проблемы не такие уж серьезные, и серверы работают, и сам он в отличной форме и готов помочь своему новому лучшему другу!
За больше деньги, но зато со всем тщанием.
“Мы и правда чудовища, – с невольным восхищением думала Эва, глядя на работу собрата. – Не зря нас хотят уничтожить”.
В руки хакера перекочевал чип с информацией, и с этого момента им оставалось лишь наблюдать за работой профессионала, который выбрал стоять по ту сторону закона.
Казалось, время остановилось, осталось только движение пальцев хакера над старомодной кнопочной клавиатурой, да ненавязчивая мелодия, которую Два-Пять мурлыкал себе под нос, продолжая слабо воздействовать на хакера.
– Готово, – выдохнул тот и откинулся на спинку кресла, устало потирая шею. – Все новостные каналы, от официальных до “желтой” прессы, группы-миллионники в социальных сетях, рассылка, наружная голореклама… К обеду на Шен-Ло не останется ни одного гуманоида, который не познакомится с информацией. Удалить удалят, но все сразу не успеют, а дальше она завирусится. Но предупреждаю сразу – опровержение власти выпустят также массированно, и его точно затирать не будут.
– Пусть затирают, – равнодушно пожала плечами Эва, не отводя взгляд от маленького голоэкрана, развернутого над купленным недавно дешевеньким порткомом. Участники популярного форума как раз делились впечатлениями и гадали, фейк это или правда слитые секретные правительственные разработки.
Они с Фивой отобрали самые яркие и душещипательные фрагменты отчетов, голографии детей с тоскливыми глазами, чтобы даже самые далекие от науки гуманоиды поняли, о чем идет речь.
В обсуждениях уже кто-то проклинал “живодеров в белых халатах”, и редкие комментарии с призывам не верить всему, что написано в сети, терялись на их фоне.
Разумеется, после всю историю замнут, опубликуют опровержение, возможно, кто-то выступит с официальным заявлением. Потом все сделают вид, что ничего не было.
Но… Репутация – вещь хрупкая. Виктору Чону не простят, что он вообще допустил эту ситуацию. Его карьере конец, как и его исследованиям.
Какое-то время Белому крылу придется сосредоточиться на чем-то еще, несомненно полезном, но не связанном с генетическими экспериментами, а его новому главе быть разборчивее в способах лабораторных исследований.
Заметив, что взгляд хакера проясняется и наполняется пониманием, что он натворил, Эва положила перед ним анонимный платежный чип. Средства на эту аферу пришлось выделять Лексу – официальные счета мутантов были им больше недоступны, а того, что Эва сообразила вывести в тень, на оплату вброса информации такого масштаба не хватило бы.
– За беспокойство, – она радушно улыбнулась, а хакера отчего-то перекосило. – Спасибо, Бен. Ты нам очень помог.
Эва потрепала его по плечу, как старого знакомого, подмигнула и подпустила немного жути в его эмоциональный фон. Так оно надежнее.
Услышавший свое настоящее имя хакер замер, и не шевелился, пока незваные гости, которые знали слишком много, покидали его квартиру.
К рассвету она опустела полностью – ни хозяина, ни его драгоценного оборудования в ней больше не было.
Хакер по имени Бен умел делать выводы и быстро делать ноги.
37
Настоящее время
Лекс появился неделю спустя, перед самым отлетом.
Одну невыносимо долгую мучительную неделю.
Эва, измученная изоляцией, информационным вакуумом, невозможностью хоть как-то повлиять на происходящее, непроизвольно бросилась к нему, но остановилась, заметив его уставший, вымотавшийся вид. Словно на стену натолкнулась. Выглядел Лекс постаревшим, Эва чувствовала раздирающие его противоречивые эмоции.
Аника тоже, но в силу возраста мало еще обращала внимание на чужие раздражение и усталость.
– Привет! – она радостно завизжала и повисла на ошарашенном Лексе. А ведь Эва и не заметила, когда девочка подпустила так близко чужого по сути человека. Когда только успел влезть им обеим под кожу? – А мы отправляемся в путешествие! На другую планету! Представляешь?
Лекс потрепал ее по лохматой голове, порадовался вслух предстоящим приключениям, а потом попросил Эву уделить ему немного времени. И пока Джен отвлекала Анику, они уже привычно прошли на крохотную кухню.
Шесть квадратных метров, минимальный набор потрепанной кухонной техники, стол, табурет и уставший мужчина напротив. Мужчина, которого хочется обнять и забрать себе все его тревоги. Жаль, что эта мера будет лишь временной…
Эву кольнуло непривычное чувство. Кажется, это называется совестью. И мысль о том, что Александр сам, с открытыми глазами, согласился участвовать в этой авантюре, и играл в ней не последнюю роль, ничуть не помогала.
– Все, – выдохнул он, устало приваливаясь к кухонному подоконнику. Беседовать именно здесь уже вошло в привычку. – У Белого крыла официально новый глава. Отец отправился на почетную пенсию. Ну, так это назвали.
Эва ждала этого момента. Три проклятых года ждала, представляла, как это будет. Ходила по лезвию, плела интриги, врала и предавала близких, подставляла ни в чем не повинных людей. Все ради того, чтобы услышать, что гениальный, но извращенный разум Виктора Чона не родит очередную теорию, которую непременно нужно проверить на людях. Три года она мечтала о моменте своего триумфа.
И вот этот день настал.
А Эва… Ничего не почувствовала.
Была лишь бесконечная усталость, которая словно пылью припорошила все остальные эмоции.
– А ты? – задала она вопрос, который беспокоил ее сейчас гораздо больше. – Тебя эта история коснулась?
Лекс усмехнулся кривовато, и Эва все поняла еще до того, как он ответил.
– Боюсь, что на Шен-Ло носить фамилию Чон теперь плохая идея. Меня вежливо попросили на выход… Так сказать, в связи с утратой доверия. Хорошо, что София порвала с семьей раньше, и ее это не коснется.
– Прости, – шепнула Эва. Победа, ради которой она шла по головам, оказалась со вкусом пепла.
– Брось, я понимал, на что иду. Если бы не был готов к последствиям, то просто не рассказал бы про чип. И потом… – Он вдруг хитро подмигнул, снова став похож на того несносного Лекса, который столько лет добивался ее внимания. – Ты не одна здесь интриганка. Я поднял кое-какие связи с университетских времен. На Эдеме ведь тоже есть научные центры… И на внутренние дела Пхенга им совершенно точно плевать.
– Я должна была догадаться, что такой настырный тип нигде не пропадет! – Попытка улыбнуться вышла неубедительной, потому что Эва все еще чувствовала его боль внутри. Не все он рассказал, далеко не все. Но имеет ли она право лезть дальше, чем ее пускают?
Эва умела ждать, а потому перевела тему:
– Мы улетаем завтра. Наши друзья нашли корабль.
Уголки губ Александра
