зрения (
архиве), что соотносится с операцией, обозначенной под номером 1.1. Принципиальное отличие состоит в том, что вследствие множественных грамматических и семантических аномалий (
отдаление просело; жлдлжщлждщ покидает навстречу; взглядов один к одному; пятится отлив; аванпост архива) невозможно проследить событийную последовательность повествования. Так возвращение к важной линии рассуждения/нарратива, о котором в обыденном языке сигнализирует единица
итак, модифицируется в повторный фокус на ранее употребленном слове.
Толкование в ПД: В отличие от конвенционального употребления итак (по данным словарей и НКРЯ) в ПД отмечается формирование дополнительных значений в связи с нарушением сочетаемости. Итак употребляется в середине, а не в начале текста, как в примере из текста В. Филиппова, или в середине предложения как в тексте К. Коблова, дополнительно маркируя дейктический сдвиг, выраженный в специфической по отношению к конвенциональному употреблению локализации ДС. При этом выражение вывода из вышесказанного подвергается метаязыковой рефлексии. Метатекстовая функция реализуется в качестве организационной операции, в тексте В. Филиппова – в виде упорядочения мыслительных процессов, приобретая таким образом дополнительное значение автокоммуникативности; в тексте К. Коблова – в качестве указания на повтор ранее употребленного слова.
So
Лексикографическое описание: ‘Используется как вводная частица. Часто с оттенком умаления значимости обсуждаемого вопроса; междометие, чтобы указать на осведомленность об открытии или удивленное несогласие’ [Merriam-Webster: www].
Операция: 1. Инициирует реплику с целью привлечь внимание слушающего. 2. Вводит характеристику ситуации со значением удивления. 3. Вводит характеристику ситуации с эффектом умаления значимости.
Функционирование ДМ в поэтическом дискурсе:
– Is it Otis?
– I’m…
– Otis, so it is.
– Am I?
– ’Tis Otis.
– I am…
– So, it’s Otis.
– I am William.
– O, Otis, sit.
(Ch. Bernstein)
В этом примере представлен абсурдистский диалог, в котором реплики выстраиваются по принципу анаграммы, что реализует эстетическую функцию языка. Таким образом, so относится к маркированию следствия на этом основании: «итак, вы Отис» [потому что это имя составлено из букв, содержащихся в остальных словах моей реплики]. По мысли Д. Шиффрин, в коммуникативной реализации so осуществляет связь при смене реплик в диалогическом взаимодействии (структура обмена), выражает контакт между говорящим и слушателем (структура участия) и способствует организации и управлению (мета)знаниями, потому что посредством so вводится новая информация. В общих чертах Д. Шиффрин [Schiffrin 1987: 191] описывает so как «маркер результата» и перехода к «единице основной идеи», то есть суждения, которое считается первостепенным по значимости в речи.
Данный текст оформлен как диалог, однако реального речевого взаимодействия не происходит, так как каждая из реплик является поэтическим высказыванием, направленным на само себя (исследующим собственный план выражения). Здесь можно говорить об иронической имитации коммуникативной неудачи, или о метаязыковой иронии над коммуникацией и принципами Г. П. Грайса. Такой концептуалистский подход, нацеленный на рефлексию и критику дискурсивных и коммуникативных конвенций, характерен для направления «Поэзии языка» в целом. С другой стороны, ДМ so, служащее маркером перехода с оси селекции на ось комбинации, связывает противоречащие реплики персонажей текста посредством введения общего элемента разговора в формате выяснения имени одного из актантов диалога.
So, Alyosha, maybe it is true
that we live in perhaps.
Perhaps the earth… perhaps the sky…
chemical winds, auroras, tides,
chalk hills and blistered pines
and the microtonal bells.
(M. Palmer)
Во фрагменте из текста М. Палмера ДМ so открывает стихотворение, выполняя функцию вероятной смены реплик, – такой вывод мы делаем на основании следующего за ДМ эксплицитного обращения (Alyosha). Так, so в этом примере создает эффект случайно вырванного из временного континуума фрагмента речи и приобретает интерактивный характер, вовлекая читателя в самостоятельное достраивание возможного диалога.
Рассмотрим следующий фрагмент, в котором so выполняет более распространенную функцию маркирования вывода.
I can’t distinguish duration that separates two instants from my memory that connects them.
Duration continues what has passed with now; it implies consciousness, for which time flows.
Brain steps down energy radiating from stars through optic nerve to pineal gland and arranges these myriad photons into a neurological, space-time grid.
It conveys the influx of light as a field, mentality.
So thought is a form of organized light.
(M.-M. Berssenbrugge)
Аргументация здесь выстраивается на воображаемых основаниях при помощи псевдонаучных фактов и при нарушении нормативного выражения эпистемической модальности. Таким образом, so участвует в создании поэтического псевдонаучного высказывания, в котором имитируется организация текста по типу доклада и используется лексика из академического дискурса.
Толкование в ПД: ДМ so, частотно выполняющее функцию маркирования вывода в конвенциональной коммуникации, в ПД также реализует функцию инференции, но не в рамках логической операции, а на основании фонетического созвучия. Участвует в имитации коммуникативной неудачи, в рамках которой производится ироническое осмысление норм конвенциональной коммуникации. Кроме того, посредством ДМ so достигается эффект случайно вырванного из временного континуума фрагмента речи, что придает дискурсу характер интерактивности, вовлекая читателя в самостоятельное достраивание возможного диалога. Так как so частотно употребляется в научном дискурсе, в ПД это явление осмысляется посредством участия so в создании поэтического псевдонаучного высказывания. Говорящий занимает метапозицию по отношению к своему высказыванию, рефлексируя средства его выражения.
Дискурсивные маркеры каузальной связи (следовательно [88] , therefore)
Therefore
Лексикографическое описание: ‘По этой причине: следовательно; из-за этого; на этом основании’ [Oxford: 34 331].
Операция: Демонстрирует субъективный взгляд говорящего на логическую согласованность вводимой информации с предыдущими положениями по принципу следствия.
Функционирование в ПД:
I do not know English, and therefore I can have nothing to
say about this latest war, flowering through a night-
scope in the evening sky.
(M. Palmer)
В приведенном фрагменте реализуется логико-семантический сдвиг в причинно-следственных отношениях от фактивного к путативному аспекту: незнание языка не предполагает отсутствие мнения (have nothing to say – отсутствие позиции). Неслучайно употребление модального глагола can (не могу ничего сказать или могу ничего не говорить), посредством которого заявляется об отношении субъекта к описываемым обстоятельствам, как самостоятельное решение ничего не говорить.
Укажем и на логический парадокс: текст написан на английском языке, что противоречит пресуппозиции, инициирующей высказывание, которое, таким образом, основано на принципе иллокутивного «самоубийства» [Вендлер 1985]. Этот парадокс может иметь целью выражение политической рефлексии субъекта: английский язык для англоязычного автора выступает в том
