я хотел её трахнуть. До ломоты в костях и дикой боли в паху. А если Николас Оливейра чего-то хочет, он просто идёт и берёт это. Непреложная истина, которую я задвинул ради неё. Зря. Не стоило давать ей время на вариации. А значит…
На губах расплылась предвкушающая ухмылка, и ещё большая, когда в её фиалковом взоре отразилось понимание и ужас от того, насколько сильно она оплошала в своих предъявах.
Мой шаг к ней, и она закономерно и ожидаемо отступает. На моих губах расплывается очередная ухмылка.
Верно, Вега, бойся меня.
Ты пробудила зверя, на которого забыла перед этим накинуть поводок. Но не он. Он помнит. И не простит. Вернёт всё в двойном размере.
И Аделия, пусть не сразу, осознала это.
Но вместо того, чтобы исправить что-то…
Да. Как всегда. Побежала.
Зря.
Все инстинкты обострились враз.
В груди разлилось утробное рычание.
Зрение сменилось на волчье.
И всё, что во мне осталось: догнать, подмять, присвоить…
Что я и сделал.
Поймал свою упрямую пару в один прыжок.
Как поймал, так и повалил прямо на палубу, нависнув сверху.
– Будем знакомиться заново, Вега? – поинтересовался насмешливо рокочущим голосом из-за близости оборота. – Хотя зачем нам знакомиться? Я просто вставлю сейчас наконец в тебя свой член, как тот самый мальчишка со сперматоксикозом, а ты сделаешь вид, что тебе всё по нраву. У тебя ведь хорошо получается притворяться. Вот и повторишь на бис.
Вопреки сказанному, ласково провел пальцами вдоль всего её бедра, чувствуя, как легко и ярко откликается на такое невинное действие её тело. Мелкой дрожью прошивает от макушки до пят. Не только её, но и меня самого.
Да, мне безумно хотелось сделать, как я сказал. Грубо войти в неё, оттрахать и бросить одну, но парное притяжение…
Не знаю, кого я ненавидел больше в данную секунду.
Кому действительно пытался причинить боль.
Всё равно не выходило.
А уж когда она со стоном выгнулась мне навстречу…
Впился в манящий рот жадным поцелуем.
Новый ответный стон не заставил себя ждать.
Очередной волной дрожи прошёлся по моему телу.
Чуть и правда не кончил, как сопливый мальчишка.
И зря я отвлёкся.
Всё-таки моя пара и правда хороша в притворстве.
По колену мне заехала. Сбоку. Со всей точностью. Технично. Как положено. Если разбираешься в боевых искусствах.
Зараза!
– Вставь свой член лучше себе в задницу, Оливейра. Двойное удовольствие получишь. А мне притворяться не придётся, – выдохнула гневно.
Да только запах возбуждения выдавал её с головой.
– Так и быть, можешь не притворяться, – усмехнулся, переворачивая девчонку на живот, вновь подминая под себя.
Чтобы больше не смогла использовать свои шикарные ножки не по прямому назначению. Конечно же, она вновь попыталась сопротивляться. На этот раз я пресёк раньше, чем она смогла бы меня ударить, перехватив за бёдра.
– Просто стони, – добавил, резко насадив её на свой член.
И…
– Блядь! – выругался, замерев в неверии от произошедшего.
Девственница.
Моя пара оказывается всё ещё грёбаная девственница.
А я полный придурок, мозг которому настолько затмила ревность, что не понял очевидного!
Да и как тут понять, когда девчонка вела себя так, будто всё иначе?
Открытию вторил продолжительный стон. Болезненный. Аделия выгнулась, опустив голову, глубоко втягивая в себя воздух, и напряглась, тем самым сжав меня собой крепче. Возвращая меня к тому, что я по-прежнему находился внутри горячей плоти. И можно было бы продолжить, раз уж всё равно начал. Но… не мог. Стоило только представить, что причинил ей боль, у самого внутри всё сжималось.
Какого чёрта она не сказала?!
Ненормальная!
И я не лучше.
Накинулся на неё, как реально на какую-то девку на одну ночь.
Но кто же знал?
Чтоб это её врождённое упрямство!
– Надо было сказать, – выдохнул, крепче сжимая девичьи бёдра.
Вся выдержка уходила на то, чтобы сохранить контроль над зверем и не сорваться в бешеный трах, как хотелось.
– Да иди ты на хер, Оливейра… – хрипло отозвалась на мои слова Аделия, дёрнувшись прочь, отчего в голове сигнальной лампочкой зажглось, что моя пара опять желает от меня свалить.
Волк повторно рванул наружу в стремлении показать непокорной самке, кому именно она принадлежит. Кто истинный хозяин её тела. В последний момент удержал его на краю.
– Не. Шевелись, – выдавил из себя. – Я едва держусь.
Она и правда замерла. На секунду.
– А ты не держись. Отпусти. Например, мой зад.
Сука!
И это была моя последняя адекватная мысль.
Всё дальнейшее слилось в один сплошной клубок удовольствия, пока я грубо и глубоко натягивал болтливую самку на свой член, позабыв обо всём на свете кроме того, как же охеренно горячо и узко находиться в ней, а она всё сильнее сжимала меня своими бархатными стенками, буквально выдавливая из яиц всю скопленную в них сперму до последней капли, отчего в голове образовывалась долгожданная пустота. И лишь одно единственное слово горело клеймом на сердце:
– Mi pareja…contentnotes0.html#n_1
Глава 10
Аделия
Сердце колотилось как бешеное. Пульс отражался громогласным набатом, будто барабанная дробь, долбящая в голову. Фраза на испанском засела в мозг и жгла напалмом в районе груди.
Дышать…
Не обязательно.
Да и получалось через раз…
Как и вообще шевелиться после испытанного оргазма, самого острого и яркого за последние несколько суток, несмотря на проявленную грубость со стороны огненного альфы. Если человеческая часть меня и собиралась продолжать сопротивляться всему тому, что происходило, когда звериная сущность в оборотне стала преобладать, то другая часть меня… Невозможно. Словно только и ждала чего-то подобного. Сорвалась. Взяла верх. И уже не я – не Аделия Вега, которая ещё помнила про установленные запреты, а всё то первобытное, что заложила в нас Лунная, именно оно тянулось и наслаждалось каждым треклятым толчком, что сталкивал в бездну необъятного наслаждения. Будто не только во мне, в нас обоих на самом деле ничего разумного больше не осталось, лишь низменные инстинкты, да безграничная похоть, на грани с неутолимым животным голодом, затмевающим всё разумное и адекватное.
Потом…
Потом меня словно разобрали на тысячу и не одну часть, а обратно собрать забыли.
Помнила ли я, что нельзя убежать от волка?
Тем более, взбешённого и разъярённого.
Того, кого по факту, сама же и довела…
Сложно забыть эту прописную истину.
Я и не забыла. Знала ли я, что всем последующим буквально сама нарываюсь на то, что может произойти дальше?
Ещё как…
Тогда почему?
Так затупила…
Наверное, устала притворяться…
Надоело!
Да
