глубины его глаз потеплели, когда похотливая улыбка расплылась по его лицу. Ей захотелось облизать эти полные губы. Наклонившись, он обхватил пальцами ее подбородок, притягивая ее лицо к своему. Хотя она была измотана прошлой ночью, это было по-другому и по-новому. У нее перехватило дыхание, когда его губы опустились и завладели ее, на этот раз медленно и томительно. Она заметила, что кожа на его губах была странно лишена чешуек, тонкие чешуйки заканчивались выше. Он покусывал и посасывал ее губы, пока она не растаяла, издавая требовательные звуки в знак одобрения.
Его языку потребовалось только один раз скользнуть по шву губ, чтобы она открыла их. Он самозабвенно погрузился в ее рот, и языки переплелись в жарком эротическом танце. На вкус он был диким и сладким. Запустив руки в его волосы, Бени выгнулась навстречу, дрожь пробежала по телу, когда его другая рука скользнула вниз по ее грудной клетке, касаясь груди сбоку.
Она задрожала от удовольствия, когда его рука скользнула под ее задницу, она закинула ногу ему на бедро и он высоко поднял ее на руках.
Завтра ему предстояла битва, но сегодня он будет покоряться ей.
Наклонившись к нему, Бени скользнула руками по его груди, исследуя каждый бугорок четко очерченных мышц под шелковистой чешуей. Она провела по линии его грудных мышц и проследила за изгибом пресса. Она почувствовала, как его толстая длина, горячая и скользкая, выдвинулась между их животами за секунду до того, как встретиться с ней пальцами. Она потрогала складки кожи, туго натянутой вокруг твердого фиолетового члена. Она очертила каждый бугорок и узелок, пока он не зарычал, его фаллос входил и выходил из ножен в нетерпеливых толкающих движениях.
— Бени, — простонал он.
Она извивалась от желания, звучавшего в глубине его голоса. Она инстинктивно вонзила ногти в его чешую, исторгая из него низкий, дребезжащий стон, когда прошипела свое требование.
— Сейчас, Фальц…!
Его руки впились в ее бедра, а член отодвинулся назад, когда он переместил ее в нужное положение, прижимая толстый кончик ко входу. Одним толчком его члена вперед он проник внутрь, заставив ее вскрикнуть от удовольствия, когда поразил каждую эрогенную точку внутри нее. Ее руки крепко обхватили его плечи, одна ладонь глубоко погрузилась в гриву, когда она добавила свой собственный неистовый ответ бедрами его стремительным движениям.
Его нос опустился к ее шее, утыкаясь в нее. Дрожь пробежала по ней, когда она повернула лицо, захватывая его рот своим. Его язык снова проник между ее губ, заявляя права на ее рот, когда он вошел глубоко в ее лоно. Бени чувствовала, что он действительно погружает свое клеймо глубоко в каждый дюйм ее тела с каждым толчком. Никто и никогда не сможет стереть с нее его невидимую метку. Ее киска сжалась вокруг него, когда захлестнула новая волна наслаждения.
Рычание зародилось его в горле, когда член набух. Как и раньше, он едва мог двигаться в ее узком проходе, похотливые сосущие звуки сопровождали каждый толчок. Член не переставал вторгаться, когда он подвел их к кровати и осторожно опустился, держа ее на руках. В тот момент, когда он устроился поудобнее, его передние лапы оказались позади нее, лапы поддержали ее задницу и обвились вокруг ног, прижимая к себе, в то время как его член набирал скорость. Их животы и груди соприкоснулись, создавая трение, которое пронзило ее, ударяя в такт тонким чешуйкам его ножен, трущихся о ее клитор. Давление, скручивающееся глубоко внутри, нарастало с каждым неистовым движением между ними, пока, подобно слишком туго натянутой пружине, не прорвалось сквозь нее.
Запрокинув голову, Бени закричала от удовольствия во время взрывного оргазма. На пике наслаждения, когда ее киска сомкнулась вокруг него, она почувствовала, как его член дергался внутри, выпуская горячую струю спермы, его рев присоединился к ее крику. После последнего глубокого толчка он прижал ее к себе, пока его член продолжал пульсировать внутри, изливая остатки семени.
Фальц некоторое время держал ее, их тела были прижаты друг к другу, они дышали вместе, их сердца бились вместе, когда они выходили из кульминации. Фальц, казалось, неохотно расцепил их тела и опустил ее на кровать рядом с собой. Свернувшись калачиком вокруг нее, он испустил долгий, довольный вздох, и Бени почувствовала, как ее сердце растаяло — совсем немного. Запуская пальцы в пряди его гривы, она не могла представить, где еще хотела бы оказаться в этот момент.
ГЛАВА 18
Бени с интересом наблюдала за праздничной атмосферой. Она провела большую часть дня, сидя за маленьким столиком, который принесли вместе с пергаментом и перьями накануне вечером. Она шла рядом с Фальцем по многолюдному центру деревни. Зайди Пракслор всего на несколько минут раньше, он бы стал свидетелем весьма любопытной сцены.
Фальц был удивлен вторжением не меньше, чем она. Очевидно, старший самец привык входить без приглашения, потому что он не стал ждать разрешения войти. Выкрикнув приветствие, он переступил порог с перекинутым на одно плечо столом и мешком с припасами в руке. Фальц быстро сбросил Бени на кровать и накрыл ее одеялом, прежде чем встать в защитную позу перед ней. Как только Пракслор наконец заметил их, он тут же остановился.
Это был крайне неловкий момент, но, по мнению Бени, он стоил всех тех подарков, которые принес Пракслор. Она была в восторге и немного удивлена разнообразием вещей. Она бы с радостью принялась за буклет сразу же, если бы не настойчивость Фальца, который убедил ее пойти спать, как только Пракслора выпроводили.
На ее лице появилась улыбка, когда она вспомнила, насколько убедительным он был. Не то чтобы ей удалось выспаться.
— Ты выглядишь довольной этим утром. — Заметил Фальц. — Тебе так не терпится увидеть, как мой соперник прольет кровь?
Она фыркнула.
— Жаль тебя разочаровывать, но нет, не совсем. — Она подавила смех, увидев его удивленный взгляд.
Бени узнала, что многие самки среди Минтар ценят самцов, которые сражаются за них. Некоторые даже организовывали поединки с помощью знакомых самцов, чтобы их партнеры могли продемонстрировать свою силу перед всем кланом. Однако Бени не очень нравилось наблюдать за тем, как кто-то истекает кровью.
— Хотя я не сомневаюсь, что ты можешь отправить любого противника в слезах домой к матери… э-э, матке… — Она улыбнулась, когда была вознаграждена одним из его редких смешков. — На самом деле меня больше интересует еда, — сказала она. — Фестивали всегда раскрывают лучшее в людях — и в еде! Я уверяю тебя, что, вероятно, съем столько, что
