возможный результат моей резкости:
«Будешь грубить, дойдёт до срыва. А срыв для вас – это банальная разрядка! Если он тебя сейчас отымеет, никакое сокрытие матки не спасёт! Называется – "ждите опровержение через девять месяцев"! Это будет кошмарный провал! Ты и с Женькой-то не справлялась, а если у волчонка появится ещё братик или сестричка… костёр всему нашему маленькому семейству обеспечен!»
– Не надо… пожалуйста… – прошептала я жалким голосом, боясь такой вариации будущего больше Конца Света.
Никита отшатнулся от меня так, будто я наотмашь его ударила.
– Спи на кровати, – рявкнул альфа, схватил свою одежду и выскочил из комнаты, как ошпаренный.
Я выдохнула с облегчением, хоть и не поняла, что сейчас вообще произошло.
«Неужели на Никиту так «пожалуйста» действует? Надо бы запомнить!» – поднявшись с кряхтением с шёлковой белоснежной простыни, обняла себя руками за плечи.
Одна деталь не давала расслабиться.
«Моё тело чуть не предало меня!»
Это был факт. Запах возбуждения до сих пор стойко слышался в спальне, а низ живота плавился от неудовлетворения.
Учитывая сверхспособности альфы, Никита не мог этого не учуять, однако он ушёл, когда я его попросила не склонять меня к интиму. Это значит, что Волков прекрасно контролирует своего зверя. А ещё это говорит о том, что моя личность для оборотня значит куда больше животных инстинктов!
Это обнадёживает, но я будет слишком наивно верить в то, что такой подход продлиться вечно. Никите в любой момент может сорвать башню. Мне, как ни обидно, тоже. Тигрица мечется внутри, злясь на провидение! Если бы не вынужденная защита потомства, она сама завалила бы этого альфу. Он бы даже в душ сходить не успел! Прошлое бесчинство в логове Волково яркое тому доказательство!
Стряхнув с себя напряжение, кругами походила по огромной спальне альфы и даже немного успокоилась, хотя поводы для беспокойства никуда не исчезли.
Открыв окна на для проветривания, снова юркнула в душ. Хотелось смыть с себя запах возбуждения. Заметно остывший бойлер справился с этой задачей на «ура», остудив все признаки желания.
Вернулась я продрогшей и усталой, словно поле пахала, а не под струями воды стояла.
Закрыв окна, забралась под одеяло и обмоталась им со всех сторон. Так надёжнее! А то вообще не усну. Ощущение, что меня сейчас отымеют, до конца так и не пропало.
Уснула уже к утру.
А проснулась вообще с жуткой головной болью.
Низ живота продолжало тянуть. Я даже мысленно посчитала, когда месячные должны пойти.
«Нет. Всё нормально. Ещё добрые две недели впереди».
И сразу насторожилась. Овуляция в самом разгаре! Выдержке Никите сразу накинула ещё несколько баллов. Овуляцию своей пары волк слышит прекрасно. Именно тот, который её. Не все подряд, слава Богу. А то у этих сверхов вообще вакханалия вечная была бы. От того и удивительно, как Никита смог уйти вчера.
«Хотя… возможно вчера она только входила в свою силу? – Я свесила ноги с кровати, замирая испуганным крольчонком. – Тогда сегодня и завтра лучше не дразнить зверя альфы… разумнее было бы перенести поездку к врачу и ограничить всякие контакты с Никитой…»
Дверная ручка опустилась вниз, и я ринулась навстречу входящему раньше, чем подумала.
Никита не ожидал, что толчок двери встретит преграду на своём пути в виде заполошной оборотницы.
– В чём дело? – стиснув челюсти, задал вопрос Никита, как только дверь захлопнулась перед его носом.
Охранников рядом с альфой не наблюдалось, поэтому я отбросила всякое стеснение.
– Ко мне лучше не входить…
– Что? – Никита натуральным образом зарычал. – Прекрати ребячество, Филиппа.
– Я – Анна. Зови меня так! – огрызнулась в ответ. – А не пускаю я тебя потому, что у меня…
Внезапно дверь открыли в другую сторону. С треском и визгом. Дверной проём был испорчен окончательно и бесповоротно.
Я попятилась назад, испуганно наблюдая за волком. Наверное, так себя чувствовала бабушка из сказки «Красная Шапочка». Какая там верёвка! Этот мохнатый хищник просто снёс её со своего пути, а потом уже и бабушку проглотил без зазрения совести!
– Знаю я, что у тебя, – Никита поморщился, а потом брезгливо поджал губы. – Но я – не похотливое животное! Так что перестань трястись, как сучка перед случкой. Я не насилую женщин! Одевайся! Через десять минут мы едем в частную клинику к моему знакомому. Не опаздывай. Жду внизу.
Никита бросил на кровать пакет с дорогим брендом, развернулся и быстрым шагом покинул комнату. Только болтающаяся на петлях дверь, да выломанный косяк говорили о том, что альфа только что был здесь.
Внутри пакета оказался комплект. И нижнее бельё, и чулки, и платье. Маленькое, чёрное. Всё, как завещала прекрасному полу мадмуазель Коко.
Однако, облачившись в этот шедевр Saint Laurent, почувствовала себя развратной, несмотря на то, что платье было закрытым, с длинными рукавами и высокой горловиной. И до края чулок добрых пятнадцать сантиметров! В чём же дело? Да в том, что платье было слишком облегающим! Я не чувствовала ткани! Создавалось ощущение, что я вообще голая!
Но просить другое я не успевала. На лестнице уже слышались шаги Никиты. Да и не отважилась бы я на такую дерзость! Вчера говорила, что мне ничего от него не надо, а сейчас начну требовать что-то другое?! Конечно!
Логичнее надеть выстиранный вчера деловой костюм, но его сначала погладить было бы неплохо. И не факт, что такой саботаж прокатит. Зверь или нет, а Никита может взбеситься, что его «гостеприимство» хотят проигнорировать настолько явно. Не надо забывать о стае, которая никуда не делась и продолжает тихо наблюдать за обретением Луны.
Я коснулась дверной ручки, когда Никита остановился с другой стороны.
Открыв несчастную дверь, опустила глаза, не желая испытывать на себе жаркий взгляд Никиты. Овуляция давалась тяжко не ему одному. Так-то она моя! А значит, и все реакции организма на близость идеального самца тоже мне переносить!
– Я готова.
– Вижу, – усмехнулся альфа. – И даже не представляешь, насколько.
Закусив щёку с внутренней стороны, решила промолчать. Препираться сейчас так же опасно, как трясти мокрыми трусиками перед носом у перевозбуждённого волчары.
– Хмм… – вибрирующе протянул Никита. – Мне нравится такая покладистая Луна… Уверена, что хочешь уйти после проверки?
Вскинув подбородок, погрузилась в омут потемневшей синевы. Глаза Никиты не отсвечивали неоном, но потусторонняя манящая сила придавливала властностью даже мою свободолюбивую тигрицу.
Пока я сражалась со своими эмоциями, Волков потянулся к моим распущенным волосам и заключил одну из прядей в плен своих пальцев.
– Хотел ещё вчера спросить… почему ты перекрасилась?
Никита будто бы давал мне это самое время,
