статье В. Ф. Асаулов, в частности, писал, что капитан сборной «не выкладывается на все сто процентов», что в его игре на этом турнире ощущаются «пресыщение» и «боязнь травмы», а «блестящая испанская карьера довлеет над нашим капитаном». Кроме того, автор статьи оценил выступление партнёров Сергеева на групповом этапе словом «серость» и высказал мнение, что часть футболистов «явно не очень понимают, что они делают в составе сборной Советского Союза».
По итогам обсуждения своего несогласия со статьёй Ярослав Сергеев предложил автору «Футбола-Хоккея» пари на следующих условиях. Цитируем слова капитана дословно, как они записаны дежурным сотрудником редакции:
«Если сборная Советского Союза становится чемпионом мира по итогам нынешнего турнира в Италии, то специальный корреспондент В. Ф. Асаулов обязуется на ступенях редакции 'Советского спорта» в присутствии представителей советской и иностранной прессы съесть экземпляр № 26 еженедельника «Футбол-Хоккей» со своей обзорной статьёй. Специи, необходимые для того чтобы сдобрить этот ужин, подбираются лично капитаном сборной СССР.
Если сборная Советского Союза титул чемпиона мира не отстаивает, то по итогам турнира уже я, Сергеев, на тех же ступенях той же редакции и в присутствии тех же представителей прессы съедаю тот же номер еженедельника.'.
Редакция «Советского спорта» находит предложение капитана сборной заслуживающим внимания и напоминает читателям, что подобный прецедент в истории советской и зарубежной спортивной журналистики уже имел место быть. В 1972 году, накануне Суперсерии между сборными СССР и Канады по хоккею, канадский обозреватель Дик Беддоуз («Глоб энд мэйл», Торонто) в своей колонке пообещал съесть эту колонку, если сборная Советского Союза сумеет выиграть хотя бы один матч предстоящей серии. Сборная Советского Союза выиграла первый же матч со счётом 7:3 (Монреаль, 2 сентября 1972 года), и Дик Беддоуз через несколько дней действительно съел свою статью на ступенях советского консульства в Торонто, в качестве соуса использовав борщ.
От имени редакции напоминаем: В. Ф. Асаулов в данный момент находится в Турине, откуда будет освещать матч одной восьмой финала сборной СССР против сборной Бразилии. О его реакции на предложение капитана сборной «Советский спорт» сообщит в одном из ближайших номеров.
Глава 12
Мяч затаился в стриженой траве. Секунда паузы на поле и в эфире. Они играют по системе…
А вот здесь сходство с бессмертными строчками Владимира Высоцкого и нашим матчем заканчивается. Потому что ни бразильцы не играют по дубль Вэ, ни у нас не 4−2–4.
Нет, сегодня обе команды используют вполне себе современные схемы. У подопечных Себастьяна Лазарони — 3−5–2 со свободным защитником. Это, кстати, та самая схема, которой в Бразилии сейчас посвящены целые колонки в «O Globo» и «Folha de S. Paulo», и посвящены они по большей части возмущению. Европейская прагматика, сметатель впереди — что угодно, только не та пляшущая родина Сократеса и Зико, к которой все привыкли. Но Лазарони настоял, и на мундиаль бразильцы поехали именно так.
Ну а Анатолий Фёдорович нас, сборную Советского Союза, расставил в 4−4–2. Причём последнего защитника у сборной нет. Мы ещё на чемпионате Европы отказались от свободного. Так что четыре в линию, всё очень современно и очень продвинуто.
Этот матч одной восьмой сопровождало очень много неожиданного. И главное это, конечно, то, что сборная Советского Союза — действующий чемпион мира, действующий чемпион Европы, команда, в составе которой огромное количество обладателей различных еврокубков, с капитаном, который к лету девяностого значится четырёхкратным обладателем «Золотого мяча», — по всем прогнозам фаворитом не является. Ведомая Ромарио и Бебето Бразилия журналистами и футбольными экспертами называется чуть ли не главным претендентом на финал. А уж наши шансы по сравнению с кудесниками мяча расцениваются крайне скромно.
Вот что сделали два невнятных матча на чемпионате мира против относительно скромных Румынии и Камеруна.
Но прочь сомнения, прочь предматчевые расклады. Мяч круглый, поле прямоугольное, трава зелёная, небо голубое. Наши болельщики на трибунах, и мы не можем подвести ни их, ни 200 с лишним миллионов советских людей, которые сейчас замерли перед экранами телевизоров, ни самих себя.
Бразилия это серьёзно, Бразилия это страшно, Бразилия это грозно. Но мы должны её сломать.
24 июня 1990 года (воскресенье). Турин. Стадион «Делле Альпи». 17:00 по центральноевропейскому времени. +26 градусов. Ясно.
Матч ⅛ финала чемпионата мира 1990 года между сборными СССР и Бразилии. 61 381 зритель.
Судья: Жоэль Кинью (Франция).
СССР: Дмитрий Харин; Владимир Бессонов, Олег Кузнецов, Ахрик Цвейба, Анатолий Демьяненко; Геннадий Литовченко, Андрей Зыгмантович, Игорь Добровольский, Александр Мостовой; Сергей Юран, Ярослав Сергеев (к).
Главный тренер: Анатолий Фёдорович Бышовец.
Бразилия: Клаудио Таффарел; Жоржиньо, Рикардо Гомес (к), Рикардо Роша, Мауро Галвао, Бранко; Алемао, Дунга, Валдо; Ромарио, Бебето.
Главный тренер: Себастьян Лазарони.
* * *
На практике сломать Бразилию намного сложнее, чем сказать. Потому что и Ромарио, и его верный оруженосец Бебето, а эта пара подошла к нашему матчу в отличной форме, с первых минут показывают товар лицом.
Десятая минута. Бебето своей парадоксальной, внешне неряшливой и неаккуратной техникой раскидывает Кузнецова с Бессоновым и выдаёт пас на точку одиннадцатиметрового. Там Ромарио опережает Добровольского, и только чудо в лице кошачьего прыжка Харина в дальний угол спасает сборную Советского Союза от гола.
Спустя пять минут всё тот же Бебето снова разыгрывает простую двоечку с Ромарио, и этот южноамериканский гений имеет второй момент. Удар с семнадцати метров рядом со штангой.
А ещё через две минуты Бебето берёт игру на себя. И снова удар из пределов штрафной. И снова Харин в игре. И снова мы чудом не пропустили.
Если бы все карты, которые бразильцы в начале матча выложили на стол, сыграли, то 3:0 пишите письма. Но Дима и удача нас хранят. Как это часто бывает, не забиваешь ты, забивают тебе.
Дунга, олицетворяющий собой тот самый лазарониевский разворот от романтики Сократеса к более прагматичному стилю игры, допускает ошибку в центре поля. Мостовой на ровном месте отбирает у него мяч и катит мне на коротке. Приём. Рывок. Финт — один защитник обыгран. Ещё один финт — второй остаётся сзади. Бразильский капитан, которого только что обокрал Мостовой, меня догоняет и летит в подкате. В ноги. Я перепрыгиваю через него за мгновение до этого, перекинув мяч. И вот передо мной только Таффарел. Удар с неудобной ноги.
И вот я бегу к угловому флажку, а затем прыгаю вперёд и коленями скольжу по изумрудному газону стадиона. А передо мной сектор с десятками советских флагов и тысячами наших болельщиков. К матчу ⅛ из Москвы, Ленинграда,
