– Вроде бы нет. В афинских тавернах так же весело, паренек?
– Джонс! – окликнули его басом. Инди обернулся и увидел стоящего в дверях таверны Думаса. Раскрасневшийся потный археолог устремил на Инди указующий перст. – Ты не здешний. Если хочешь снова увидеть Париж, держись подальше от греческих дел.
Инди открыл дверь своего номера на несколько дюймов и положил книги на пол. Оглянувшись через плечо, он убедился, что Никос не последовал за ним. Затем, вместо того, чтобы войти, захлопнул дверь и двинулся по коридору к черному ходу. Оказавшись на улице, он обогнул гостиницу, вышел к конюшне, где оседлал одну из лагерных лошадей.
Надо как можно быстрее добраться до руин. Дельфы – это ловушка. Наверное, Думас участвует в заговоре против Дорианы и ее отца; нужно непременно рассказать ей об этом. Скорее бежать отсюда, не теряя ни минуты!
Через деревню ехать нельзя – придется миновать таверну, а там его может увидеть Думас или кто-нибудь из этих. Инди направил коня за конюшню, к узкой лесной тропинке. Он проезжал этой извилистой тропкой лишь однажды, да и то днем, с Никосом вместе. Но он знал, что может положиться на инстинкт лошади, который непременно подскажет животному дорогу домой.
Конь неторопливо затрусил прочь; тьма окутала Инди непроницаемой пеленой. Ничего не было видно уже в паре футов. Тропа то полого поднималась, то сбегала под гору, то опять поднималась. Инди покачивался в седле, натягивая поводья, чтобы конь не прибавлял шагу.
– Полегче, мальчик. Главное, с дороги не сбейся.
Внезапно дорога нырнула вниз, конь заскользил боком и заржал.
– Тпру, тпру, – завопил Инди, натягивая поводья.
«Это ошибка, – сказал он себе, – грандиозная ошибка. Не стоило этого делать. Но возвращаться поздно. Справлюсь как-нибудь». Словно в ответ на его мысли, конь встал как вкопанный.
– Что случилось, мальчик?
Тут Инди разглядел, что тропа раздваивается, и конь ждет, куда его направят.
– Эй, не знаю. Просто поезжай в лагерь. Знаешь, туда, где стойло.
Конь фыркнул, мотнул головой и стал рыть землю копытом. Но двигаться ни направо, ни налево не собирался. И тут позади послышался шум. Инди повернул голову и прислушался. Вот, опять. Цокот копыт по тропе.
– Иисусе! Преследуют! Поехали же!
Он рывком повернул голову коня налево, поддал пятками и тряхнул поводья. Конь припустил рысью, взбираясь по склону. Должно быть, видели, как он вышел из гостиницы и сообразили, что он собирается предпринять. Место для стычки явно неподходящее; пожалуй, такое-то им и нужно. Без свидетелей. Просто и симпатично. «Какой же я лопух!» – мысленно воскликнул Инди, заслышав приближающийся шум погони.
Пожалуй, стоило бы покинуть седло и направить коня вперед. Они погонятся за животным, а Инди тем временем скроется. Мысль хорошая, но только он собрался спешиться, как поводья выскользнули из его рук. Инди ощупью попытался отыскать их во тьме, но не нашел.
– Черт с ними, – пробормотал он, и стал сползать прямо на ходу. Но в этот момент тропа пошла в гору, и толстая ветвь врезалась Инди прямо в лоб, вышибив его из седла. Полетев во тьму, он грохнулся оземь.
Инди всхлипом втянул воздух; топот копыт раздавался совсем рядом. Перекатившись на живот, Инди, шатаясь, поднялся на ноги. Запинаясь, сделал шаг, другой, и упал на колени. Попытался снова встать, но повалился на спину. Высоко в небе звезды закружились в сумасшедшей пляске. Инди опустил веки, погасив небосвод, и потерял сознание.
Голос.
– Инди, ты живой?
Он заморгал глазами, фокусируя взгляд, и увидел Никоса.
– Куда они поехали? Они гнались за мной и…
– Это был я. Пытался тебя нагнать. Ты чуть попал под копыта моего коня.
– У меня такое чувство, будто по мне прошелся копытами целый табун.
– Идти можешь?
Инди сел и потер голову.
– Кто его знает. По-моему, ничего не сломал.
Никос помог ему встать на ноги.
– Зачем ты ночью поехал к руинам?
– Мне надо поговорить с доктором Белекамус. Где конь?
– Вон там, – махнул Никос рукой вдоль тропинки. – Только ты свернул не туда. Этой дорогой до руин не доберешься.
– Покажи мне дорогу.
Инди отряхнулся и пошел к лошади.
– Инди, по-моему, тебе надо остерегаться доктора Белекамус.
– Остерегаться? С какой это стати?
– Из-за нее самой. Ты ее толком не знаешь.
– Ты прав, не знаю. – Инди припомнились слова Дорианы об отношении к ней жителей деревни. – Давай поговорим об этом в другой раз. А сейчас я должен добраться до руин.
Он отвязал коня от дерева и поставил ногу в стремя.
– Послушай, – поспешил за ним Никос. – Находиться рядом с ней опасно.
Инди обернулся и уставился на подростка.
– О чем это ты?
Никос подошел поближе и взялся за поводья коня Инди.
– Оракул возвращается и, говорят, доктор Белекамус – пифия.
– Кто говорит?
– Те люди в таверне. Панос, его сын Григорис и Думас тоже, по-моему. Они все – члены Ордена.
Инди помотал головой.
– Какого еще Ордена?
– Ордена пифий. Они хранители древних знаний.
– Но с чего они взяли, что Белекамус – пифия?
– Тот старик в таверне, Чокнутый – старейший член Ордена. Много лет назад он предсказал, что пифия вернется. Сказал, что это случится после сотрясения земли и перед приездом короля.
– Потрясающе! Но это не отвечает на мой вопрос. Почему именно Белекамус – новая пифия?
– Чокнутый говорил, что пифия будет из дорян.
– Из дорян? И много их тут?
Инди вспомнились сведения, недавно вычитанные в какой-то книге. Доряне, или дорийцы, были племенем завоевателей. Это племя неразрывно ассоциировалось в Греции с Мрачными веками около тысячного года до нашей эры. Они заменили богинь-матерей божествами-мужчинами. Быть может, именно благодаря их влиянию Аполлон обрел в Дельфах такую власть. Дорян было множество, и Белекамус не имеет к ним никакого отношения. Впрочем, «дорян» и «Дориан» – почти одно и то же.
– Много лет об этом предсказании никто не упоминал, – объяснил Никос. – Но сразу же после землетрясения Думас связался с Дорианой Белекамус, и когда она сказала, что возвращается, Панос убедился, что пророчество сбывается.
– И ты веришь этому?
Никос с удивлением поднял глаза на Инди.
– Меня об этом никто спрашивал. Но я думал, что все это бред полоумного старика, пока не услышал, что приезжает король. Сам видишь, все сходится.
– Что-то ты слишком осведомлен о происходящем, – подозрительно прищурился Инди.
Никос улыбнулся и склонился к нему поближе.
– Стараюсь. Присматриваюсь, прислушиваюсь. Можно много всякого услышать и увидеть. Без этого тут было бы ужасно скучно.
– Чудесно, Никос. Но, пифия Дориана или нет, а поговорить с ней я должен. Эти люди опасны.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
