посмотрел на нее, но отвел взгляд.
– Мои глаза.
– Что с ними?
Наверное, он никогда раньше не видел себя в зеркало, поняла она. Она сделала еще шаг к нему. Еще несколько шагов – и она будет достаточно близко, чтобы коснуться его.
– Откуда ты знаешь, что я не тот, кем считает меня Сализар?
– Просто знаю, всем своим существом.
– Но я выгляжу… – Его рот горько скривился.
– Ты выглядишь как рейф.
Она не могла больше этого отрицать.
– Что это значит?
– Не знаю, но мы это выясним.
– Но что, если Сализар прав?
Еще один шаг.
– То, что ты задаешься этим вопросом, уже доказывает обратное. Разве не понимаешь? Рейфы Фьюри – бездумные, бездушные создания. Ты не такой. Ты был добрым ко мне. Хотел защитить от Сализара (правда, добавила она мысленно, убив его. Но главное – это намерение, правда?). Я доверяю тебе свою жизнь.
И Хэрроу не преувеличивала. Она твердо верила, что он никогда не сделает ей больно. А значит, он не рейф.
Не осознавая того, она сделала последний шаг, сокращая оставшееся расстояние. Теперь она видела его лучше: капли воды на обнаженной груди, мокрые волосы и гладкую кожу. Его рот… ее разум вдруг опустел – она могла думать только о том поцелуе.
Подняв руку, он убрал с ее лица прядь волос. По спине у нее пробежали мурашки. Она качнулась к нему.
– Рэйв, я…
Его пальцы невесомым касанием скользнули вдоль ее подбородка. Хэрроу подняла лицо, обнажая горло, приветствуя его ласку. Она не знала, чем он был или почему напоминал того монстра, но ничего из этого не имело значения. Связь между ними невозможно было отрицать, и прямо сейчас она требовала признания.
Хэрроу не могла сопротивляться притяжению, да и не хотела.
Проведя пальцами по ее лицу, он коснулся ее уха. Она не смогла подавить дрожь.
Он запустил руку ей в волосы: длинные пальцы перебирали спутанные пряди, пока его ладонь не легла ей на затылок. Хэрроу задержала дыхание. Он был так близко. Так близко, что она потеряла способность думать.
– Рэйв…
Она прошептала это ему в губы. И не помнила, как потянулась к ним, как обхватила его предплечья. Твердые мышцы казались каменными.
Он еще немного наклонился, и их рты соприкоснулись. У Хэрроу перехватило дыхание. Он слегка отстранился, но она потянулась за ним. Их губы соприкоснулись снова. И они оба застыли. Время остановилось.
А затем он сократил расстояние между ними, и их губы соединились.
Его рот был и жестким, и мягким одновременно. Его тело источало жар, как очаг. Дурманящий мужской запах кружил ей голову. Она хотела большего.
Их губы разомкнулись. Они оба сделали вдох – и прильнули друг к другу снова. Держа одну руку в ее волосах, другую он положил ей на талию, комкая шелк ее сорочки.
Ее ладони скользнули вверх по его влажным плечам. На руки ей капала вода с его волос. Он целовал ее уверенно, но не пытался зайти дальше, и внезапно она задумалась, делал ли он когда-нибудь нечто подобное. Если нет, ей следовало показать ему.
Собравшись с духом, она лизнула край его губ, приглашая их открыться. Он замер на мгновение, но приоткрыл рот. Ее язык скользнул внутрь, избегая его клыков. Пальцы в ее волосах сжались сильнее. Воодушевленная этим, она повторила маневр, и на этот раз он сделал то же со своим языком. Они встретились посередине, переплелись языками – и она почувствовала, что теряет контроль. Как и он. Убрав руку с ее затылка, он положил обе ей на талию, затем скользнул вниз на бедра, притянув ее к себе. Его возбужденный орган, длинный и толстый, прижимался к ее мягкому животу.
Она застонала, потираясь о него всем телом. Он скользнул руками ниже, на ее ягодицы, и сжал их почти до боли.
А потом отстранился.
– Хэрроу…
Ее не волновало ничего, кроме этого желания.
– Рэйв.
– Нам не стоит…
Его губы коснулись ее – не совсем поцелуй. Она потянулась за ним, когда он отстранился, но он удержал ее.
– Почему нет?
Она все еще пыталась его поцеловать. В другое время ее бы смутила собственная смелость, но не сейчас. Не с ним.
– Я хочу… – Еще одно мимолетное касание губ. Он пытался свести ее с ума? – …всякого.
– Чего именно?
– Делать всякие вещи.
– Я тоже хочу делать «всякие вещи».
Она хотела много «вещей». Он, наверное, и не подозревал, как сильно она этого желала.
– Я не должен.
– Почему?
– Ты ведь… а я…
Его сомнения только усилили ее страсть.
– В этом нет ничего неправильного. Я хочу того же, что и ты.
Наверное. Если он так неопытен, как она предполагала, он, вероятно, не знал и половины грязных мыслей, которые сейчас крутились у нее в голове.
А может, и знал.
Рэйв поднял ее за бедра, словно она ничего не весила. Она обвила его ногами, и их рты соединились, пока он пересекал ванную с ней на руках и нырял за занавеску.
Он уронил ее спиной на кровать.
Она уставилась на него, когда он навис над ней, упираясь руками в подушку по обе стороны от ее лица. Ей не верилось, что они собираются сделать это. Наверное, не стоило удивляться – если честно, она хотела этого с того момента, как впервые его увидела. И все же какая-то ее часть не могла поверить, что она сейчас здесь, с этим мужчиной. Тихим, сильным, неистовым, красивым мужчиной. Ее взгляд скользнул по кубикам его пресса, ниже, еще ниже…
– Сними полотенце.
Слова были дерзкими, но ее голос звучал не громче шепота.
Он встал, не отрывая от нее взгляда, и снял полотенце.
Глава 11
Для Рэйва не существовало понятия скромности. И все же, когда он стоял, обнаженный, под взглядом Хэрроу, ему пришлось подавить желание закрыться от нее.
Нравилось ли ей то, что она видела? О своем теле он знал только, что оно сильное и подходит для сражений и что для других оно выглядит пугающе. Он не задумывался прежде, что это тело может дарить кому-то удовольствие.
А он хотел доставить Хэрроу удовольствие. Он нуждался в этом. Но как? Он не помнил ничего до пробуждения в пустыне, а после ни одна из ситуаций, в которых он оказывался, даже отдаленно не напоминала эту.
Инстинктивно он знал, что делать, – или, по крайней мере, что хотел сделать, – но было ли это тем, чего хотела она? Он представлял себе разные вещи… Вряд ли
