они не понимают для чего, и что вообще происходит, важно лишь, чтобы в нужный момент они не противились. Я акцентирую на этом внимание, поскольку Ритуал не сработает, если общество станет активно сопротивляться. Коллективная воля — могучая сила, против которой бессильно даже самое изощрённое колдовство. Орда должна безоговорочно доверять своим лидерам, в этом её предназначение и главная сила. Как, впрочем, и слабость, поскольку ни одна личность не может быть абсолютно неуязвимой, а с гибелью одного рушится всё остальное.
Рычача снова кивнул, он давно сделал свой выбор. Спасти хоть что-то, пожертвовал всем, разве это не благородно?
— Разобщённость эльфов сделала их совершенно неготовыми к самопожертвованию. Каждого заботит лишь своя шкура, здесь нет и не может возникнуть места для всеобщего коллективного подвига. Загнивающий Эльфланд и раса вся падшая. Для нашего плана мои так называемые сородичи не годятся.
В ничтожности эльфов у Рычачи сомнения не было. С такими не то, что невообразимого будущего, с такими даже достойного настоящего не построишь.
— Вы, орки, оказались гораздо сплочённее, но с дисциплиной у вас всё по-прежнему очень плохо. Пока кто-то сильный не наорёт и не пнёт, будете грызться меж собой, словно ваши любимые варги за кость. Эксперимент с гномами пока показывает наилучшие результаты.
Гэльфштейн махнул рукой над магическим шаром, демонстрируя Рычаче орков, удирающих от восседавших на баранах и самоходных телегах гномов. Зеленокожие монстры казались испуганными, словно это не они почти двукратно превосходили ростом кряжистых коротышек, а бородачи внезапно обернулись страшными великанами. Гномы практически безнаказанно добивали поодиночке всех, кого успевали догнать.
— Вот наглядный пример отсутствия всякого порядка, о котором я говорю. Стоило возглавлявшему войско хану пасть, остальные сразу же разбежались. Ах да, ты же ещё не в курсе: один из твоих отпрысков решил снискать славу, утаив твои распоряжения от всех остальных. Весьма глупое решение, я скажу, — волшебник укоризненно покачал головой. — Не хочу тебя расстраивать раньше времени, но эксперимент с гномами пока идёт столь удачно, что может статься, приносить в массовую жертву придётся не столько орков, сколько бородатеньких мужичков — зеленокожих к тому времени будет днём с огнём во всех Бескрайних степях не сыскать!
Рычаче увиденное в шаре, как и последние слова Гэльфштейна, решительно не понравились. Не для того он положил свою жизнь, чтобы уступить право вершить судьбы мира каким-то небритым недорослям.
— Гномы пошли по пути сплочения вокруг общей идеологии. Это принципиально отличает их от людишек, эльфов и орков. Каждый не просто верит, но целиком и полностью вовлечён в процесс построения будущего. Естественно, светлого-пресветлого и настолько прекрасного, что ради него не грех пролить реки крови.
Такое вовлечение многого стоит: ведь чем больше ты вкладываешь сил, тем более ценишь объект своего вожделения. От лидера и власти легко отвернуться, их игрища интересов простых граждан, как правило, не касаются. Им служат, только пока те сильны, и плюют в них, стоит руководителям показать свою слабость. Но приобретённое по собственным убеждениям кровью и потом добро ты будешь лелеять до конца своих дней.
Всё ещё встревоженный увиденным в магическом оке зрелищем, шаман на время утратил благоговение перед своим тайным наставником:
— Но орки тоже по вполне собственным убеждениям хотят насиловать, грабить и убивать. Именно для этого мы сбиваемся в племена, а племена собираются в огромное воинство. Каждый рискует в бою своей шкурой, разве это не вклад в достижение общей цели? Чем же мы тогда хуже гномов? Почему все так упёрлись рогом в этот странный лихнизм?!
Гэльфштейн улыбнулся:
— Да потому что достижение озвученных тобой «целей» приносит лишь сиюминутное удовлетворение, даёт скоротечный экстаз, но дальше требует для подпитки всё новой и новой экспансии. Третья Орда не остановилась на захвате человеческих королевств и континентального Эльфланда, хотя приобретённых земель и ресурсов хватило бы на десять поколений вперёд! Получив возможность преодолеть Бурлящее море, вы сразу ринулись дальше на острова. Распылив свои силы, оставив не защищёнными земли на севере. И ради чего? Чтобы тупо сжечь на своём пути всё? Вы потеряли время и воинов, но не сумели извлечь и сотой доли той пользы, которую могли принести эльфийские богатства и технологии! Я рассчитывал усилить вас, но Орда почти ничему не научилась и ослабела. А всё потому, что вы заимствуйте у других рас только средства убийства. Мирно жить без врагов вы не можете.
Состояние всеобщей и постоянной войны — единственный удел орков. Пока в битвах вам сопутствует удача, накопившиеся проблемы отходят на второй план, кажутся незначительными. Вы пополняете совершенно неоправданные потери зелёными новобранцами и двигайтесь дальше. Но стоит начаться череде поражений, как нерешаемые годами проблемы навалятся неподъёмной тяжестью и сомнут под собой одержимое одной лишь экспансией общество. Невозможно всё время расширяться и побеждать, следует хотя бы уметь удерживать и приумножать легко доставшиеся в походах ресурсы. Взлёты и падения неизбежны, успешность расы в историческом масштабе определяется не столько выигранными сражениями, сколько стойкостью и умением преодолевать трудности в тяжёлые времена.
Первая и Вторая Орда начинали с куда менее значительных успехов, чем Третья, но были приучены справляться с невзгодами, а потому длились столетиями. Но и они в конце концов пали перед куда менее агрессивными и сплочёнными, но зато более умными расами. Способными учиться на своих ошибках, постоянно что-то изобретать, развиваться. Быть на шаг впереди, а не только копировать чужие достижения.
Вы с Горрыком провозгласили, что Третья Орда продлится тысячу лет, но сумеете ли вы продержаться ещё хотя бы десятилетие? У гномов сменились вожди: Маго Лихнун спокойно передал власть товарищу Торину, который продолжил воплощение идеалов. Сможет ли Орда так же легко перенести кончину верховного хана Горрыка?
Идеология — это не просто несколько общих целей, настоящая идеология охватывает все сферы жизни каждого члена общества. И в мирное, и в военное время. В эпоху расцвета и в кризисы. Она регулирует всё.
— Но такая идеология отнимает свободу, индивидуальность, превращает всех в одинаковые бездушные механизмы!
Чародей покачал головой:
— Поверь, душа у них остаётся. Именно она ведь нам и нужна. Но в твоих словах есть доля истины. Все становятся похожи друг на друга как две капли воды. Впрочем, посмотри на эльфийские «уникальные личности». Внутри они все столь же однотипны и одинаковы, только пользы от них ещё меньше. Нет, Рычача, идеология определённо даёт преимущества. Особенно когда тебе нужно массовое самопожертвование как можно большего количества граждан.
Оболваненное население не станет отлынивать, а послушно пойдёт на убой. Если вы победите в противостоянии с гномами, нужно будет внедрить нормальную
