Я не слушала. Ведьма деловито ударила метлой трижды оземь, и метла уменьшилась. Затем я положила ее в передник, сняла перчатки, размотала и сложила шарф. И все это методичными и выверенными движениями, потому что я знала, что делаю, и знала, когда следует приступить.
Неожиданно контур погас, делая видимым стоящего у барьера мага-отступника. И это чудовище, глядя на меня, медленно произнесло:
— Ве-е-едьмочка-а…
«Орель» разозлился.
— Здоровеньки булы, дяденька!
— Язвишшшь? — прошипел маг.
— Ерепенюсь, — ответила я.
— Трепыхаешшшься!
— Разве? — я нагло смотрела на мага-отступника, который сейчас не был способен причинить мне вред, а как защитить тех, кто угодил в собственную ловушку, я знала.
— Ведьмочка! — маг даже голос повысил.
— Не ведьмочка, а ведьма! — рявкнула я.
И я смотрела исключительно на это чудище, стараясь не видеть того, кто безвольной куклой стоял шагах в двадцати позади него…
— Ведьмочка, — повторил маг-отступник, — ты сделала этот приз поистине восхитительным…
— Какой приз? — я не буду смотреть на Инара. Не буду!
— Двенадцать сильных магов, среди которых одна с кровью первородных и в дополнение ведьмочка без должной защиты. Это будет вкусно…
«Орель» расправил крылья, и я вновь задрала голову, чтобы, глядя в рожу мага, вполне радостно сообщить ему:
— Размечтался, урод долговязый!
Он ударил почти мгновенно. Ташши за моей спиной выругался, и пентаграмма, вспыхнув, удержала контур. Но это уже не было необходимостью. Я очень спокойно дошла до края защитного поля, опустилась на колени и положила ладони на магическую линию, питая ее своим огромным резервом. И линия на глазах начала увеличиваться, пентаграмма сменила цвет на ярко-синий, а маг-отступник в ярости начал плести новое атакующее заклинание… и еще… и снова…
Мне было неудобно из этого положения смотреть на него, но я все же наплевала на мнение шеи о поведении хозяйки и откровенно злорадно ухмылялась в рожу этому… чуду.
Подбежал Ташши, потом Аниас и Леонс, но они не мешали, отчетливо понимая, что я спасаю их жизни. Понимал это и отступник, свирепея и в яростном безумстве сметая все на своем пути. Вновь и вновь в нас неслись заклинания, но контур удерживала ведьма, и они проходили через меня, не причиняя вреда адептам. В какой-то момент создалось ощущение, что все кладбище — словно огромное торнадо, а мы в эпицентре, но даже это не позволило смять защитный барьер. Сила полного ведьминского круга — это сила, с которой вынуждены считаться даже архимаги.
И он отступил. Пространство, изломанной грудой окружающее нас, вернулось к нормальному состоянию. А я продолжала удерживать грань, без особого труда и напряжения.
— Ведьма, — задумчиво произнес маг-отступник и неожиданно присел на корточки, напротив меня, — ты действительно хочешь их спасти?
— Да, — спокойно ответила я.
— И надеешься, что силенок хватит?
— Да.
Чудовище хрипло рассмеялось и, чуть наклонившись, так что возле его лба заискрилось защитное поле, тихо спросило:
— Неужели ты веришь, что кучка твоих непутевых друзей сумеет победить меня?
— Нет, — и я убрала руки. Села на землю напротив мага и, улыбаясь, посмотрела на того, кто был одним из носителей смерти. — Слушайте, дяденька, — улыбка моя ширилась, так как, в отличие от мага, я видела, что творится за его спиной, — вы действительно думаете, что ведьмы такие же безголовые, как и маги?
— Ты прямое тому доказательство, — произнес отступник.
— А ты уже труп, — едва слышно сказала я.
Главный ударил без предупреждения! Темно-фиолетовые силовые линии вырвались из его рук, взрывая все щиты мага-отступника. Даркаэрш Рханэ бил без жалости и сожалений, уничтожая зло и его носителя. А я сидела напротив мага на расстоянии вытянутой руки и в странном оцепенении смотрела на агонию чудовища. Смотрела и откровенно поражалась силе нашего главного — и Инар, и Ташши, и Аниас атаковали отступника снаружи, пытаясь убить… А некромант поступил иначе — он убивал чудовище изнутри, воскресив в нем всех тех, кого маг-отступник выпил за годы своей жизни.
— Не смотри, — Ташши заслонил от меня происходящее, а после и вовсе обнял.
Я была не против — от некроманта пахло чем-то приятным, несмотря на ощутимый запах пота. А еще, прижимаясь лицом к его рубашке, я не видела, как чьи-то призрачные черепа вырываются из тела мага-отступника. Но самое главное — я могла сделать вид, что совершенно не замечаю, как столь же методично и безжалостно наш главный убивает Инара… Инара, на которого я старалась не смотреть… Инара, который был связан с отступником, отдав себя за невесту… Инара, который был уже почти мертв.
И несмотря на то что я все это знала, увидев сквозь круг, я вдруг не выдержала:
— Не надо, — простонала я, обнимая Ташши и прижимаясь к нему сильнее.
— НЕТ!!! — закричала Лианна, которая, наконец, поняла, что спасение пришло для всех, кроме Инара. — Не-е-ет, пожалуйста. Нет!
— Он уже не наш, Ярослава, — почему-то Ташши пытался оправдать действия дяди. — И все из-за Лин… Глупая влюбленная идиотка! Мы ждали мага-отступника, все было рассчитано и выверено, я сам проверил расчеты раз двадцать! Мы выстроили защитный контур, я влил силу в пентаграмму и тут…
— Появился этот урод, и у него была Лин, — прошептала я.
— Откуда?.. — Ташши чуть отодвинул, удивленно вглядываясь в мое лицо.
— Дар Предвидения, усиленный полным ведьминским кругом, — почти шепотом ответила я. Тут послышался очередной крик Лин, и я снова прижалась к Ташши. — Я все видела… как маг предложил сделку — Инар и его полное подчинение отступнику или жизнь Лин. Инар вышел из круга в надежде спасти любимую девушку. Но он не понимал, что отступник видит контуры силы и прекрасно осознает: без Инара вектора силы смещаются, ваши выверенные до микроделений схемы рушатся. Произведя размен пешек, маг вполне обоснованно планировал получить всех вас.
— Да, — ошеломленно выдохнул Ташши.
Лин закричала снова, потом завыла.
И ведь она не хуже меня понимает — Инар погиб в тот самый миг, когда позволил отступнику наложить заклинание, и теперь его разум спит. Инар не проснется. И вместо мага, которого Лин любила, теперь имеется лишь одно чистое зло, руководствующееся только древнейшими инстинктами. Инара не спасти… слишком поздно. И что-то внутри подсказывало, что я очнулась в тот самый момент, когда он погиб.
— Танаэш! — крик главного, и некромант, отпустив меня, ринулся к дяде.
Я обняла плечи руками и посмотрела на Лин. Ее удерживали Аниас и один из друзей Инара. Оба парня были бледны, да и остальные не лучше. И все в каком-то священном ужасе взирали на то, что творилось за моей спиной. Я не выдержала и обернулась.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
