одеяло, когда появился Фрэнк. «Привет. Я по соседству, напротив Ниша и Тини».
«Надолго выходили?»
«Да не, просто поигрались. Ничего особенного. Суп уже ел?»
«Да. И Каунтдаун».
«Ты в курсе про молитву в полседьмого?»
«Ага».
Пока я занимался постельным бельем, по коридору прошел Кен. Он помахал мне рукой.
«Энди. Все в порядке, приятель?»
«Кен».
«Увидимся после молитвы, я снабжу тебя всем необходимым для выхода на вечеринку».
Он пошел дальше. По крайней мере, он улыбался, чего нельзя было сказать о Фрэнке.
«Ты слышал, что случилось?»
Я помотал головой.
«Вышла небольшая драма».
Конечно, я хотел знать, но не собирался спрашивать. Он меня не подвел.
«Мы вдвоем высадили Кена и еще пару ребят из фургона, чтобы они поработали на границе. Мы даже не знали, что было целью. Все, что нам было известно, это точка высадки, точка подбора и экстренная RV[57].
Мы выехали из района и встали, ожидая вызова, чтобы забрать их. Это была небольшая тропинка, отходящая от дороги. Я открыл термос, когда по дороге проползла машина с включенными габаритными огнями. Она остановилась немного дальше и вернулась, очень медленно. Там были двое.
Они остановились возле нашей колеи, посмотрели, затем снова поехали. Они, должно быть, увидели нас.
Мы вышли на связь, сообщили о возможном раскрытии и двинулись прочь. Как только мы вернулись на дорогу, то снова заметили ее. Она начала нас преследовать.
Мы были прямо на границе. Машина шла за нами, и к ней присоединилась вторая, обе с включенными габаритами. Я снова вышел на связь, ожидая выстрелов в любую секунду.
Дорога стала шире, и ведущая машина внезапно ускорилась, чтобы догнать нас. Когда я снял предохранитель, этот старый «Форд» поравнялся со мной. Двое. Оба в масках. Если бы я увидел оружие, то открыл бы огонь. Но ничего.
Мы подъезжали к перекрестку, и как раз когда оказались там, к нам присоединилась третья машина.
Я вышел на связь, комментируя происходящее. Так продолжалось минут десять. К нам присоединились еще машины. Это было безумие — вскоре их стало шесть. Это как минимум двенадцать игроков, возможно, больше.
Мы по-прежнему должны были оставаться в районе цели, чтобы подобрать патруль, но от них пока не было никаких вестей — и их, конечно, и не будет, пока работа не будет закончена. Мы ездили большими кругами, и они даже забаррикадировали дорогу щебнем.
Патруль сообщил о готовности. Я описал им ситуацию и сказал, что мы постараемся оторваться от машин позади, но без гарантий. Они должны быть на низком старте.
И тут я вдруг кое-что понял. «На подборе нас будет пятеро. Пятеро против двенадцати — погнали».
У меня была G3 на коленях, и я одной рукой управлялся с радио, а другой подсвечивал карту фонариком. Это как быть штурманом у гонщика на ралли, только с шестью машинами на хвосте, и я должен был быть готовым обставить их.
Мы оттормозились в пол на точке подбора, и парни запрыгнули внутрь. Я передал, что мы их подобрали. Но Кен меня оборвал».
Фрэнк был очень зол.
«Я здесь главный», — сказал он, — «и я говорю, что мы должны немедленно покинуть район».
«Я сказал: «Но нас гоняли полчаса! У нас есть шанс уничтожить нескольких игроков!» Он велел делать то, что он приказал. Что я мог сделать?
Шесть машин преследовали нас, пока мы не отъехали достаточно далеко от района. Я не мог в это поверить. Я приберег это, пока мы не вернулись сюда, а затем выложил ему.
Я все еще злюсь из-за этого, Энди. Мы упустили большую возможность, и все потому, что у него не было полной картины, и он не нашел времени, чтобы ее выяснить. Если хочешь знать мое мнение, Кен, это…»
«Ой, да ну нахер, Фрэнк». Пол вернулся с кружкой в руке. «Просто забей на это, ладно?»
33
Не было ни призывов, ни колокольного звона, зовущих на молитву, все просто собрались. Территория оперативного отдела состояла из восьми Портакэбин, четырех вверху, четырех внизу. Я последовал за парой парней по металлической пожарной лестнице.
Комната для инструктажей была оборудована стандартной психоделической армейской мебелью, которой обставлялось жилье для семейных — мешаниной пластиковых стульев и кресел, выглядевших так, будто они какое-то время простояли в Доме убийств. Она выглядела обшарпанно. На стенах висели общие карты Провинции, схемы улиц, газетные вырезки и фотографии парней, доставляющих неприятности. Старый шестифутовый деревянный складной стол был завален подборкой ежедневных газет. Табличка предупреждала всех ничего не выносить из комнаты. Для всякого дерьма на гвозде висел большой черный мусорный мешок.
Комната наполнилась. Чьи-то лица были мне знакомы, некоторые принадлежали ребятам из эскадрона, которых я не видел в Малайзии. Всего нас было человек пятнадцать — не считая большого толстого добермана, пыхтящего в углу — в спортивных костюмах или джинсах и шлепанцах. У каждого была кружка с варевом, кроме новичка, у которого был бумажный стаканчик.
Кен стоял у белой маркерной доски с блокнотом в руке. Он огляделся, пока мы рассаживались. «Где Эл?»
В этот момент в дверь вошел Мистер Ворчун. Он выглядел немного лучше. Ниш бросил скомканный лист А4. «Вот он. Вот EPC-шний зубрила».
Сертификат об образовании был цензом, который требовался на разных этапах карьеры. Эл, должно быть, уже сдал стандартный EPC, иначе он не стал бы капралом в Пара Рег. Независимо от того, каким хорошим солдатом вы были, вас не произведут в сержанты, даже имей вы степень, если вы не прошли EPC. Если нацелитесь в уорент-офицеры, вам будет нужно сдать продвинутый уровень EPC. Я уже прошел свой EPC и был рад, что все закончилось, но где-то на горизонте маячил EPCA (EPC Advanced). Ниш подался вперед, пока Эл искал место. «Надеюсь, ты сделал за меня домашку, а то не получишь яблочко».
Кен оглядел всех в последний раз. «Добро, слушай сюда». Его речь была короткой, резкой и агрессивной: по существу. Он рассказал о работе, которую они проделали сегодня утром. Оператор MI5 встретился с источником в PIRA. Информатор, наводчик, предатель — их много как называли. Кен с группой прикрывали встречу на случай, если это будет замануха. Такое случалось постоянно. PIRA взорвет бомбу, армейцы прибудут, организуют оцепление и развернут командные пункты. Как только район наводнит солдатня, PIRA взорвет еще пару штук.
Ярким примером был Уорренпойнт.
По меньшей мере восемнадцать солдат погибли в августе 1979 года в результате двух нападений с использованием мин-ловушек в Южном
