последнего в его коварство и манипуляции всеми нами…
Рычача хмыкнул, подарив эльфийке кривозубый оскал, который сам орк почитал за улыбку. Конечно, он не мог отправить хрупкую женщину на континент вместе с Горрыком. Как не мог оставить её на руинах опустевшего Фисаэля. Он взял Илону вместе с группой шаманов с собой и ни разу не пожалел о сделанном выборе. Наблюдать за её перепалками с Факандрой и Врунеллой оказалось одно удовольствие.
Две стервы, мягко говоря, не слишком радовались возвращению бывшей Покровительницы магических искусств. Та задавала много неудобных вопросов и выражала крайнюю степень недовольства предательством — да, Илона использовала именно это слово — предательством по отношению к Тинтур. Никакие угрозы в собственный адрес не пугали худенькую эльфийку, она не сдерживалась в своих выражениях. Под раздачу попали все — от освещавшей по эльфовидению войну на континенте Врунеллы до самой Великой императрицы. На отсутствующем у неё половом органе Илона вертела все статусы и регалии. Оставлять Тинтур на континенте без подкрепления, да ещё и вставлять воительнице палки в колёса, было совершено непростительной глупостью, трусостью и подлостью. А Врунелле лучше бы вообще не открывать рот, не смогла справиться даже с десятой частью Орды, имея гораздо больше ресурсов!
Весёлое, в общем, выдалось путешествие.
У причала воздушных судов их ожидала почётная делегация.
В двух высокомерных бабищах Рычача сразу признал Покровительниц. Одна заведовала золотишком, вторая что-то заливала про внутреннюю безопасность и эльфовидение. Третья особа держалась куда скромнее и виновато представилась Илоне, как новая опекунша над магами. Похоже, она полагала, что в связи с чудесным возращением опытной эльфийки, важную должность придётся освободить, но не слишком печалилась по этому поводу. Рычаче пришлось не самым деликатным образом напомнить окружающим, что бывшая Покровительница, вообще-то, под его покровительством, и как бы забавно эта игра слов не звучала, не стоит забывать, кто вышел из битвы за Фисаэль победителем. Он не станет удерживать Илону при себе силой, если та твёрдо решит здесь остаться, но пока не состоялась беседа с великим чародеем, просит никого из окружающих не строить далекоидущие планы.
— По-мужски с Гэльфштейном потолкуем, тогда и сделаем выводы. А ваше мнение, дорогуши, — хотите обижайтесь, хотите не обижайтесь — мне глубоко фиолетово. Пора вам, женщинам, понять простую истину: хотя мужики уступили вам формальную власть, фактически вы по-прежнему зависите от их воли. Вся ваша непомерная гордыня лишь следствие удачного стечения обстоятельств, здание без фундамента. Чуть сильней подует ветерок и усё.
Увидев скривившиеся мордашки Скабеевель и Мервиль, Рычача не мог не развить свою мысль:
— Перед вами склонились только потому, что жалели. Эльфы умилялись вашей красотой, миловидностью. Мы, орки, таких ошибок не совершали, а потому одолели вас без труда. Не стоит мнить себя богинями из-за того, что кто-то преподносит вам в дар своё сердце. Вы разобьёте и чужое сердечко, и в конечном счёте себя.
Рычача поднял палец вверх:
— Каждый должен играть в обществе свою роль. Нельзя всё время травить одну группу, от которой к тому же ты сильно зависишь. Когда наступит критический момент, вам всё припомнят.
— Да что вы понима…
— Заткнись, крашеная бестолочь, и послушай. Мужчинам ведь много не надо. Полюбоваться улыбкой и изгибами женского тела, да поласкать свой слух похвалой. Мол, какой ты, Дебилиус, молодец: жопу от кровати отодрал, что-то делаешь. Всё, мужик ваш, манипулируй дальше как хочешь! Разве это так сложно? Да проще, чем задницу лопухом подтереть!
Мудрый шаман сплюнул на землю:
— Но вы не сумели умерить гордыню, вам требовалась абсолютная власть! Слово женского рода не подразумевает лиц мужского пола, так у вас в Конституции сказано? Над нашей Канституцыей ржали, а бревно в своём глазу не заметили! Невозможно построить сильное общество, если сильные во всём безропотно подчиняются слабым. Слабый обязан быть умным и хитрым, тем самым внося свой вклад в баланс. Политика — это манипуляция ради общего блага, вот что я вам скажу.
Можете считать меня тупым орком, но я точно знаю, как управлять чужими руками несметными полчищами. А вы, даже стоя на краю пропасти, не можете пойти ни на какие уступки мужчинам, хотя бы во имя собственного спасения! Для вас мужики лишь безмозглые мускулы, да половой член. Животные, призванные служить своим госпожам.
Но вы представляете из себя точно такое же бездушное, пускай и красивое мясо. Вы пустые, от ваших высокомерных рож мне хочется лишь блевать!
Так и запишите в свою Конституцию статью восемь: «Красивая рожа для власти негожа».
Хорошо звучит, правда?
Глава 20. Гэльфштейн
Кто требует и добивается от себя великого, тот должен чувствовать себя очень далёким от тех, кто не делает этого. Эта дистанция будет истолкована теми другими как «самомнение».
Фридрих Ницше
Едва войдя в башню, Рычача сразу ощутил невероятную концентрацию силы. Невидимая энергия пропитывала каждый кирпичик и плитку.
Столетиями здесь проводились эксперименты, масштаб которых превосходил всякое воображение простых смертных. Орочий шаман вдыхал аромат тысяч душ, навсегда потерявших бессмертие, чтобы высвободить при своём распаде энергию. Вечность можно познать лишь посредством иной вечности. Через уничтожение оной…
Он не обратил на поднявшуюся с изящного резного стула эльфийку никакого внимания. Всего лишь императрица. Пустое место, ничто.
Всё внимание орка оказалось приковано к худощавому, одетому в длинную мантию эльфу, что-то объяснявшего остальным чародеям. Его облачение нельзя было назвать ни роскошным, ни, наоборот, слишком простым или грубым. Изумрудная ткань создавала приятное успокаивающее впечатление, как и серебристая седина ниспадающих на плечи волос. Лёгкие морщины придавали лицу эльфа мудрость, но не особенно старили. Чётко очерченные скулы свидетельствовали о волевом характере, пронзительный взгляд, казалось, видит чужие души насквозь. Всем своим видом Гэльфштейн соответствовал типичному образу пожилого волшебника: мудрого и скромного, ценившего уединение и покой. Таких в Эльфланде было сотни. Ушедший на заслуженный отдых маг…
Но Рычачу не проведёшь, за внешне ничем не примечательной оболочкой скрывался дух, равного которому не было на всём белом свете. Перед ним находилось материальное воплощение бога.
«Рыча-ча-ча-ча…» — раздался голос в сознании.
Эльф незаметно улыбнулся Рычаче краешком губ и кивнул в сторону императрицы.
«Сначала формальности, потом побеседуем».
Старый шаман взял себя в руки.
Конечно. У Гэльфштейна имелись свои причины оставаться на втором плане. Пускай окружающие и дальше считают, что всем руководят женщины. Он подошёл к Белегестель.
— Рычача, — императрица хотела было подать орочьему колдуну свою руку для поцелуя, но передумала. — Вы ведь всё равно не соблюдаете наш этикет? Тогда ограничимся простым
