чтобы заколотить его в стену.
Пока Инди укладывал инструменты в рюкзак, Дориана осмотрелась, вспоминая, не забыла ли чего-нибудь.
– Стефанос, должно быть, уже приготовил веревки и сеть. На одной веревке спустишься ты, на другой мы подымем доску. Сначала набросишь на доску сеть, затем привяжешь крючки сети к петле на веревке. Ясно?
– Как-нибудь разберусь.
Ее нравоучительный тон раздражал Инди. Может, опыта у него и маловато, но он все -таки не слабоумный и знает, как привязывать крюк к веревке.
– Есть вопросы?
– Да вроде нет.
Дориана сжала губы, на лице ее застыло непроницаемое выражение.
– Конечно, задание кажется тебе элементарным, но я говорю тебе об этом не просто так. От правильности твоих действий зависит успех всего предприятия. Я не хочу, чтобы внизу ты не знал, что делать или, хуже того, сделал бы все неправильно.
– Сколько времени это займет?
– Болтаясь на конце веревки, долго не проработаешь. Мы вытащим тебя через сорок пять минут. Затем, если ты будешь настроен продолжать, отдохнешь пятнадцать минут и спустишься вновь.
– А если я закончу с первого раза?
– Не рассчитывай, – усмехнулась Дориана. – Работать в таком положении нелегко. Если не закончишь со второго захода, мы подождем, пока кончится извержение миазмов, и в три часа повторим попытку.
– Значит, миазмы все-таки опасны?
Она застегнула сумку.
– Просто работать в тумане будет трудновато, как ты думаешь?
«Опять увиливает от ответа», – отметил Инди про себя и сказал:
– Конечно. Особенно, если он опасен.
Дориана отнесла сумку к шкафчику и убрала ее внутрь. Пора немного надавить на нее.
– А что ты помнишь?
Она вернулась, остановившись перед ним.
– Что ты спросил?
– Ну, в миазмах. Что там произошло? Дориана отвела взгляд, словно вдруг заинтересовалась лежащими на столе табличками.
– Толком не знаю, Инди, – в ее голосе вдруг прорезалась безмерная усталость. – Пожалуй, я просто избегала думать об этом.
В первый раз после прибытия в Дельфы она назвала его по имени.
– Быть может, вспомнить все же стоило бы.
Она кивнула и медленно обернулась к нему лицом.
– Я помню, как вошла в туман, вдохнула и подумала, что никакие это не миазмы. Никакого зловония. Можно дышать без опаски. Более того, теперь я припоминаю, что почувствовала необыкновенную легкость. Давно мне не было так хорошо.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
