В длинной ночной рубашке она шла по коридору ему навстречу.
– Что с тобой, почему ты встала? – спросил ее Владимир.
– Я проснулась оттого, что тебя нет рядом со мной. Почему ты покинул меня? Пойдем к тебе, мои желания еще не успокоились, я хочу тебя. Пойдем, ты больше не убежишь от меня. – Она взяла его за руку и потащила к двери его спальни. Ее рука была холодной, словно лед.
– Ты замерзла?
– Да, мне всё время холодно.
Они вошли в отведенную ему комнату, и Ольга, откинув шелковое одеяло, легла на постель.
– Погаси свечи, я еще не привыкла…
– Но только что у нас горели свечи, и ты этого не стеснялась.
– А теперь я прошу тебя их погасить. – И Ольга призывно ему улыбнулась.
У Владимира отчего-то тревожно забилось сердце. Вдруг в ночной тишине раздался пронзительный женский крик и яростный лай.
Владимир повернул Ольгу к себе и дернул ворот рубашки – на оголенной женской груди увидел родинку в форме звезды. Женщина засмеялась, ее глаза из синих стали черными и пустыми, она протянула руку к лицу Владимира, но в это мгновение он решился и воткнул ей саблю прямо в сердце. Она закричала нечеловеческим голосом и рассыпалась в прах.
Владимир бросился в спальню к Ольге. Вслед за ним бежал Державин. Сцена, которую они застали в ее спальне, была ужасной.
Ольга с пистолетами в руках стояла прижавшись спиной к стене, у ее ног, яростно рыча, сидел Малыш. Его густая шерсть встала дыбом, он был вне себя от ужаса и ненависти.
Перед ними в воздухе неподвижно висела тень, похожая в сером плаще на огромную летучую мышь. Это был сам Владыка Тьмы, рядом с ним находилось несколько его слуг.
Ольга была в длинной ночной рубашке, которую ее заставил надеть Владимир, опасаясь ночного холода. Теперь ворот рубашки был разорван так же, как минуту назад Владимир разорвал рубашку на ведьме, на шее Ольги алела свежая, глубокая царапина, на которой запеклись капли крови. Видимо, Бальтазар пытался сорвать с нее медальон, и Владимир с радостью увидел, что их недругу это не удалось.
Всё это Владимир осознал в одно мгновение – в следующее он с криком бросился на врагов. За ним бросился Державин.
Они рубились страшно, слуги Ордена отчаянно сопротивлялись, и их было значительно больше – казалось, что на смену поверженным из воздуха появляются всё новые и новые.
Владимир и Державин рубили и кололи не переставая, Ольга истратила все выстрелы и теперь отбивалась кинжалом, Малыш рвал своими страшными зубами всех, кого мог достать.
– Береги медальон! – крикнул Ольге Владимир, пытаясь в общей сутолоке приблизиться к ней, но его оттеснили от Ольги в дальний угол.
На шум и крики прибежали слуги, на мгновение они замерли от ужаса, затем, вооружившись, кинулись на помощь хозяйке. И битва продолжилась.
Постепенно комната заполнилась трупами слуг Ордена, их тела издавали ужасный запах и рассыпались в прах на глазах у изумленных людей. Смрад от их испарений всё усиливался, и людям становилось всё труднее дышать, они начинали задыхаться, силы их покидали. Постепенно перевес в борьбе стал переходить на сторону Ордена.
Бальтазар, перемещаясь по воздуху, подобрался к Ольге, которая также начала терять сознание, схватил ее и вылетел из комнаты. Владимир бросился за ним. Владыка пролетел по коридору, влетел в кабинет, подлетел к книжным полкам и нажал на одну из книг. Полка отъехала в сторону – за ней оказался подземный ход.
Владыка влетел в него и, держа на руках бездыханную Ольгу, понесся к выходу, Владимир, не отставая, бежал за ним. Он услышал за собой тяжелое дыхание и на ходу оглянулся. За ним огромными прыжками несся Малыш.
Казалось, эта гонка никогда не закончится. Наконец впереди блеснул слабый свет. Владимир боялся применить оружие – он мог поранить Ольгу, тела которой было почти не видно за широким, развевающимся плащом Владыки.
Свет становился всё ярче. Внезапно Владыка остановился и бросил Ольгу на землю.
В этот момент на спину Бальтазару прыгнул Малыш и повалил его. Подбежавший Владимир приставил ему к горлу саблю – Владыка не шевелился. Когда он наклонился над поверженным, оказалось, что на земле лежит только широкий серый плащ – Владыка исчез.
Владимир повернулся к Ольге: она была без сознания, рядом с ней лежал Малыш и, тихо повизгивая, лизал ей руку.
Только сейчас Владимир увидел, что их окружают гвардейцы императрицы, с саблями наголо и факелами в руках.
– Полковник Долгорукий, – отрекомендовался старший офицер. – По приказу Ее Императорского Величества Екатерины II велено охранять и защищать. Мои солдаты уже в доме.
– Спасибо, полковник, – устало отозвался Владимир. Он поднял Ольгу на руки и, прижав к своей груди, понес ее к дому.
XXI
В тишине охраняемых караулом покоев Царскосельского дворца Ольга медленно приходила в себя. Когда она открыла глаза, первым, кого она увидела, был Владимир. Он спал рядом, в большом кресле, на коленях у него лежала сабля. Ольга счастливо вздохнула и откинулась на подушки. Тут же из-под кровати донеслось тихое ворчание – и два преданных глаза глянули на нее.
– Ты здесь, Малыш, мой маленький, отважный воин! – Ольга почесала за ухом огромную собаку, и Малыш радостно завилял хвостом.
– Любимая, ты очнулась! – Владимир, боясь потревожить еще слабую Ольгу, осторожно присел к ней на постель. – Теперь я могу жить дальше.
– Долго я спала?
– Несколько недель, уже середина весны.
– И всё это время я видела тебя во сне.
– Боже мой! – силы оставили Владимира, и этот мужественный человек от облегчения и прилива нежности зарыдал, как ребенок, склонившись к коленям любимой женщины.
Через несколько дней Ольга уже гуляла по дворцовому парку. Здесь она была в безопасности. Ольга никогда не оставалась в одиночестве: ее всегда сопровождали Владимир или Державин, рядом неизменно находился Малыш, а караул гвардейцев незаметно, не мешая, двигался за ней.
Становилось всё теплее, солнце светило всё ярче, зеленела трава. Ольга садилась на скамейку и строила планы на будущее, она предавалась мечтам и часто уносилась в заоблачные дали. Перед ее мысленным взором вставали картины счастливой семейной жизни.
В один из таких солнечных дней за Ольгой пришла фрейлина императрицы и передала ей приглашение от Екатерины прийти на чай. Ольга немедленно проследовала через длинный строй анфилады в кабинет Екатерины.
Императрица была одна. На столике был сервирован чай с пирожными, а на ее рабочем столе лежал пожелтевший конверт. Она внимательно осмотрела Ольгу, когда та вошла в ее кабинет.
– Как вы чувствуете себя, моя милая? – ласково спросила императрица Ольгу.
