— Я почту за честь носить его, — сказала Бриджет.
— Это я буду счастлив, если вы удостоите мой род этой чести. — И Эйвен обмакнул перо. — Вот здесь. И еще распишитесь в этих бумагах.
Бриджет толком не видела, что подписывает.
— Это я заберу с собой, — сказал он, пряча брачное свидетельство в карман. — Сначала покажем отцу, потом будете хранить его у себя. Сейчас же я не хочу выпускать его из рук: я слишком дорого заплатил за эту бумагу.
Эйвен вывел ее к гостям и объявил:
— Приглашаю всех на легкий завтрак.
— Только тяжелый или никакой! — засмеялся военный.
— Извини, старина, — сказал один из сдержанных джентльменов, — но, к сожалению, мне нужно возвращаться в контору.
Другой, однако, кивнул в знак согласия.
— С удовольствием бы; остались, но мы раньше обещали быть в другом месте, — сказала жена барона Бернама, хотя по ее голосу было ясно, что она лукавит. — Я сомневалась, удастся ли нам вообще приехать сюда.
— Пожалуйста, пожалуйста, — в тон ей сказал Эйвен. — Поступайте, как вам удобнее.
На завтраке по случаю их бракосочетания присутствовали Рейф, молодой офицер, девочка-цветочница, дворецкий и камердинер. Стол ломился от деликатесов. Вино лилось рекой. Так как дворецкий и камердинер задержались только на первый тост, а маленькая цветочница проявляла интерес исключительно к еде, то последующие тосты произносили двое оставшихся мужчин. Они по очереди поздравляли умиротворенного новобрачного и взволнованную новобрачную.
Примерно через час офицер вспомнил о делах, Рейф тоже пожелал молодоженам благополучия и откланялся. За столом осталась единственная гостья, которая еще продолжала есть, но уже не так жадно. Девочка пробовала всего понемножку, однако не собиралась выходить из-за стола. В комнате вдруг стало тихо. , Краешком глаза Бриджет видела, что Эйвен встал рядом и смотрит на нее.
«Ничего не поделаешь, — сказала она себе, чувствуя, как ей становится трудно дышать. — Теперь ты замужем. Правда, сейчас середина дня. Вроде бы неприлично…» Но что в его понимании было приличным?
Эйвен наблюдал, как быстро вздымается и опускается ее грудь. «Чудо мое!» — насмешливо подумал он и вздохнул. Причиной ее волнения могла быть только паника.
— До отъезда еще далеко, — сказал Эйвен. — Впереди у нас целый день. — И увидел, как после его слов у Бриджет опустились плечи. — Конечно, можно ехать и сейчас. Но удобнее завтра с утра. Мне не хочется, чтобы в нашу первую ночь моя жена была измотана дорогой. — И воскликнул, видя, как она побледнела: — Что за глупости, Бриджет! Неужели подписание какой-то казенной грамоты превратило меня в подобие зверя? Я не собираюсь набрасываться на вас сейчас, хотя имею на это полное право. Так что, будьте добры, успокойтесь и послушайте меня. Вы заставляете меня волноваться. Ах нет, извините! Это я причиняю вам беспокойство. — Эйвен взял ее руку, холодную как лед, накрыл своей ладонью и, продолжая бережно держать, заговорил более спокойно: — Я уже сказал вам, нужно чем-то заполнить день. Конечно, я хотел бы, чтобы у нас был полон дом гостей, чтобы вам было весело. Но меня долго не было в Лондоне. Большинство приятелей, которыми я обзавелся после возвращения, вам не компания, в чем вы сами убедились прошлым вечером. Моих старых друзей за такое короткое время не соберешь. и поэтому придется довольствоваться обществом друг друга и нашей маленькой цветочницы. Так чем предпочитаете заняться, моя хорошая? Кроме этого, разумеется, — добавил он с ухмылкой.
Увидев, как расширились ее глаза, Эйвен понял, что угадал мысли Бриджет, и засмеялся.
— Вам действительно нужно научиться скрывать свои чувства. Хотя нет! Забудьте эти слова. Я мог бы жениться на современной леди с пустой головой и гладким лицом. Но я этого не сделал. Я хотел вас. — Он посмотрел на жену голодными глазами и поднес ее руку к губам.
Его слова льстили, но и пугали тоже. Бриджет испытывала желание, но ей мешала робость. Он видел все это.
— Ну что, дорогая, надумали, как провести время? Смотрите, какой замечательный день! День нашего бракосочетания. Весь Лондон в нашем распоряжении.
Не успела она ответить, как в комнату заглянул дворецкий, показывая всем видом, что не хотел бы беспокоить их своим появлением.
— Милорд, тут какой-то человек настаивает, чтобы его приняли.
— Болван, мог бы впустить и без доклада! — прокричал кто-то высоким тенором. — Ах вот ты где, Бетси!
Из-за спины дворецкого в комнату норовил протиснуться тонкий как былинка молодой человек в сильно поношенной одежде, которая к тому же была ему изрядно велика. У юноши были прилизанные, зачесанные назад вихры, впалые щеки, странного желтого цвета глаза и бледная кожа, как у какого-то бестелесного существа. Бриджет подумала, что он похож на маленькое огородное пугало с соломенной головой.
Молодой человек опустился на одно колено и обнял девчушку.
— Что ты здесь делаешь, негодная девчонка? Я с ума схожу, а ты бегаешь неизвестно где! О, Бетси, разве так можно?
— Девочка была с нами, — сказал Эйвен, явно выйдя из терпения. — А могу я знать, кем вы ей приходитесь?
От его строгого тона Бриджет почувствовала себя неловко.
— Я ее брат, — ответил тщедушный юнец; — Я знал, что этим утром она работала в церкви во время венчания, но Бетси не пришла на свое обычное место в парке. Как договаривались, в полдень.
— Мы пригласили ее отпраздновать вместе с нами, — объяснил Эйвен. — Она не говорила, что ее где-то ждут.
— Знаешь, здесь было столько вкусного! — взахлеб рассказывала Бетси. — Я ела, ела, а когда уже не вмещалось, то стала думать, как бы унести домой для тебя.
— Не надо нам ничего, — пробормотал брат. — Что я, сам не заработаю? Нехорошо, Бетси. Ты должна была дать мне знать. Слышишь, должна! Я чуть рассудка не лишился. Думал, с тобой что-то случилось.
— Но почему? Этот джентльмен — настоящий виконт. Он женился на красивой леди. А этот дом? Ты только посмотри!
— В самом деле, мисс, — небрежно заметил Эйвен, — девочка говорит чистую правду. Возможно, у меня ужасная репутация, но при всех моих грехах вряд ли кто-то может сказать, что я занимаюсь совращением малолетних. Мы не собирались делать ничего дурного с вашей сестрой. Только хотели устроить ей вкусный ленч за ее старания.
Молодой человек сделался красным, как кумач, и, вскочив на ноги, сжал кулаки.
— Что вы сказали? Мисс?! С кем, по-вашему, вы разговариваете?
— С вами, моя милая, — мягко ответил Эйвен. — Не притворяйтесь. Бессмысленно меня обманывать,
Бриджет открыла рот от удивления, но, приглядевшись получше, увидела, что у молодого человека слишком гладкие щеки и тонкие черты. И теперь его пылающее лицо приобрело рубиновый оттенок. Бриджет окончательно прозрела и не могла понять, как она приняла посетительницу за юношу.
