оружие в своем рабочем столе, — Арчи решил подержать его в руках, а он возьми да и выстрели. Как он сам мне сказал, у пистолета был очень чувствительный спуск. Достаточно было легкого прикосновения, чтобы он сработал. Пуля в тот раз попала в стену. Миссис Таттл задала ему тогда хорошую взбучку, отказалась тратить деньги на заделку дыры в штукатурке и ограничилась тем, что повесила на это место большое зеркало. Мы вытащили из стены эту старую пулю и сравнили с теми, которые были выпущены в ночь на понедельник. Совпадение было абсолютным. Поэтому нам не надо гадать, какое оружие использовал преступник.
Арчи ничего не говорил мне об этом, но, что правда, то правда, ведь и я его не расспрашивал о таких подробностях.
— Вот такие дела… Вы что же, считаете, что я допустил какую-то ошибку в своей реконструкции картины преступления?
— Нет, конечно, нет. Но я все равно не верю в воров и преступников.
— Вы просто сумасшедший, Род. Наверняка насмотрелись всяких полицейских фильмов в кино и по телевизору или еще что-нибудь в таком роде. А в настоящей жизни, поверьте: чем проще объяснение, тем оно вернее. Большинство убийств совершается профессиональными преступниками, а не случайными, так сказать, «любителями», которые, как правило, оставляют целый ряд ложных следов. Или… подождите, подождите, вы знаете об этом деле что-то такое, что неизвестно мне? Вы что-то вспомнили, да?
— Нет, к сожалению, я не знаю об этом деле ничего, кроме того, что вы мне сейчас рассказали.
Правда, меня мучило еще одно: лицо Робин прошлым вечером, когда мы возвращались из ресторана, но я не хотел припутывать ее сюда. Что же касается остального, то и до вечера с Робин я не верил, что речь идет о простом нападении со случайным смертельным исходом.
— Но вы на чем-то строите свое неверие?
— Только на интуиции, на предчувствии, не более того. И еще, в этом случае может быть что-то такое, что выходит за рамки ваших предположений, может быть, что-то, о чем я знаю и помню в своем подсознании и о чем мое сознание забыло из-за амнезии.
— Если это так, то почему вы не хотите проконсультироваться у психиатра, как вам советовал сделать Арчи?
— Не знаю, Уолтер. Я только знаю, что я не хочу, что я не могу. И совсем не потому, что боюсь оказаться настоящим убийцей. Я думаю, если бы я знал, что способен в припадке помешательства совершить убийство, я бы сдался в руки властям. Но я не знаю, что со мной творится. Можете назвать это патологическим страхом перед специфическим лечением в психиатрической клинике или как вам будет угодно. А может быть — кто знает? — это всего-навсего чистой воды упрямство, и только?
— Ну ладно, это ваше личное дело — хотите вы лечить свою амнезию или нет. Никто не может вас заставить делать это, пока не начнут появляться опасные признаки помешательства. Однако вернемся к обсуждению преступления. Мне тяжело видеть, Род, как вы терзаете себя, не имея никаких оснований, уверяю вас. Вы никогда не сделали бы этого. Поверьте, мы старались не упустить ни одной, даже самой ничтожной возможности, рассматривали каждую, как правило, со всех сторон… Все счета и ценные бумаги миссис Таттл находятся в отличнейшем порядке, их уже проверили опытные эксперты. Единственный человек, который мог бы, используя свое положение и близость к документам миссис Таттл, присвоить себе ее состояние — это мистер Хенниг, но он этого не сделал. У него во много раз больше денег, чем у нее. Если откровенно, друзей у нее было немного, как нам удалось выяснить, но не было и серьезных врагов. Надо сказать, что как делец, коммерсант, она была очень хитра и прижимиста, если речь заходила о возможности заработать, поэтому очень многие ее недолюбливали, но не до такой же степени, чтобы пойти на убийство… Итак, после рассмотрения всего перечисленного что же у нас остается? Вы и Арчи — единственные родственники, которым в случае ее смерти должно достаться все ее состояние, то есть вы с ним — те люди, которые обогащаются в результате ее смерти. Арчи находился в Чикаго… и не сомневайтесь, мы этот факт изучили очень скрупулезно. Ну… давайте допустим… что ваш брат нанял убийцу, чтобы расправиться с ней, представив все как нападение случайного вора, тем более что он сам в это время находится в другом городе.
— Мне и в голову не могло прийти такое! Арчи не сделал бы ничего подобного. Он не убийца, нет!
— Есть и другие аргументы, лучше ваших слов подтверждающие, что он этого не сделал бы. С одной стороны, отдать себя в руки наемного убийцы, который сможет шантажировать его до конца жизни, требуя и требуя новых денег. Не принимая во внимание моральные качества Арчера, ясно, что он достаточно опытен в жизни, чтобы не попасться в сети подобного рода. С другой стороны, у него не было и острой необходимости в деньгах, да к тому же он знал, что скоро получит наследство. Скажите, он или кто-нибудь другой говорили вам о болезни миссис Таттл?
— Нет, никто не говорил. Что вы хотите этим сказать?
— Только то, что ей оставалось жить совсем немного. У нее было очень больное сердце, и состояние ухудшалось с каждым днем. Мистер Эгглстоун, ваш семейный доктор, сказал мне, что она могла умереть в любой момент от тромбоза коронарных сосудов… хотя могла и пожить еще год или два, но не более того. Зная, что его в скором времени ожидает наследство, Арчи ни за что не рискнул бы сунуть шею в петлю, связав себя с убийцей. И вы тоже, по тем же соображениям. Вряд ли вам могла втемяшиться в голову мысль убить бабушку из-за денег, ведь вы тоже знали о ее болезни. Вполне возможно, именно потому вам никто не напомнил об этом. Выходит, что не деньги были определяющим фактором для совершения убийства, независимо от того, какую версию мы с вами захотим принять.
— Я никогда не думал, что я…
— Подождите немного, давайте сначала закончим с Арчи. Здесь у нас есть еще одна версия, а именно: Арчи мог иметь причину для того, чтобы убить ее или нанять убийцу, но в том случае, если бы по каким-то причинам она была настроена против него, да так, чтобы у него зародилось подозрение, что из-за их отношений бабушка могла лишить его наследства. Будем говорить открытым текстом: Арчи обожает деньги, хотя всячески избегает любой работы. Не
