волоске, а она перышки распускает. Сиди тихо! Пикнешь – уйдешь на тот свет раньше положенного срока. Я не шучу. Не ты первая, не ты последняя.
Аргумент звучал убедительно. От былой харизматичности и привлекательности Вадима не осталось и следа. Мария поняла, что перед ней матерый уголовник. Предпринимать попытку сбежать – было бы глупо. Коридоры в гостинице длинные, постояльцев немного, никто бы не услышал криков о помощи, да и чем это было чревато – она тоже понимала. Липатов выше, сильнее, кроме того, у него был ключ от номера. Приходилось плыть по течению. Маша приняла решение спокойно выслушать Липатова и не противоречить, не выводить его из равновесия, и это, пожалуй, было единственным правильным решением.
– Слушаю тебя внимательно, что тебе от меня нужно?
– От тебя? От тебя мне нужно было продвижение в кино, всего-то, а ты полезла не в ту степь, куда тебя не просили. Теперь я вынужден разбираться с тобой, хотя это изначально в мои планы не входило. Не скрою, ты мне даже понравилась. Не то чтобы я влюбился, мне молоденькие больше по душе, но в тебе есть что-то манящее. Вот я и рассказал твоему муженьку на допросе, что у нас с тобой роман намечается. Он услышал и оторопел, думал, я не замечу его реакцию, как же…
– Тебя все равно пасли, я была лишь маленьким винтиком в механизме, – спокойно сказала Маша, села на стул и демонстративно закинула одну ногу на другую.
– Охотно верю, но все же ты причастна ко всему, что сейчас происходит, и можешь помочь мне в дальнейшем. Я прокололся на допросе, оставил отпечатки, теперь меня будут искать как особо опасного преступника, а ты будешь той заслонкой, из-за которой меня не пришьют.
– Эх, Виктор, может, стоит одуматься, пока не поздно? Зачем тебе это все?
– Ты погляди, она уже и имя мое знает! Может, тебе еще и статьи известны, по которым я срок мотал?.. Глубоко копает твой муженек, а тот, кто ищет, всегда находит, знаешь? Мне за бугор нужно. И ты мне в этом поможешь.
– Я? Каким образом? У меня нет личного самолета, да и не выпустят тебя просто так по паспорту.
– Есть другой путь, где паспорт не нужен, мне друзья в этом помогут. А сейчас пойдешь за мной. Выходишь из гостиницы тихо, спокойно. Ты меня поняла? Шутки остались в прошлом, начнешь дурить, знай – «макаров» у меня всегда заряжен.
– Прошу тебя, остановись, так будет лучше для всех, а главное – для тебя!
– Сколько внимания и заботы, – ухмыльнулся Липатов, подошел к Маше и грубо поцеловал ее в губы, как будто сделал то, что ему давно полагалось, – на полпути не привык останавливаться, тем более когда можно срубить бабла.
– Тебе что, денег мало? Ты и так обеспеченный человек, на такие роскошные свидания меня водил.
– Мне много не нужно, мне нужно все! Так что, куколка, собирайся. Надень что-нибудь удобное. Вещей минимум. Телефон останется в номере, давай сюда, я его выключу…
Когда Маша и Вадим выходили вдвоем из гостиницы, на улице уже была кромешная тьма. Липатов посадил Марию на заднее сиденье автомобиля, запер все двери и двинулся в неизвестном направлении. Проехав несколько километров, он остановился в лесополосе, что не на шутку встревожило Машу. Вадим подсел к ней, связал руки и надел на глаза повязку, через которую абсолютно ничего не было видно и казалось, что веки, слепившиеся друг с другом, уже никогда не увидят дневного света.
Глава 26
Гурову не нужно было долго думать, чтобы понять, что нужно отправляться на поиски Марии. Все указывало на то, что она попала в какую-то передрягу, поскольку отключать телефон у нее привычки не было. В вечернее время Маша всегда была на связи, а находясь на съемках, просто оставляла телефон в том месте, где он никому не мешал. Подняв на уши всех своих, Лев Иванович вместе с Крячко помчался в провинциальный город, который «удостоился чести» быть съемочной площадкой и сценой действия опасного преступника. «Чего ждать от Липатова? Что он может сотворить с Машей? – задавал себе вопросы Гуров. – Этот отъявленный мерзавец прознал, что Маша – моя жена, видимо, я выдал себя тогда, на допросе, он засек это. Как же я не мог сдержаться?»
– Лев, что думаешь?
– Думаю, что нужно было мне людей к Липатову приставить, а я вовремя не сориентировался, понадеялся на что-то. Эта ошибка может мне дорого стоить.
– Да ты чего? Погоди, ведь еще неизвестно, что там происходит. Может, просто телефон разрядился, – успокаивал Гурова Крячко как мог, хотя тоже понимал, что не все гладко.
– Нет, не может. За столько лет супружеской жизни я свою жену знаю от и до, все ее привычки, возможное и невозможное поведение и даже эксцессы могу предугадать. Если бы телефон сломался или разрядился, как ты говоришь, она нашла бы возможность предупредить об этом, тем более в такой непростой ситуации, когда каждое действие под нашим контролем. Но, как оказалось, не все в наших руках, – глубоко вздохнул Гуров.
Сыщики прибыли в городок ранним утром, когда лучи солнца еще не успели коснуться неба. Первым делом Гуров и Крячко помчались в гостиницу, в которой остановилась Маша. С виду – обычное здание с провинциальным уровнем оснащенности. Соответственно, и внешне оно выглядело незамысловато, а если сказать проще – закупорено в сплошной пластик. Но зато этот местный объект архитектуры гордо освещался неоновой табличкой «Отель» и имел три звезды.
Столь ранним посетителям дверь в это место сна и отдыха открывать не спешили. Администратор не реагировала на звонок, стук, но в конце концов вышла – сонная, разъяренная и явно не имеющая намерений ни с кем общаться. Только корочка сотрудника уголовного розыска охладила пыл этой грубой женщины и заставила сменить тон.
«Проходите. А по какому вопросу? А кого вы ищите? А что случилось?» – полились потоком вопросы в адрес гостей. Гуров и Крячко некоторое время молча осматривались. В холле обращали на себя внимание разномастные горшки с комнатными цветами, видимо, бережно посаженными администратором или уборщицей. На полу – однотонная кафельная плитка коричневого цвета, которая, помимо того что поглощает пространство, еще и давит на психику человека. По углам – мягкая мебель, по частям собранная из разных комплектов.
Администратор выложила все, о чем знала, включая сплетни, которые ходили между работниками гостиницы. Липатова и Машу все знали как влюбленную парочку, скрывающую свои отношения. Замечали, как он иногда заходит в номер к актрисе, и даже просматривали записи камеры видеонаблюдения, находящейся в
