сам генерал-губернатор и те, кто имел возможность оплатить услуги охраны казачьего воинства. Как оказалось, будучи отдельным порубежным воинством, казаки зарабатывали подобным способом деньги для казачьей казны, из которой после и финансировались многие дела казачества.
Поблагодарив бойцов, Егор не спеша поднялся на крыльцо губернаторского дворца и, вежливо поздоровавшись с курившими там господами, прошёл вовнутрь. Торчать на улице, слушая чужую пустую болтовню, не хотелось. Отдав лакею свой полушубок и шапку, парень окинул себя взглядом в зеркале и, убедившись, что всё в порядке, не торопясь отправился в зал совета. Прогуливаясь у резных дверей зала, парень здоровался с прибывающими, попутно обдумывая, чем заняться после этой тусовки.
Само собрание прошло можно сказать обыденно. Много говорильни и немного реальных дел. Нужно было отдать губернатору должное. Нуждами города он занимался серьёзно, и многие проблемы решались быстро и решительно. Высидев на собрании положенное, Егор вместе со всеми поднялся и отправился к выходу. Продолжать общение в местном ресторане одному было скучно, а в компании его не приглашали. Более того, господа титулованные дворяне старательно делали вид, что не замечают его совсем.
Дворяне попроще здоровались, позволяли себе перекинуться парой слов, но ближе старались не сходиться. Получив у слуги верхнюю одежду, парень затянул на талии пояс с револьвером и, поправив перед зеркалом шапку, вышел на крыльцо. Как оказалось, генерал-губернатор собирался куда-то ехать, так что его выезд стоял у самого крыльца, а сам он о чём-то тихо беседовал с двумя солидными господами.
Обойдя эту компанию, Егор спустился с крыльца и не спеша направился к своему выезду. Казаки, увидев своего подопечного, тут же уселись в сёдла, а Елизар приготовился распахнуть дверцу кареты, когда один из казаков вдруг выругался и схватился за револьвер. Стремительно шагнув в сторону и опускаясь на одно колено, чтобы уменьшить силуэт, Егор быстро заскользил взглядом по гулявшей у дворца толпе.
Генерал-губернатор уже спускался по ступеням крыльца, когда какой-то непонятный мужик, вынырнув откуда-то из-за столба, вскинул револьвер. Увидев оружие, Егор выстрелил на секунду раньше, чем это успел сделать убийца. Но едва только прозвучал первый выстрел, как из толпы выскочило сразу примерно полдюжины молодых, крепких мужчин и, обнажив оружие, ринулись к карете губернатора.
Казаки его охраны с началом перестрелки принялись срывать из-за спин карабины, но нападавшие этого ожидали. Так что первые выстрелы были сделаны именно в них. Понимая, что при таком соотношении сил генералу не жить, Егор быстро вскочил и, сместившись к ближайшему осветительному фонарю, принялся всаживать в нападавших пулю за пулей. Сообразив, что их начали убивать, нападавшие перенесли огонь на него и его казаков. Но тут всё было не так просто.
Бойцы его сопровождения, помня наставления бывавших с парнем в деле бойцов, успели спешиться и не стеснялись использовать все ближайшие укрытия. Елизар, к примеру, и вовсе плюхнулся пузом на мостовую и после каждого выстрела делал перекат в сторону, сбивая противнику прицел. Кучер Никита, спрыгнув с козел, отбежал к соседней карете и, укрывшись за ней, старательно поддерживал бойцов огнём. Не ожидавшие получить такой отпор бандиты дрогнули и начали отходить.
Понимая, что в таком деле лучше всего взять хоть кого-то живьём, Егор тщательно прицелился и, плавно спустив курок, всадил пулю одному из нападавших в бедро. Завопив так, что стёкла во дворце зазвенели, тот рухнул на снег и принялся кататься из стороны в сторону, держась за простреленную ногу. Один из нападавших дёрнулся в его сторону, явно собираясь помочь и утащить подельника, но Никита не зевал. Револьверная пуля вошла ему в плечо, заставив крутануться волчком и рухнуть на землю.
Быстро пересчитав лежащие тела, Егор уже начал подниматься, решив, что все нападавшие обезврежены, когда откуда-то раздался выстрел, и раненный в плечо безвольно откинулся на снег.
– Твою мать, они раненых добивают! – выкрикнул парень и, заметив облачко порохового дыма, не раздумывая выпустил в ту сторону последние заряды.
Услышавшие его казаки тут же перенесли огонь в нужную строну. Сам же Егор, подбежав к раненному в ногу мужику и пинком отбросив в сторону его револьвер, схватил мужика за шиворот. Спотыкаясь и оскальзываясь, он затащил неизвестного за карету губернатора и, быстро перезаряжая оружие, еле слышно прошипел:
– Блин, пока эту хрень зарядишь, три раза убить успеют.
Подбежавшие казаки принялись перетаскивать своих станичников, попутно подхватывая их карабины и занимая оборону, чтобы прикрыть парня и его пленника. Негромко подвывавший от боли мужик, сообразив, что попался, принялся быстро оглядываться, но Егор, заметив эти взгляды, зло прошипел, ткнув его стволом револьвера прямо в рану:
– Даже не думай дёргаться. Второе копыто отстрелю.
– Егор Матвеич, – раздался страдальческий окрик, и парень, оглянувшись, растерянно выругался от увиденного.
Генерал-губернатор, не получив в начале стычки ранения, от неожиданности поскользнулся на лестнице и теперь лежал на тротуаре, и, судя по перекосившемуся лицу, во время падения он сломал себе ногу. Окликнув одного из бойцов, парень забрал у него револьвер и приказал нести генерала в здание. Казаки, понимая, что весь сыр-бор произошёл именно из-за него, подхватили губернатора на руки и потащили во дворец. Помня, что промёрзшие ступени крыльца скользкие, Егор первым взбежал на крыльцо и, поводя револьверами в разные стороны, принялся прикрывать их.
Свистки полиции заставили парня только криво усмехнуться. Дежуривший у дворца городовой был убит в самом начале нападения. Так что прибывшие к шапочному разбору полицейские никаких добрых чувств у него не вызывали. Дождавшись, когда казаки унесут губернатора, парень спиной вперёд вошёл в холл дворца и, убедившись, что бойцы уже усадили генерала в ближайшее кресло, скомандовал:
– Так, казаки, я прикрываю, а вы братов сюда несите. Нужно быстро руду унять.
Вся троица выскочила на крыльцо, и рядом с головой парня, в высокие массивные двери ударила пуля. Не раздумывая, Егор выстрелил в ответ и, шагнув в сторону, громко прокричал:
– Никита, аптечку нашу сюда.
Успевший перезарядить револьвер кучер выстрелил туда, откуда стреляли в парня, и, выскользнув из-за столба, кинулся к их карете. Спустя пару минут он, пригибаясь, проскользнул в холл дворца, и Егор, дождавшись, когда казаки занесут последнее тело, вошёл туда же. Сунув револьвер в кобуру, парень присел над ближайшим раненым и, аккуратно расстегнув на нём полушубок, вспорол кинжалом одежду. Понятно, что без операции тут делать было нечего, так что, быстро наложив плотную повязку, парень перешёл к следующему раненому.
– Эй, вы, я тоже ранен, – неожиданно подал голос пленный.
– Ты лучше молча лежи, крапивное семя, – рыкнул парень в ответ, ловко бинтуя казаку грудь. – Доведёшь до греха, точно тебе руки
