их приглашению должное, если бы не оно, я бы так и продолжал оставаться в неведении. Теперь знаю – Филиппа… то есть Анна, она жива.
«Только толку!? Она меня видеть не хочет. Бежит, как чёрт от ладана! К этому своему «Саше», которого любит!»
Тихие признания девушки, которые Анна заполошно давала в машине, прежде чем сломать мобильный в труху, побуждали к грязным мерам привязки.
«Схвати её! Покажи, чья она!»
Ревность подначивала, соглашаясь с бешеным нравом альфы, доставшимся мне в наследство от существа, по воле природы когда-то называющего себя моим отцом. Уйти, оставить девушку оказалось не так-то просто, как я рассчитывал.
«Хорошо, что овуляция началась сегодня… – с горькой усмешкой посмотрел в зеркало заднего вида. – Если бы она была вчера, быть Анне оттраханной».
Рука только потянулась к стеклоподъёмнику, как я отдёрнул её.
Закрыл глаза, медленно вдыхая уличный весенний ветер. Как мазохист издевался над зверем.
«Овуляция…» – глаза резко распахнулись.
Пульс подскочил, а сердце часто забилось в груди.
«Но разве…»
Дрожащей рукой набрал номер Юрки.
– Никита?
– Юр… – в горле пересохло от волнения.
– Да?
– Юр… а разве овуляция может быть, если яичников нет? – Я стал лихорадочно вспоминать биологию. – Она же… Овуляция – это же выход созревшей для оплодотворения яйцеклетки из яичника в матку? Как…
Тяжёлый вздох знакомого поставил меня на паузу.
– Никита…
– Нет! – яростно отмёл я отчётливую жалость. – Ты скажи! Разве я не прав?
– Прав, Никита, – от этого ответа у меня душа чуть в иной мир не отошла. Только радость долго не продлилась. – Но я не уверен, что ты именно овуляцию чувствовал, – обрубил мою надежду гинеколог. – Ты слишком долго был вдали от пары, при этом обретя её. Твои инстинкты сейчас направлены на одну единственную цель – вернуть девушку. Потому…
– Нет! – я яростно затряс головой. – Нет!
– Никита, ты…
Я мазнул по экрану, отключаясь.
– Ни хрена подобного! – маниакальная уверенность в своей правоте не позволяла довериться человеческой технике на сто процентов. А раз есть шанс, что я и мой зверь правы…
Хлопнув дверью, выбрался на застопорившуюся дорогу.
Глубокий вдох на этот раз не раздражала городская вонь. Я настроился на сладкий запах страсти, готовясь схватить его источник и вытрясти из него душу.
Вспомнилась захлопнувшаяся перед носом дверь, и спутанные объяснения Фил… Ани:
«… не пускаю я тебя потому, что у меня…»
Я не дал ей договорить, что там у неё. Ответил сам. Идиот! Надо исправить эту… невежливость! Сейчас же!
Я бросил машину на дороге и начал охоту.
Глава 23. Подлая физиология или «врать надо лучше»
POV Филиппа Касьянова
Стыд, обида и жалость распирали меня, несмотря на то, что разум твердил: «Ты всё сделала правильно! Разве есть другие варианты?! Их нет!»
И действительно их не было. Сын, особенно маленький и беззащитный, всегда должен быть в приоритете у всякой матери. Позже, когда Женя вырастит и сможет дать отпор своим обидчикам, я, возможно, смогу вновь вернуть себе свою жизнь. Сейчас же ею правит материнский инстинкт.
Тигрица согласно ворчала на задворках сознания, а живущая во мне ведьма… ведьма негодовала. Собственно, именно из-за неё в спектре моих чувств присутствовала обида.
«Почему ты не хочешь рассказать всё Никите, как есть!? Он – наш мужчина! Он нас защитит!»
Разум этому сопротивлялся, как мог, приводя более сознательные доводы:
«Даже если и так, Никита слишком близок к альянсу! Мы, таким образом, не только добровольно на линию огня попадём, но ещё и из Никиты мишень сделаем!!»
– Этого не будет, – едва слышно прошептала я, проходя на свободное место электрички.
Я каталась долго. Ни один час. Меняла ветку метро несколько раз, двигаясь в разных направлениях. И всё равно, выйдя, наконец, на поверхность и пройдя несколько метров до автобусной остановки, где проходит маршрут до Мытищ, нахмурилась.
Чувство слежки стало ещё хуже, чем было! Но сколько бы я ни старалась обнаружить этого преследователя, у меня ничего не получалось. Не помогали ни супер обоняние, ни супер зрение.
У тигров-сверхов органы чувств развиты намного лучше, чем у обычных людей и тигров-животных. В темноте мы видит в десять раз лучше, чем люди. Но лучше всего у таких, как я, развит слух. Тигры-сверхи легко отличают шорох листьев от звука передвижения животного. Но что толку в этих способностях, когда вокруг тебя город-миллионник?!
Я была уверена только в одном – меня преследует опытный сверх. Он или она держится с подветренной стороны и успешно держит расстояние, не позволяя различить свой запах. И раз так, то это может быть кто-то из оборотней Никиты или сам Никита. Нет, в Москве, конечно, есть ещё оборотни-одиночки, но я сомневаюсь, что у них есть мотивы преследовать меня.
Постояв немного на остановке, решила домой пока не возвращаться. Пусть Саша уже давно забрала Женю к себе, но дом продолжает пахнуть ребёнком. Вещей сына в доме слишком много, чтобы полностью исключить его присутствие. Но я так соскучилась!
Спустившись снова в метро, купила левую симкарту и телефон у подозрительного вида барыги. Сделать новый гуглаккаунт труда не составило. И всё по дороге в приличный отель! Нет, я никаким супергением в технике не была. Таких сейчас большая половина Земли. Технологии! А фэйковые профили в ВК мы с Сашей сделали ещё четыре года назад. Общались с крёстной исключительно только там, не затрагивая легальных аккаунтов соцсетей. Да, такие меры выходили за рамки обыденности, но в моём случае никак иначе. Я должна знать наверняка, что если меня раскусят, у Жени будет шанс выжить. Знать, что его есть кому спасти. В конце концов, кому, как не Саше это сотворить, ведь однажды у неё это уже получилось! Я выросла! Меня не убили, как нечто досадное. Я жива, и я умею кусаться. Так должно быть и с Женей!
Набрав номер крёстной по памяти, зашла в холл отеля и встала у гудящего кофе аппарата.
– Да? – голос Саши звучал напряжённо.
– Это я.
– Аня! – крёстная часто задышала. Послышались всхлипы.
Я поспешила успокоить единственного человека, с которым делю все свои проблемы до последней капли.
– Всё хорошо. Выдыхай. Ты дома?
– Дда…
– Женя?
– Со мной. Всё в порядке. Он в порядке, Анечка.
Пришёл мой черёд выдыхать.
– Хорошо… – прислонившись рукой к кофе-будке, где народ вызвалась обслуживать бариста-робот, почувствовала, как напряжение потихоньку покидает меня. А потом вспомнила, что всё ещё нахожусь под прицелом чьего-то внимания. – Оставайтесь на месте. Я скоро вернусь.
– Ты же сказала, что тебя отпустили? Как,
