и ушёл, оставив нас в задумчивости.
Я оглянулся на своих друзей, чтобы увидеть их реакцию.
— Никто из вас не хочет отказаться? — спросил я, пытаясь уловить их настроение.
Токума ухмыльнулся, а его спокойная уверенность была заразительна.
— Конечно же нет! — воскликнула Хана, широко улыбнувшись. Её нинкены подали голос, словно подтверждая её решимость.
Я кивнул, ощущая волнение, смешанное с азартом.
— Тогда покажем всем нашу силу!
Последующие две недели мы провели в тренировках, оттачивая командную работу до автоматизма. Мы знали, что на экзамене нас будут оценивать не только как отдельных бойцов, но и как команду.
Помимо прочего, я предложил разработать систему сигналов для общения в бою. Помня канон, я знал, что такие знаки могут стать решающим фактором. Мы придумали несколько жестов, каждый из которых передавал конкретное сообщение. Это позволило бы нам переговариваться кратко и эффективно даже в разгар битвы.
* * *
Наконец, настал день экзамена. Утро выдалось холодным, и воздух был наполнен смесью тревоги и возбуждения. Собравшись, я вышел из дома и направился к Академии. На подходе к зданию меня уже ждал Токума, стоявший с видом полной невозмутимости. Через несколько минут появилась и Хана. Её нинкены весело тявкали, будто тоже чувствовали важность момента.
— Все в сборе — сказал я, после чего мы втроём отправились к кабинету на третьем этаже.
Проходя через второй этаж, мы заметили толпу генинов у входа в «триста первый кабинет». Они спорили, сомневались, некоторые явно нервничали. Я бросил на них короткий взгляд и прошёл мимо.
— Не заметить такого простого гендзюцу… весьма удручающе — протянул Токума с легкой усмешкой.
— Согласна, это ведь легче легкого — отозвалась Хана, кивая, как и я.
Когда мы поднялись на третий этаж, нас встретил Райдо-сенсей.
— Я в вас не сомневался. Удачи вам на экзамене — сказал он, чуть улыбнувшись.
Мы кивнули ему, чувствуя благодарность за его веру в нас, и вошли в аудиторию.
Зал был наполнен десятками шиноби из разных деревень. Атмосфера казалась почти осязаемой. Многие из присутствующих смотрели на нас с подозрением и скрытой угрозой. Некоторые из них даже позволили себе выпустить немного своего убийственного ки.
Но эти попытки не произвели на нас никакого впечатления. Мы просто заняли места у края комнаты и начали наблюдать за окружающими, оценивая их потенциал. Это было частью нашего плана — не показывать свои слабости и держаться с достоинством.
По информации, собранной заранее, мы знали, что в экзамене участвуют сорок одна команда. Восемь из них — из Конохи, три — из Облака, пять — из Камня, четыре — из Тумана, пять — из Песка, а остальные — из небольших деревень.
Большинство команд были средней силы. На такие экзамены редко отправляли лучших шиноби, особенно в чужую деревню. Слишком велик был риск их «гибели» по дороге или во время самого экзамена. Тем не менее, мы знали, что стоит быть начеку. Особенно с учётом слухов о том, что Камень, испытывая экономические трудности, мог отправить своих сильнейших.
Когда все участники наконец собрались, дверь распахнулась, и в аудиторию вошёл черноволосый мужчина. Он был облачён в белое кимоно, а его глаза, лишённые цвета, излучали холодное спокойствие — типичный Хьюга.
— Я ваш экзаменатор, Иватами Хьюга! — голос мужчины прозвучал громко и чётко, эхом разнесясь по аудитории.
Его пронизывающий взгляд прошёлся по каждому из нас, заставляя замереть даже самых смелых. От него исходила аура непреклонности и власти, и никто не сомневался, что он не потерпит нарушений.
— Без моего разрешения любые состязания и конфликты строго запрещены. Участник, осмелившийся пойти против моей воли, будет немедленно исключён — он обвел нас ледяным взглядом.
Напряжение в комнате стало почти осязаемым. Вот уж кто умел использовать ки, в отличии от зеленых генинов.
— С этого момента первый экзамен на чунина объявляется открытым. Предъявляйте свои заявления, после чего получите таблички с номерами. Занимайте места согласно своим номерам. После этого вам раздадут бланки для письменного экзамена.
Я с трудом удержался от того, чтобы не улыбнуться. Всё шло ровно так, как я ожидал.
Получив номерки, мы заняли свои места. Я оказался между генином из Песка и парнем из Дождя. Последний вызывал у меня лёгкое беспокойство — его взгляд был холодным и настороженным. Не люблю дождь…
Нам раздали перевёрнутые бланки и карандаши, а Иватами Хьюга вышел в центр комнаты, привлекая к себе внимание.
— Сейчас я объясню вам правила. Во первых — в письменном экзамене десять вопросов. За каждый правильный ответ вы получаете один балл.
Он сделал паузу, позволяя нам осознать услышанное.
— Во вторых — результат вашей команды зависит от общего количества набранных баллов. Минимальное значение для прохождения — двадцать пять.
Комната наполнилась возмущёнными голосами. Один из генинов не выдержал и вскрикнул:
— Как это понимать?!
Но прежде чем разговоры разгорелись сильнее, Хьюга выпустил немного своего ки, заставив всех мгновенно замолчать. Напряжение стало почти невыносимым.
— У вас один час на выполнение всех заданий. Начали! — завершил он с той же холодной уверенностью.
Я перевернул бланк и начал читать вопросы. Они касались тактики и стратегии боя: захват и оборона лагеря, построение боевых формаций, подходы к наступлению в разных условиях. Всё это казалось знакомым, но я понимал, что ошибки недопустимы. Собравшись, я начал работать над ответами.
Спустя полчаса, в самый разгар экзамена, Иватами Хьюга активировал бьякуган. Это вызвало заметное волнение среди генинов из других деревень. Для неподготовленного человека его белоснежные глаза выглядели по-настоящему жутко, и это ощущение ещё усиливалось его взглядом, который словно проникал в самую душу.
Оставшиеся полчаса я чувствовал, как его взгляд буквально прожигал меня. Это было нервозно, но я заставил себя сосредоточиться. Некоторые не выдержали — несколько человек встали и покинули комнату, явно не справившись с давлением.
Когда время вышло, голос Хьюги разрезал тишину:
— Экзамен подошёл к концу! Руки на стол!
Я отложил карандаш и откинулся на спинку стула, пытаясь расслабиться.
«Девять из десяти… Надеюсь, Токума и Хана тоже справились», — мелькнула мысль, но вместе с ней пришло и лёгкое беспокойство. Вопросы оказались сложнее, чем я ожидал, а напряжение в комнате ещё больше усложняло задачу.
Тишину нарушил гулкий стук шагов. В аудиторию вошёл массивный мужчина с русыми волосами и глубокими карими глазами. Его внушительная фигура и уверенная походка мгновенно привлекли внимание всех присутствующих.
— Я экзаменатор второго этапа, Шинсо Кёторо, — его голос звучал спокойно, но в нём чувствовалась твёрдость, которая не допускала возражений. — Завтра, в семь утра, я жду всех прошедших
