меня в пропасть, поскольку я слишком слаба, чтобы им противостоять. И в то же время я жаждала их услышать. Жаждала поддержки, которую они могли бы мне дать. Но и не знала, готова ли я.
Он повернул ко мне голову, его лоб коснулся моего.
– Эланор, что ты хочешь от меня услышать?
– Правду, – смогла я лишь прошептать.
– Причина одна – ты. И всегда ею будешь.
Он нежно провел рукой по моей щеке.
– А теперь спи.
– Мы же сейчас снова увидимся?
И прежде чем мои веки сомкнулись, я прочитала ответ в его глазах.
– Лунница, ты заставила меня ждать, – сказал Элайджа, встретив меня на пороге хижины. В отличие от прошлого раза, за окном не бушевала гроза вперемешку со снегом. Ночь освещало чистое звездное небо.
– Подрастеряла прежнюю сноровку, – усмехнулась я, пытаясь скрыть волнение. Но правда заключалась в том, что я колебалась. Между собственным сном и сном Элайджи. В момент, когда обычно решала, хочу ли попасть в чье-то сновидение. И в какой-то момент действительно сделала выбор.
Я знала, что произойдет дальше. Мы оба это знали. И все же этот момент отбросит нас назад – в наше прошлое, туда, где мы были наиболее уязвимы. Но разве оно того не стоило, если это означало отдаться любви? Даже если цена окажется высокой? Даже если, возможно, все это станет лишь воспоминанием?
– О чем ты думаешь?
Мой взгляд остановился на Элайдже, который внимательно за мной наблюдал. В его глазах читалось столько вопросов, невысказанных слов и воспоминаний.
– О том, что сейчас произойдет, – ответила я и села рядом с ним на диван. В камине уже потрескивал огонь, заливая хижину теплым светом.
– Эланор, если ты не хочешь… – начал Элайджа, но я на секунду приложила палец к его губам, прежде чем зарыться ладонями в его густые волосы.
– Я знаю, что в реальном мире у нас нет возможности быть вместе. Но прямо сейчас я хочу быть эгоисткой. Хотя бы во сне.
Благодаря моим способностям эти сны были для нас такими же реальными, как и обычный мир. Потому что все происходило на самом деле. И именно это меня пугало больше всего. Я понимала, что это не просто сон, который исчезнет, как мыльный пузырь, как только мы проснемся. Наоборот, это будет наш общий момент, который мы запомним навсегда.
– Будем эгоистами вместе, – прошептал Элайджа, преодолевая оставшиеся между нами несколько сантиметров. На долю секунды его губы нежно коснулись моих, как будто он наслаждался моментом. Но когда его поцелуй стал напористее, а язык, словно спрашивая разрешения, толкнулся внутрь, я потеряла себя и свое сердце.
Я полностью отдалась поцелую. Желанию, которое долго тлело внутри и вызывало дрожь во всем теле. Каждая частица меня жаждала его близости. Я нуждалась в нем. В его теле, прижатом к моему. В легком покалывании кожи от его прикосновений. Мне нужны были мы – та близость, что так долго дарила мне чувство безопасности. Мы стали единым целым, растворившись в этом мгновении. Боже, как же мне его не хватало. И одна лишь мысль о том, что у нас есть только эта ночь, заставляла меня хотеть быть еще ближе к нему.
Я потянула за его поло, прервав поцелуй, чтобы снять его с Элайджи. Он пожирал меня взглядом, а его руки тем временем скользнули к моему топу, который он снял с меня одним уверенным движением. Лифчик последовал за остальной одеждой. Его слегка шершавые пальцы касались моих самых чувствительных мест, он не сводил с меня глаз. Элайджа сводил меня с ума, заставляя трепетать и гореть одновременно. Я жаждала большего. Села на него сверху и страстно прижалась к его губам, и тихое «Проклятье, Эланор…» сорвалось с его уст.
Воодушевленная его словами, я провела пальцами по рельефному торсу, чувствуя каждый изгиб его тела. И в тот самый момент, когда моя рука скользнула ниже… нас резко выбросило из сна.
Я вскочила на ноги и, тяжело дыша, огляделась в темной комнате.
– Ч-что случилось? – Часть меня по-прежнему оставалась в ловушке сна. Но мы уже вернулись в реальность, где не существовало никаких «нас».
– Без одной минуты полночь, буря вот-вот достигнет пика, – произнес Элайджа, взглянув на наручные часы.
Вероятно, нас обоих разбудил громкий вой ветра. Когда часы пробьют полночь, духи погодных фей наберут максимальную силу и заставят нас это прочувствовать.
С бешено колотящимся сердцем я встала, бросилась к окну и отодвинула занавеску. Увидев, что нас ожидало, сдавленно ахнула.
– Что случилось? – спросил Элайджа, и через несколько секунд я почувствовала его у себя за спиной. Он тут же заключил меня в кольцо своих надежных рук.
Я же могла смотреть только на то, что творилось за окном. Над бушующим морем поднимался ветер, воздушные потоки сливались воедино, образуя гигантское торнадо. Вокруг грозного смерча плясали молнии, а градины разлетались во все стороны. Все это неумолимо надвигалось на академию. Торнадо всасывал воду и набирал силу с каждой секундой. Мое сердце колотилось все быстрее. Один и тот же сценарий повторялся из года в год. Но страх завладевал мной будто впервые.
– Эланор, отойди от окна, – велел Элайджа, переплетая свои пальцы с моими. Он попытался увести меня к кровати, но я словно впала в ступор. Мой взгляд был прикован к торнадо. Мысленно я начала отсчет.
Сорок пять, сорок четыре…
– Эланор!
Я не шелохнулась.
Сорок, тридцать девять…
– Стоять у окна слишком опасно!
Тридцать два, тридцать один…
Торнадо достиг материка. И от колоссальной силы, которую он принес с собой, задребезжали оконные стекла.
– ЭЛАНОР, да чтоб тебя!
Восемнадцать, семнадцать… и вдруг я почувствовала, как сильные руки Элайджи обхватили меня, подняли и перенесли на кровать.
– Это рискованно, – прорычал он.
Я тяжело сглотнула. Против собственной воли меня словно отбросило назад, в детство. Каждый год все повторялось: та же буря, тот же страх.
– Знаю… Но хуже не видеть бурю, чем смотреть ей в глаза.
У меня не получалось отвести взгляд. Если я не знала, что происходит, это сводило меня с ума. А еще это означало, что мой рассудок автоматически отключался. Каждый раз, замирая перед окном в ожидании полуночного удара колокола, я чувствовала, как мой рассудок отключается, словно защищаясь от неизвестности.
Но на сей раз Элайджа обнял меня и закрыл своим телом, когда он прозвучал.
– Скоро все закончится, – прошептал он, заправляя прядь волос мне за ухо.
Это первая буря, которую мы пережили вместе. До сих пор каждый пережидал ее вместе со своей семьей. А так у меня
