его телом возвышался испуганный мужик с кинжалом, и прежде чем разум вернулся к нему, голову одержимого прошил арбалетный болт.
Не став больше испытывать судьбу, я бросился прочь, как и говорил изначально ворон. Что бы дальше здесь не началось, я ничего не смогу с этим поделать.
Едва воронья маска оказалась на моём лице, я включил усиленную фильтрацию, как мне показывал Сайрис. В голове окончательно прояснилось. Хорошо, что среди основных эффектов отравы было сильное торможение мышления. Если бы не это — многие бы успели друг друга убить сразу же.
Ощущение волшебности мира вокруг исчезло, и меня встретила реальность довольно однообразных тоннелей. Всё тот же слабо светящийся белёсый песок, рыжеватая кустистая трава и бесконечные тёмные камни, отливавшие синевой в тусклом свете редких кристаллов.
Корнецвета в этой локации не было, потому время я отмерял лишь таймерами способностей, но никак не подземными циклами. Освещением, помимо световых пятен, служили большие кристаллические образования голубоватых оттенков. Скорее всего, потому и создавалось ощущение, что все камни отливают синим.
На земле виднелись промятые следы прошедших здесь совсем недавно лоргов. Один даже остался здесь лежать мёртвым телом и причин его гибели я не нашёл. Впрочем, меня эта загадка мало интересовала.
Воронья маска едва слышно жужжала. Человек и архонка наверняка этого не слышат, но меня этот звук слегка отвлекал, а принимать звериную форму для более детального изучения тоннелей я не рискнул. Понятия не имею, достиг ли выделяемый монстрами яд этой пещеры или нет.
Сразу за трупом лорга была развилка. Прислушиваясь изо всех сил, доступных мне лишь с одной парой ушей, я все же уловил гул удаляющегося топота монстров. Что это значит? Лорги наверняка знали, куда бежать, и по какой-то причине выбрали правый тоннель. Остаётся вопрос, было это из-за чего-то опасного на том маршруте, или из-за тупика. Или же твари просто бежали в своё логово, и выбрав правый тоннель, мы вскоре попадем прямо к ним на праздничное пиршество?
Я решил свериться с картой. Переданные Сайрисом знания местности были не абсолютны и изобиловали тёмными пятнами. На его карте этот путь был вообще никак не отмечен — сам ворон прежде пользовался немного иным маршрутом, чуть ближе к тракту. Мы же сильно удалились от нужного хода. Однако и этот путь должен был как-то выводить к берегу Тёплой реки.
Правильность решения подтвердилась на следующей развилке. Из неё вытекал тоненький ручеёк прохладной воды. В других местах на карте такие ручейки тоже отмечались, и все они впадали в подземную реку. А значит, следуя за ним, мы наверняка выйдем к её берегу. Похоже, лорги шли в своё логово или по иным причинам решили избегать открытой местности.
За второй развилкой пространство тоннеля ещё больше расширилось. По правую сторону появилось нечто вроде второго этажа или высокого балкона. Я видел несколько ответвлений, ведущих с растянувшегося балкона куда-то вглубь Подземья. Несколько дыр было и в потолке. Из них вниз лился свет, но я сильно сомневался в его природе. Вряд ли это солнце с поверхности, скорее камни или растения.
Здесь я позволил себе наконец сменить форму и обследовать местность с помощью слуха как следует. Сейчас здесь было почти тихо — гул лап лоргов ушёл дальше, принявшись дробиться на меньшие и разделяться по меньшим тоннелям. Срединные тропы на всём протяжении оставались одним большим изъеденным червями муравейником, но шаги тварей действительно стихали. Жуткое чувство, что враг повсюду, пропало, свалившись большим булыжником с моего духа.
Но интересовали меня сейчас не столько твари, сколько звуки у меня за спиной. Идёт ли рейд? Все ли в порядке? Мелькала жуткая мысль о том, что ядовитые твари уничтожили весь рейд, заставив разумных перебить друг друга, вместе с Сайрисом и Рин, которые успели за это время стать моими близкими друзьями.
Но это было не так. Доминионцы сильно отстали и плелись на грани слышимости, но рейд был жив и находился на марше. К боевой магии со стороны своих жертв насекомые были явно не готовы, так что если дурман их единственное оружие — для волшебников они проблемой стать не должны. Это стало понятно уже по тому, какой эффект оказывали заклятия магии воздуха по выходу из каменной западни.
Вновь сменив форму, я вынул из инвентаря хаани, коснулся нужных нот и послал Сайрису лиир:
— Лорги ушли в тоннели справа от ручья прочь от долины. Сейчас на пути чисто. Как у вас?
Ответ на сей раз пришёл незамедлительно. У ворона был идеальный инструмент для переговоров — играть на губной гармошке можно одной рукой, да ещё и на ходу. Навыков другу было недостаточно для полной картины, но я чуял, что он в пути.
— Потеряли семерых. Легко отделались благодаря магам. Но задизморалены все по горло.
— Сложно одолеть врага, который контролирует твой разум.
— Типа того. Дойдёшь до выхода к берегу — жди нас. Встретишь опасность раньше — сообщай мне и отступай к рейду.
— Понял тебя, - ответил я другу и оторвал руки от инструмента.
До берега отсюда еще дня полтора блуждания по тропам Подземья для рейда и день для быстрого сиинтри с кошачьими крыльями и сапогами.
Высота расширившихся тоннелей позволяла мне вновь совершать скачки и некоторое время быстро парить в воздухе. Выносливость так стала просаживаться значительно медленней, а скорость наоборот — возросла.
Помогало и обилие появившихся карнизов и островков, на которые я временами приземлялся между прыжками, переводя дыхание и вслушиваясь в дальнейший путь.
Из примечательного были лишь две короткие встречи — первый раз я вышел к выбежавшим из параллельного выхода выводком химерных верислисков. В отличии от ставших лёгкой добычей обычных нелетающих пещерных птиц, эти не зря носили восемьдесят шестой уровень и были обладателями мощных клювов.
По началу я принял их за свой будущий ужин, но после первой же попытки я от этой затеи отказался. В отличии от знакомых мне верислисков, эти твари оказались способны плеваться какой-то воспламеняющейся на воздухе жидкостью. При чём делали они это грамотно, на всякий случай плюя не только в мою сторону, но и поблизости, чтобы уклоняться было попросту некуда.
К счастью, мерцание помогло мне уйти и в тот раз, отделавшись пропаленным хоори. Но кровожадная одежда и сама себя починит в первой же драке.
Второй раз я наткнулся на непонятно откуда взявшихся здесь слаймов. Это были слабые стихийные существа воды, обосновавшиеся рядом с ручьем, по руслу которого я шёл. Ну то есть
