С магом-отступником все было кончено, но… но он отчаянно не желал гибнуть. Используя связующую нить, что осталась после заклинания, направленного на Инара, маг влил свою силу в обращенного. Это было жутко — чудовище, пожираемое призрачными черепами, вскинув руку, отдает силу. Жутко, но действенно. Действенно настолько, что Инар, с совершенно белыми пустыми глазницами, рычал оскаленной пастью и держал удар главного.
— Танаэш, — вновь крикнул некромант, — он не должен уйти. Слишком много силы, слишком…
И в этот миг ударил Инар. Главного, который практически висел в воздухе, поразило с такой силой, что он отлетел на несколько десятков метров и с трудом сохранил равновесие, а Ташши отлетел и упал.
Тут чудище, которым стал Инар, медленно повернулось к нам. Я нервно проверила контур — он должен был выдержать даже удар той силы, которой смело главного. А обращенный медленно двинулся к нам… ко мне… И он шел, шел, шел… да всего-то шагов пятнадцать и идти было надобно! Когда кукла с лицом темноволосого мага вплотную приблизилась к контуру, я почему-то прошептала:
— Инар…
Ответа я не ждала. Это была уже совершенно другая сущность, которая если бы и воспылала ко мне интересом, то только плотоядным. И я плакала, молча глотая слезы и глядя на губы, которые целовали меня, это были впервые в моей жизни поцелуи. Я буквально оплакивала его…
— Ярослава, отойди! — скомандовал главный.
А я почему-то продолжала стоять и смотреть на Инара.
— Ярослава, пожалуйста, умоляю, Ярочка, только не отходи от него, — взмолилась Лин. — Я все что хочешь сделаю, только не дай им убить его… Ярослава!..
— Лин, он уже другой, понимаешь? — Аниас явно был зол на нее.
— Не убивайте его-о-о, — Лианна рыдала, — не убивайте… не надо… Инар!
Я видела, что два некроманта готовы нанести удар, и я понимала, что это будет последний удар для того, кто все же был мне дорог… и я осознавала, что нужно отойти, потому что главный боялся задеть меня, а мой контур вряд ли посчитает его магию опасной и, скорее всего, пропустит ее. Несмотря на то что разум отчетливо осознавал ситуацию, сердце поступило по-своему.
— Инар, — тихо позвала я.
Чудище вскинуло голову, вглядываясь в меня, словно слышало, словно понимало… и я протянула руку, касаясь руки обращенного и вливая в него остатки своего ресурса…
Удар! Меня снесло ударной волной, но, падая, я все же успела заметить портал…
— Черт! — взревел главный.
— Ярослава! — закричал Ташши и бросился ко мне.
А я благополучно потеряла сознание. Имею право, между прочим, меня повторно высосали с разницей в сутки.
* * *
— Что ты наделала!
Нет, пробуждения в последнее время определенно не радуют…
— Как вы это допустили?! — продолжал орать главный.
— Виновата, — простонала тетя Матрена.
А я открыла глаза. Находились мы в академии, я лежала на своей постели, рядом сидела Верховная и держала меня за руку.
— Тшш, — сказала Василена Владимировна, — не двигайся пока, я пытаюсь восстановить тебя.
— Ты ей не ресурс, ты ей мозгов лишних передай! — бушевал наш министр.
— Люби-имый… — ласково протянула Верховная и неожиданно резко и жестко добавила: — Смени тон!
Главный умолк. Стоял, возвышаясь над моей кроватью, и гневно взирал на супругу. Потом резко выдохнул, медленно и глубоко вдохнул и обманчиво спокойно спросил:
— Василена, ты осознаешь, что сотворила твоя подопечная?
Верховная улыбнулась мне и, продолжая поглаживать мою ладонь, словно ни к кому не обращаясь, ответила:
— Моя подопечная испытала видение и поведала о нем. Твои подчиненные и прославленные маги не приняли никаких мер! Все записали, выведали каждую деталь, несколько часов кряду третировали Ярославу, но… не приняли никаких мер! Моя подопечная повторно увидела грядущее, сообщила о нем адепту Аниасаннару… тьфу ты, язык сломать можно, Герноа, и снова ее предостережение проигнорировали. Моя подопечная, рискуя собственной жизнью, спасла жизнь этому самому, который «тьфу ты язык сломать можно». Но это не все, ей пришлось отдать весь свой резерв, чтобы троица адептов не отбросила копыта от встречи с угрозой, которая им не по зубам. Моя подопечная, едва оклемавшись, была вынуждена ринуться на спасение двенадцати магов, ибо те, вместо того чтобы сообщить об угрозе, не вмешиваясь в битву, которую могут выиграть лишь в соотношении пятьдесят на пятьдесят, то есть «авось повезет», полезли на рожон! И если бы моя подопечная не вмешалась и не влила свой далеко не бесконечный ресурс в криво выстроенный защитный контур, то сейчас, любовь моя, ты имел бы дело не с одним обращенным, а с двенадцатью, плюс нахлебавшийся силы маг-отступник! Так что, прежде чем орать на едва пришедшую в себя ведьмочку, следовало бы сказать ей спасибо!
Некромант криво ухмыльнулся, отвесил мне шутливый поклон и едва ли не пропел:
— Благодарю вас, Ярослава, за избавление от гибели неминучей недорослей моих недоученных, за то, что живота не пожалели в спасении идиотов самонадеянных, но особливо за то… что теперь у меня проблема в виде агрессивного и полного силы обращенного! И как ты думаешь, Василена, сколько дней ему потребуется, чтобы, отлежавшись в какой-нибудь пещере, прийти к выводу, что очень жрать охота! А напомнить ли тебе, радость моя ясноглазая, какой именно рацион предпочитают обращенные? Балычок они предпочитают, причем из магов!
— Гурманы, — подметила Василена Владимировна.
— Жизнь моя, — главный опустился на мою кровать, по другую сторону от супруги, — ты хоть понимаешь, сколько магов погибнет, прежде чем мы сумеем отыскать его логово? Сотни, Василеночка! Обращенные обычно лишены силы, маг-отступник ее выпивает, а этот… Арканэ и в разумном состоянии не отличался умом, сообразительностью и не особой разборчивостью в методах, а теперь это коварный, хитрый и полный силы хищник! И когда он выйдет на охоту, даже я в одиночку мало что смогу ему противопоставить.
На это его угрюмое замечание Верховная задумчиво ответила:
— Сомневаюсь, вряд ли ему будет что тебе противопоставить, милый.
— Ты преувеличиваешь, — несколько неуверенно произнес главный.
— Преувеличением никогда не страдала, — меланхолично сказала Василена Владимировна, — к тому же ты единственный маг, в одиночку уничтоживший отступника… Ну что тебе, такому сильному, настойчивому и упертому, стоит спасти какого-то обращенного?
— Спасти?! — наш министр даже подскочил.
— Жа-а-алко мальчика, — протянула Верховная.
— Ты… ты… ты…
— Я тоже тебя люблю, — мило улыбаясь, сказала Василена Владимировна.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
