с трудом сделал последний сиплый вздох и расслабился. Мутный взгляд остановился. Агония угасла. А вместе с ней угасла и жизнь. Дух покинул тело быстрее, чем солнце полностью взошло над Кентербери.
На бескровных губах мужчины застыла счастливая улыбка.
Анжелика медленно поднялась с серого тела. Покачивая бедрами, прошлась по комнате, чтобы размяться.
Не было ни крыльев, ни рогов, ни хвоста, но девушка будто стала еще моложе, свежее и прекраснее. Кожа источала мягкое свечение, алые губы блестели, а тугие черные кудри казались шелковыми.
Она сладко потянулась. Бросила задумчивый взгляд на Штефана, который прямо на глазах медленно осыпался серым прахом.
– Всегда так, – вздохнула девушка, обращаясь к скорбным останкам. – Вы превращаетесь в пыль быстрее, чем сами это осознаете. Печально, Штеф. А представь, каково мне? Я совершенно не могу ни к кому привязаться. Каждый раз одно и то же. Но не переживай. Однажды мы обязательно встретимся в Аду, где ты окажешься из-за связи со мной. Я отыщу тебя там, и мы будем вместе, сколько пожелаешь. Но сначала я завершу то, что обещала. Ты ведь не первая моя звезда. – Она издала плотоядный смешок. – И, увы, не последняя.
Анжелика Росси нашла мобильный телефон среди своих брошенных вещей и набрала номер, чтобы будничным тоном сказать:
– Доброе утро. Простите за ранний звонок, но у меня для вас важная информация касательно картин, о которых мы с вами говорили. Нет, художник уехал. Срочные дела на родине. Но его работы я вам передам. Он оставил мне все необходимые распоряжения. – Она обвела взглядом полную полотен комнату, а потом взглянула на бесформенный прах на столе и подмигнула ему. – Да, уверяю вас, такие самородки, как Штефан Новак, встречаются раз в несколько веков. Его труды покорят мир.
Проклятие смерти и весны
Яна Вуд
Я заправила за ухо светлую прядь волос, смерила парня еще одним любопытным взглядом и закусила губу, насилу удерживаясь, чтобы не рассмеяться. Он смотрел на лотки с цветами так долго и отчаянно, что со стороны могло показаться, будто его хватил удар.
Высокий, суровый, широкоплечий, руки в татуировках – он был настолько не похож на типичного посетителя цветочной лавки, что казалось: он забрел сюда по ошибке.
«Быть может, он выбирал цветок в подарок жене или девушке, но в цветах совершенно не разбирается?» – подумалось мне. И мне вдруг стало его немного жаль.
Я не работала в этой лавке, но хорошо знала растения, и, верно, у меня тоже помутился рассудок.
Потому как прежде чем мой разум успел осознать, что происходит, ноги сами шагнули вперед, и я услышала свой голос словно со стороны:
– Это катарантус. Он цветет всего год, и его уже можно высаживать в грунт.
Парень резко обернулся ко мне, точно мои слова вывели его из глубокого транса. Но вместо ответа он снова застыл. Его темные, почти черные глаза изучали мои собственные так интенсивно, будто он впервые увидел живого человека. Угольно-черная прядь волос упала ему на лицо, он машинально заправил ее за ухо, не отрывая от меня этого странного почти нечеловеческого взгляда.
– Вам помочь? – Звонкий голос раздался рядом, разрезав напряжение и тишину.
Мы разом вздрогнули и обернулись. Миловидная рыжеволосая продавщица, усыпанная веснушками гуще, чем печенье – сахарной пудрой, выжидающе смотрела на нас, переводя глаза от меня на таинственного незнакомца и обратно.
– Нет. – Он небрежно отмахнулся от нее, вновь устремив на меня изучающий взгляд. – Катарантус, значит?
Я кивнула. Божечки, какой у него голос, низкий и хриплый, будто камушки перекатываются под колесом.
– А он не слишком капризный в уходе? – Парень неловко взъерошил пальцами волосы. – Признаюсь честно, растения меня не очень любят. Еще ни одно не прижилось. Поэтому я ищу что-то совсем неприхотливое.
Я задумалась над тем, что ему лучше посоветовать, открыла рот для ответа, но неожиданно обнаружила, что говорю совсем не то, что собиралась. Кто его знает, может, это меня, а не незнакомца сегодня хватил удар.
– А меня растения любят. Выбирайте любое, а я помогу их посадить. Спорим, приживутся?
Его глаза вспыхнули изумлением. Я мысленно выругалась. Что я такое несу? Я прикусила язык и уже хотела пойти на попятную, но губы незнакомца вдруг сложились в такую обезоруживающую улыбку, что я передумала и не издала ни звука.
– Конечно, я буду только рад. Я живу рядом, пешком минут десять, не больше. На улице Лесной. – Он вновь белозубо улыбнулся. – Меня зовут Темновит, но можно просто Тема.
– Василиса, – ответила я. – Друзья зовут меня Веся.
Он кивнул.
– Рад знакомству.
Я стиснула зубы. «Веся, во что ты такое вляпалась?» Я отвесила себе мысленную оплеуху. А вдруг он маньяк? И тут меня осенило. Лесная улица.
– Я тоже на этой улице живу, – выпалила я. – Вернее, моя бабушка жила. Но она скончалась и дом оставила мне. Я приехала в Сосновку неделю назад. Вы, случайно, не знали мою бабушку? Ее дом номер пятьдесят шесть.
Он нахмурился и покачал головой.
– Не припомню. Тот дом уже давно пустовал. – Он ухмыльнулся уголком рта. – Так, значит, мы теперь соседи?
Я нервно облизнула губы, и он проследил за этим движением своим странным пристальным взглядом.
– Судя по всему, да, – пробормотала я.
Он оглянулся на лотки с цветами.
– Так что, какие лучше купить, чтобы украсить летний сад?
– Левкой, портулак, бегонию. – Сообразив, что названия цветов для него все равно что формулы по высшей математике, я перестала сыпать ими и ободряюще улыбнулась. – Если сажать буду я, то разницы особо нет. Берите любые. Они обязательно примутся. И я расскажу, как за ними ухаживать. Цветы – моя слабость.
Он кивнул, вновь ухмыльнувшись уголком рта.
– Лады, и давай теперь на «ты»?
* * *
Дом у Темы оказался уютным, деревянным и вовсе не походил на обитель кровожадного маньяка. Но вот его сад произвел на меня тягостное впечатление. Ни дерева, ни цветка, ни травинки. В таком вполне можно ночами закапывать тела.
Я судорожно сглотнула, отгоняя мрачные мысли. Пока я осматривала сад, Тема принес лопату, и мы принялись за дело. Тема копал, я сажала и поливала. Опустив в землю последний цветок, я огляделась, любуясь результатами наших трудов. Тема утер со лба пот и хотел было что-то сказать, когда за его спиной скрежетнула калитка.
– Тема, – произнес женский голос. – Что ты опять затеял?
Мы с Темой разом обернулись. Незнакомка с длинными волосами цвета ночи при виде меня резко застыла на полпути. На долю
