– Я сделаю это.
– Сделаешь что? – спросила Грейс, поднимая глаза от чашки дымящегося утреннего кофе.
– Я дам эксклюзивное интервью. – Кэт быстро подняла руку, предупреждая желание Грейс перебить ее. – Но все – и я имею в виду именно все – должно сначала получить мое одобрение.
Грейс часто заморгала, и, наконец, ее лицо расплылось в яркой улыбке.
– Кэт, это просто замечательно! Прекрасно! О-о-о-о… – Она вскочила и обошла стол, обволакивая Кэт ароматом своих эксклюзивных духов. – Это принесет удачу моей рабочей неделе… месяцу… возможно, всему году! Могу я спросить тебя, почему теперь?
Кэт пожала плечами:
– Пришло время.
– Правда?
– Да. Пришло время рассказать все открыто раз и навсегда. – Кэт выдержала прямой взгляд своей начальницы, и между ними возникло молчаливое взаимопонимание, для которого не требовались слова. Это был момент триумфа Грейс, и Кэт не хотела ей мешать. Они знали, что другого такого шанса не будет, так же как они знали, что за последние недели их отношения изменились навсегда.
– Когда? – спросила Грейс.
– На следующей неделе. После моего возвращения из Сиднея.
Грейс кивнула:
– Я все подготовлю и сообщу тебе.
– Хорошо. И, пожалуйста, не запускай рекламу, пока не пройдет церемония награждения. Главными героями должны быть игроки, а не я, – добавила Кэт с улыбкой.
Грейс кивнула:
– Конечно.
– Спасибо. – Кэт направилась к дверям, но оказалась неподготовленной к тому, что внезапно ее с головой накрыла волна тоски. Они обе знали, что сейчас была назначена не только дата интервью, но и дата увольнения Кэт.
И даже то, что для нее уход с нынешней работы означал движение к лучшему и большему, движение к тому, чем она, на самом деле, давно хотела заниматься, не помогало Кэт чувствовать себя лучше. Несмотря на весь стресс и свою неидеальность, работа у Грейс очень вовремя появилась в жизни Кэт. И она всегда будет ей за это благодарна.
– Грейс, – произнесла она. – Я хочу поблагодарить тебя…
– Нет. – Уже бывшая начальница покачала головой, доставая из сумки звонящий телефон. – Это я благодарю тебя. Для меня было большим удовольствием работать с тобой, Катерина Джексон.
Услышав стук в дверь отеля в Сиднее, Кэт одернула бледно-голубое сатиновое платье и заправила волосы за уши. Все тщательно подготовленные фразы застряли у нее в горле, когда она увидела на пороге Марко, одетого в идеальный дизайнерский костюм, с привычной улыбкой «мы сегодня повеселимся» на чувственных губах.
Он внимательно осмотрел ее, обращая внимание на каждую деталь в ее тщательно продуманном образе, начиная длинными сережками и заканчивая длинным бальным платьем со скромным декольте.
Протягивая руку, он нежно сказал:
– Ты очень красива. – И сердце Кэт растаяло.
Двадцать минут спустя они вышли из лимузина на красный ковер. Кэт сразу увидела многих известных игроков, которые сейчас играли за европейские клубы, но непременно приезжали, чтобы принять участие в этом торжественном событии, посвященном чествованию австралийских спортсменов и спортсменок. За веревками, как обычно, толпились фанаты с фотокамерами. Кэт не чувствовала волнения. Она была готова встретиться лицом к лицу с толпой.
«Предстоит веселая ночь», – подумала Кэт, медленно двигаясь по ковровой дорожке. Без навязчивых журналистов. Сегодня в центре внимания не она. Просто ужин и церемония награждения. Но, повернувшись, она увидела на ковре знакомую фигуру. И замерла.
Джеймс Картер. Джеймс Чертов Картер.
Бывший партнер Марко по команде. Ирландец, обхаживавший ее около года, а затем убедивший ее выйти за него замуж на Бали. А через три дня он привел другую женщину в их номер для новобрачных.
Было бы глупо считать, что он растолстеет и подурнеет с тех пор, как они виделись последний раз. Но хуже того, он стал еще шире в плечах и еще у́же в талии.
– Что? – спросил Марко, сжимая ее руку и видя озабоченное выражение на ее лице.
– Джеймс здесь. По-моему, он должен быть в Италии.
– Да. – Марко продолжал вести ее вперед. – Послушай, он – один из присутствующих. Он не будет сидеть с нами за одним столом. Если он вдруг подойдет, ничего ему не говори.
– Тебе просто говорить. Он же не тебе изменил.
Марко вздохнул:
– Просто… оставайся спокойной. Хорошо?
Кэт вздохнула:
– Я всегда спокойная.
– Ага.
Он сжал ее руку, она улыбнулась, и на мгновение все стало как прежде. Так знакомо, так просто, так уютно…
* * *
Кэт поправила платье. Благодаря крою в стиле ампир оно прекрасно скрывало подросший живот. Но Кэт едва сдерживалась, чтобы не положить руку на небольшой холмик возрастом тринадцать недель, пока направлялась к бару. И хотя она не чувствовала на себе пристального внимания журналистов, все присутствующие были с фотоаппаратами и имели страничку в «Твиттере».
Заказав напитки в баре, Кэт с легкой улыбкой осматривала зал. Внезапно она почувствовала, что к ней слишком близко подошел какой-то парень. Она нахмурилась, готовясь дать ему отпор, но, взглянув назад, потеряла дар речи.
– Привет, котенок.
Перед ней стоял Джеймс Картер, опустив руки в карманы и улыбаясь своей самой очаровательной улыбкой.
– Что тебе надо?
Его улыбка была идеальной, даже слишком.
– Что, даже не скажешь «привет»? Даже не спросишь, как я жил все эти годы? – Его легкий ирландский акцент обволакивал ее, как сладкая патока, навевая не самые приятные воспоминания.
– Мне нечего сказать тебе, Джеймс, – отрезала она.
Он усмехнулся:
– Вот так приветствуется старый…
– Старый кто? Друг? Давай называть вещи своими именами. Ты – мой бывший, изменивший мне. Пьющий и азартный бывший с серьезными финансовыми проблемами.
– Котенок, дорогая. Не будь такой букой. Я пришел не старые раны бередить.
– Не называй меня так. – Она нахмурилась. – Так зачем? Чтобы дать людям повод для сплетен?
– Нет. – Он медленно провел рукой по глазам. – Но ты – такая популярная женщина. О тебе пишут все газеты и журналы. Я прилетел на церемонию награждения, а тут…
– Избавь меня от подробностей о твоей жизни, – прервала его Кэт, отворачиваясь к бару.
Ожидая заказ, она явственно ощущала его пристальное внимание. «Черт, только не купись. Просто проигнорируй его и возвращайся к Марко».
Вздохнув, она снова повернулась к нему:
– Отлично. Что тебе нужно, Джеймс?
– Прощения.
– Не дождешься.
Джеймс на шаг придвинулся к ней, и Кэт инстинктивно отступила ближе к бару.
– Поверь мне, крошка Кэт. Я действительно раскаиваюсь.
– Правда?
– Да.
Кэт вспыхнула.
– Извинение ничего не изменит.
