прослоек. Теперь я ответственен не только за себя, но и за всех, кто в меня верит. Мой провал будет означать провал борьбы за свободную прессу, за право знать правду, за равенство обычных людей и аристократов.
— О чём задумался? — вывел меня из транса стоящий рядом рэпер.
Я посмотрел ему прямо в глаза и ответил:
— О том, что мы делаем большое дело. Куда больше, чем можем даже представить.
Попрощавшись с Псом, я без предупреждения поехал к Рогову в офис. В конце концов, он уверял меня, что держит ситуацию под контролем. А раз он не справился своими силами, то придётся самому вступать в игру и спасать свою репутацию, пока не стало слишком поздно.
— Даниил, наша организация не причастна к этому фарсу, что творится в средствах массовой информации! — с порога заявил мне Рогов.
Впрочем мне не нужны были его оправдания или извинения. Я прекрасно понимал, что всё это устроил отнюдь не Коваленко, а Юсупов и целью его был я, так что обвинять Лигу и Рогова я не собирался.
— Жорж, давайте перейдём к делу. У нас есть общая проблема, которую необходимо как можно скорее решить, — сухо сказал я.
— Так вы согласны? — Обрадовался он.
— У меня есть три условия, — сказал я, не сводя с него взгляда. — Первое: вы даёте официальную пресс-конференцию и публикуете полную версию ролика.
— Само собой, — кивнул он.
— Второе, — загнул я следующий палец. — Вы заключаете рекламный контракт сроком на один год с моим агентством «Уваров и Распутина» на эксклюзивное размещение рекламы в новой газете «Голос улиц».
Собственно это было основное, зачем я пришёл сюда. Необходимо было пользоваться ситуацией. Из-за козней Юсупова стало очень сложно подписать крупных рекламодателей для моей новой газеты. А они — фундамент всей задумки, без которых её существование просто невозможно. Поэтому я не испытываю угрызений совести от того, что пользуюсь положением Лиги магических единоборств в своих целях. В конце концов, сотрудничество со мной для них окажется фантастически выгодным и они непременно продлят с нами контракт, просто сейчас они ещё этого не понимают.
— Даниил, это чистой воды шантаж, — нахмурился Рогов. — Вы предлагаете мне кота в мешке.
— Нет, Жорж. Никакого кота в том мешке, что я вам предлагаю нет. Там только золото, — улыбнулся я.
— Я не могу вам ничего ответить на этот счёт, не зная конкретных цифр.
— Они будут, но уверяю, через пару месяцев вы сами позвоните мне и потребуете продлить сотрудничество, — уверенно сказал я.
— Ладно, ладно, всё равно у меня нет выбора, — недовольно развёл он руками. — Какое там третье условие? Достать вам Луну с неба?
Хитро улыбнувшись, я назвал своё третье условие, при котором состоится мой показательный бой.
— Даниил, я понимаю, что после боя с Безумным Максом вы почувствовали уверенность в своих силах, но Неуязвимый — наш лучший и сильнейший боец!
— Не беспокойтесь, мы ведь будем биться в защитных артефактах, так что ваш чемпион не пострадает, — улыбнулся я.
Но Рогов не разделял моего настроя. Он покачал головой, а затем строго спросил:
— Вы точно уверены что готовы к этому?
— Абсолютно, — без промедления ответил я. — Я зайду в октагон лишь увидев Неуязвимого на другом конце.
Промоутер откинулся на кресле и долго смотрел на меня. В его глазах отражалась внутренняя борьба, поэтому я просто ждал, когда он примет единственное возможное решение.
— Это несомненно вызовет колоссальный ажиотаж. С учётом шумихи, поднятой в газетах, это без преувеличения станет событием года, — рассуждал вслух Рогов. — Но теряется весь смысл поединка, Неуязвимый уничтожит тебя за считанные секунды.
А вот это сейчас было обидно. Неужели я настолько не выгляжу как достойный соперник? Или они все судят по тому, что я так и не прошёл переаттестацию и до сих пор числюсь одарённым первого ранга?
— Я выстою все три раунда, — заявил я в ответ на его рассуждения.
— Даниил, если ты доберешься хотя бы до второго раунда, то я подпишу контракт с твоим агентством не раздумывая, — отмахнулся он.
— Э-э-э нет, — хитро улыбнулся я. — Вы и так его подпишете. Но у меня есть ещё одно предложение для спора, которое не будет стоить вам ни копейки.
Промоутер заинтересованно посмотрел на меня.
— Если я продержусь все три раунда против вашего чемпиона, то вы станете автором еженедельной рубрики в моей газете! — с этими словами я протянул ему руку.
Жорж Рогов посмотрел на меня взглядом, полным скепсиса и недоверия, но всё-таки пожал её.
* * *
Едва я дал согласие на поединок, как Лига организовала пресс-конференцию, на которой публично заявила о политики нулевой терпимости к насилию на улицах и осудила своего бойца.
Они тут же распространили полную версию ролика, а также объявили, что помогут следствию наказать истинных нарушителей закона.
Ну и конечно же в самом конце был анонсирован показательный бой Даниила Уварова с Неуязвимым, что как и планировалось сместило фокус внимания со скандала на грядущее уникальное мероприятие.
После этого, некоторые СМИ выпустили опровержения и извинения за прошлые материалы, где смешивали меня с грязью. И конечно же моя фамилия в их опровержениях отсутствовала. Все их усилия были направлены на то, чтобы выгородить себя, переложив всю вину на Коваленко и его обман.
Он кстати своё получил и довольно быстро. Лига мгновенно расторгла с ним контракт и потребовала вернуть неустойку за репутационные потери. Также, к Безумному Максу проявили интерес работники правоохранительных органов. И хоть уголовного наказания за применение запретных техник нету, но в стране подобное каралось очень строго, так что его быстро задержали на двое суток за неподобающее поведение, а дальше нашли доказательства его других грешков. И судя по энтузиазму, с которым полицейские взялись за него, я не сомневался, что о Максиме Коваленко можно теперь забыть.
Чего не скажешь о роде Юсуповых. Несмотря на очевидные и неопровержимые доказательства, подтверждающие мою версию событий, многие СМИ по прежнему рьяно придерживались заданной изначально линии.
Впрочем не это больше всего меня поразило, а то, что некоторые люди, слепо доверяющие телевизору и газетам, продолжили утверждать, что в этой истории именно я был злодеем. Да и чёрт с ними, если им комфортно жить, когда их сознанием можно так легко манипулировать, то флаг им в руке.
Чем ближе приближался день нашего показательного поединка, тем сильнее накалялась обстановка вокруг. Бешеный ажиотаж вокруг боя превысил все самые смелые предположения Рогова, да и чего греха таить, мои тоже.
Люди спорили в трамваях, спорили на улице, доказывая друг другу смогу я
