рассмеялись.
На следующей неделе проблема, с кем оставить Симу, должна была решиться. Но этот вечер и ближайшие выходные заниматься с дочкой Виктору было надо самому. Но его это уже не пугало: он уже знал, что нравится Симе, и распланировал выходные так, чтобы дочке не пришлось скучать. Да и чем развлечь Симочку вечером, он тоже уже придумал: нарисовать куклу-мужчину и одежу для него. Если б кто-то месяц назад сказал ему, что он будет заниматься этой ерундой, он бы расхохотался, приняв эти слова за шутку. Но судьба – та еще шутница, и никому не дано предугадать, что взбредет ей в голову.
Создание гардероба для бумажного Кента оказалось достаточно увлекательным занятием, но не настолько, чтобы заставить Виктора забыть, как обнимались Сима и Маша, как дочка просила взять маму с собой. Сердце у него не было каменным. И если б не один важный момент, он бы попросил Машу вернуться. Но смысла унижаться перед женщиной, которая прилюдно наставляет ему рога, он не видел.
«Моя Маша», – вновь и вновь гремел в голове голос Петровского, представлявшего свою любовницу Семенову. И это слышал не только Виктор, это слышали несколько десятков горожан, пришедших поглазеть на представление, Машины коллеги и чинуши. Да о его позоре скоро будет болтать весь город! Нет, принять обратно в лоно семьи жену-изменщицу Королев готов не был. Единственным верным решением было отпустить Машу, а не просить ее о возвращении.
Поделиться своими переживаниями Виктор мог лишь с одним человеком – с братом. Игорь уже звонил сегодня – поздравлял с открытием филиала. Но тогда, в офисе, Витя не мог завести речь о личных проблемах. Поэтому вечером, закрывшись в ванной и включив воду, набрал номер брата сам.
– Я так и знал! – воскликнул Игорь, когда брат обрисовал ему ситуацию. – Разводись! Она не оставила тебе выбора. Только Симу ей не отдавай. Если она бросила ее раз, может бросить повторно.
– Так и сделаю. На следующей неделе подам на развод, – принял решение Виктор. – И буду просить, чтоб дочку оставили со мной. Только как доказать, что ей со мной будет лучше? Вероятнее всего, суд отдаст Симу Маше.
– Проблемы надо решать по мере их поступления. Крепись, брат! – выдал Игорь и попрощался.
Не успел Витя покинуть ванную, как раздался звонок от жены.
Глава 29. Неромантическое свидание
– Внимательно, – буркнул в микрофон Виктор, приняв вызов Маши. Голос его звучал неприветливо, так что Маша даже хотела послать его и прервать разговор. Но рядом была Рената. Она строго посмотрела на подругу и прошептала:
– Смелее!
– Нам надо встретиться, обсудить наше будущее, – выдавила из себя Маша.
– Нечего обсуждать, – холодно сообщил Виктор.
– Почему? – растерялась Маша.
– Потому что его у нас нет! – отрезал Королев.
– Будущего? Отчего же? Оно у нас есть, только вряд ли уже общее, – заметила собеседница.
– Ну, так что же тогда обсуждать?
– Развод, надо полагать, – бесцветным голосом ответила Маша, пошатнувшись. Принять решение о разводе – одно, сообщить о нем любимому мужу – совсем другое.
– Развод, – повторил за ней Виктор, как показалось Маше, дрогнувшим голосом. Но потом уже уверенно добавил: – Разводу быть – это не обсуждается. Вопрос лишь в том, кто на него подаст: ты или я.
Сам он знал, что вопросов намного больше, и главный заключался не в том, кто подаст иск на расторжение брака, а с кем оставят Симу. Но жену об этом он оповещать не собирался, опасаясь, что иначе она помешает ему собрать доказательства того, что плохая мать.
– Главная проблема не в этом, – ответила Маша, будто прочитав мысли мужа. – Нам нужно решить, кому что достанется, и с кем будет проживать Сима. Лучше нам самим об этом договориться, не споря об этом в суде. Иначе процесс затянется и вообще…
– Встретимся завтра в пять в нашем любимом кафе, – перебил Королев Машу.
– В Кафе наших свиданий? – переспросила жена. Не столько с удивлением, сколько для точности, чтобы убедиться, что правильно поняла. Было у Королевых в городе любимое местечко, где Витя устраивал Маше романтические встречи по праздничным поводам и без повода. И это местечко они называли Кафе свиданий.
– Да, там, – подтвердил Витя. – Устрою я тебе свиданье. Последнее. Неромантическое.
– Я приду, – поежившись, согласилась Маша.
И весь вечер ее тряс озноб, хоть давление и температура были нормальными.
– Наверное, нервное, – предположила Рената.
– Н-наверное, – кивнула Маша, но от согревающего и успокаивающего чая с коньяком отказалась.
До последней минуты Маша на что-то надеялась. На чудо какое-то. Воображала, что Витя захочет и сможет развеять ее подозрения, докажет как-то, что не изменял, попросит вернуться. И встреча все-таки окажется свиданием, и, вопреки предупреждению мужа, романтическим.
Оделась она просто, но ярко, с изюминкой. И макияж наложила яркий, но не вульгарный. Посмотревшись в зеркало, осталась собой довольна. И Рената одобрила. Сказала, что похожа на инопланетянку, но красивую – глаз не отвести.
Девушке на свидания положено опаздывать. И, несмотря на то, что встреча с Королевым обещала быть почти деловой, Маша на нее опоздала. Не сильно, конечно, всего на пять минут.
Виктор уже ожидал у входа. С цветами. Желтыми розами. Наличие букета обнадеживало, но настораживал выбор оттенка цветов. Насколько Маша знала, желтые розы символизировали симпатию и дружеское расположение, но не страсть и любовь. Но она постаралась не расстраиваться раньше времени: мужчины редко обращают внимание на символику цветов, и Виктор мог просто не быть в курсе, что символизируют желтые розы – может, он к Машиным волосам букет подбирал, по контрасту.
На самом деле Витя знал, что символизируют желтые розы – продавщица в цветочном магазине просветила. Он сам спросил, какие цветы можно подарить женщине при расставании, чтобы сказать ей, что благодарен за все хорошее, что между ними было. Девушка посоветовала желтые розы – символ благодарности и расположения, но не любви.
Виктор не знал, понимает ли Маша язык цветов. Как выяснилось, он вообще очень мало знал об интересах женщины, с которой прожил больше восьми лет. Но подумал, что, если что-то не скажут цветы, скажет он сам: пора уже было расставить все точки над «и» и прийти к какому-то общему знаменателю.
И расставаться с Машей врагами Виктор не хотел. У них, действительно, в прошлом много было хорошего. И оставалось то, что их по-прежнему связывало – Симочка. Он надеялся, что дочка останется с ним, но препятствовать ее встречам с матерью не собирался.
Неромантическое свидание Королевых начиналось почти так же, как и прежние романтические.
