Когда слуги закончили раскладывать завтрак для вновь прибывших, комната внезапно погрузилась в тишину. Оторвавшись от еды, Флетчер увидел ректора, входившего в помещение, за ним следовали двое мужчин и женщина в форме офицеров. Вздрогнув, он узнал в одном из них Арктура, его молочно-белый глаз решительно смотрел перед собой. Мужчина не выказал никаких признаков узнавания. За ними вошла эльфийка, вызвав переполох. С высоко поднятой головой она прошла к столу, стоящему дальше от простолюдинского. Ее Собачий демон следовал за ней, его пушистый хвост замер, когда тот настороженно осмотрел зал.
Четыре офицера стояли со скрещенными руками и смотрели на зал до тех пор, пока тишина не стала абсолютной.
— Добро пожаловать в Академию Вокана! Я полагаю, вы все обустроились, — хрипло объявил ректор Сципион сквозь свои топорщащиеся усы. — Вы имеете честь быть последним поколением студентов, находящимся в святых залах Академии. — Флетчер огляделся, считая учеников. Второкурсников было двенадцать, так же, как и их.
— Наши традиции восходят к временам первого короля Гоминиума, более двух тысяч лет назад, — продолжил Сципион. — И хоть нас мало, боевые маги, которые оканчивают это заведение, становятся лучшими офицерами армии, на службе у короля или под знаменами одного из великих благородных домов.
Флетчер видел, как Тарквин наклонился и что-то прошептал Исадоре, чей звонкий смех разнесся по залу. Он был не единственным, кто заметил. Лицо Сципиона покраснело от злости, и он указал на молодого аристократа.
— Ты, встать! Я не буду терпеть грубость, ни от кого, аристократ он или нет! Встань, я сказал, и представься.
Тарквин встал, но не выглядел задетым злостью ректора. Он засунул большие пальцы в карманы брюк и проговорил чистым голосом.
— Меня зовут Тарквин, первый в роду герцогства Полленции. Мой отец — герцог Захария Форсайт, генерал Форсайтских Фурий. — Он ухмыльнулся, когда второкурсники начали перешептываться, узнав его семью. Очевидно, его отец был одним из самых старых и влиятельных аристократов Гоминиума. Флетчер узнал Полленцию, большой плодородный кусок земли, протянувшийся от Весанийского Моря до центра Гоминиума.
Сципион хранил молчание, выжидательно смотря на Тарквина из-под кустистых бровей. Тарквин подождал пару минут, пока установилась тишина в комнате. Наконец, он заговорил.
— Приношу извинения за свою грубость. Я всего лишь говорил сестре, что я… горд быть частью этого славного заведения.
— Только из уважения к твоему отцу я не отправлю тебя в твою комнату, как ребенка, — хмыкнул Сципион. — Сядь и держи рот закрытым, пока я не закончу говорить.
Тарквин с улыбкой склонил голову и сел, совсем не расстроенный. Флетчер не мог понять, самоуверенность или высокомерие наделяла парня бесстрашным поведением, но подозревал, что последнее. Сципион еще немного побуравил Тарквина взглядом, затем повернулся к трем офицерам позади.
— Это ваши новые учителя. Майор Гудвин и капитаны Арктур и Ловетт. Вы будете относиться к ним с уважением, которого они заслуживают, и помнить, что пока они тут обучают вас, отважные солдаты на передовых линиях страдают без их наставлений и защиты.
Флетчер изучал двух учителей, которые были ему не знакомы. Капитан Ловетт была черноволосой женщиной с холодными глазами и строгим видом, но когда она улыбнулась адептам при объявлении ее имени, ее лицо утратило всю резкость. Майор Гудвин на вид был того же возраста, что и Сципион, с большой, дородной фигурой и густой белой козлиной бородкой. Он щеголял парой очков в золотой оправе, что покоились на красном носе, выдававшем слабость к крепким напиткам.
— А теперь, вы, второкурсники, должно быть, удивляетесь, почему мы вызвали вас так рано, — объявил Сципион, тем самым заставив выпрямиться заскучавших второкурсников.— У меня есть объявление, касающееся всех вас. Это не самое приятное решение, которое мы принимали, но оно было принято из необходимости. Ученики и первого, и второго курсов примут участие в финальных экзаменах и турнирах. Если первокурсники выдержат высокие стандарты, им тоже будет предложена работа и они отправятся на год раньше на передовые линии, где в них такая остро нуждаются.
Немедленно поднялся гвалт, но он был подавлен ревом Сципиона. Когда бормотания не стихли, он поднял руку.
— Я понимаю, что это повышает конкуренцию на несколько высоких должностей для второкурсников. Напоминаю вам, что у вас был год форы. Если первокурсник вас победит, вы не заслуживаете должности вообще.
При этих словах Флетчер нахмурился. Вот и вся дружба со старшими простолюдинами.
— Что касается первокурсников, вас может беспокоить мысль, что вам достанутся худшие назначения в этом году, когда вы могли бы получить большее, если бы проучились два года. К вашему успокоению, вам будут предложены только хорошие звания первых лейтенантов или выше, с возможностью выбрать менее престижные должности вторых лейтенантов. Победителю турнира достанется звание капитана, наивысшее звание, которого может достигнуть непроверенный боевой маг.
Это вызвало еще больше бормотания со стороны второго курса. Флетчер подозревал, что они были бы рады, что первокурсники тоже принимают участие, если бы они заняли все должности вторых лейтенантов, самые низшие и распространенные должности.
— В этом году король добавил еще один стимул выиграть на турнире. Победитель также получит место в Совете при короле и право голоса в вопросах государства. Он хочет получить представителя следующего поколения боевых магов. Если возможность получить высокое звание офицера не будет мотивировать вас, то это точно будет, — объявил Сципион, торжественно оглядывая зал.
Флетчер заметил, как Отелло сжал кулаки при речи Сципиона, хоть и не мог сказать, место в совете, звание или оба так повлияли на него. Тарквин и Исадора особенно разозлились при словах Сципиона, взволнованно перешептываясь несмотря на предупреждающий взгляд Арктура.
— В каких подразделениях будут должности? Первокурсники подвержены такому же риску быть засунутыми в батальон гномов или преступников? — спросил высокий простолюдин со второго курса, поднявшись из-за стола.
Отелло набычился, но Сципион сам осадил паренька.
— Ты пойдешь в то подразделение, куда тебя отправят, черт побери! И не высказывайся без разрешения! — проревел ректор. Парень поспешно сел на место, несмотря на неудовлетворенные ответом перешептывания. Сципион, казалось, смягчился при виде мрачных лиц, уставившихся на него со всех концов комнаты.
— У них будут те же шансы, что и у вас. Это все, что я могу сказать, — произнес он.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
