цветным женщинам, если они писали комментарии, объясняя, что их опыт отличается от того, с чем сталкиваются белые члены группы. «Неизбежно появился целый ряд женщин, которые отвечали: “Зачем вы пытаетесь разделить нас? Сейчас нам всем нужно объединиться!”» Такое «объединение» было далеко от номинальной цели и эффективно заглушало голоса, вместо того чтобы учиться на разнообразном опыте. Многих цветных женщин отпугнуло такое отношение, ведь их заткнули и пристыдили лишь за то, что они поделились опытом, отличающимся от большинства.
«И все пользовались этим словом – “разобщенность”, – вспоминает Фелиция, повторяя мнение, которое я слышала об этом слове, пока писала эту книгу. И когда цветных женщин раз за разом обвиняли в попытках «разделения» за то, что они просто делились опытом, им стало понятно значение, скрытое за словом на букву «д». Из-за того, что большинство не разделяло их опыт и не понимало эмоции, которые он вызывал, его отрицали, называя «разделяющим».
Фелиция хотела бросить вызов такому взгляду на «деление». Если вы стоите на солнце, а я под дождем, будет ли разделяющим, если я обращу на это внимание? Действительно, разделяюще говорить тому, кто мокнет, что дождя нет. Мы забыли, что и движение за гражданские права, как показывает статистика, упомянутая в книге ранее, в свое время разделило общество. Здесь же это слово использовали, чтобы заставить людей молчать. «Произнося д-слово, мы обесцениваем чей-то опыт», – со вздохом говорит Фелиция.
Такое обесценивание стало стимулом растущего и давно назревшего внимания к междисциплинарности. Хотя само это слово чаще используют в академическом контексте для обозначения чего-то «стороннего», на самом деле все как раз наоборот. Мы уже говорили обо всех тех идентичностях, которые есть в каждом. Междисциплинарность заключается в том, чтобы принимать в расчет все эти идентичности, существующие в каждом человеке, особенно если какие-то из них маргинализированы.
Исследователь расы и права Кимберли Креншоу разработал теорию междисциплинарности (как и сам термин) в ответ на судебный прецедент 1964 года, ставший ярчайшим примером мышления, исключающего междисциплинарность. В деле «Деграффенрейд против General Motors» пять чернокожих женщин подали на Джи-Эм в суд за расовую и гендерную дискриминацию. Тогда считалось, что женщины подходят только для офисной работы, а афроамериканцы – только для работы с тяжелой техникой. Женщины афроамериканки не подходили ни к одной из категорий. «Женщины» означало белые женщины. «Черные» означало черных мужчин. Суд постановил, что истцы не могут доказать дискриминацию по признаку пола, так как не все женщины сталкивались с дискриминацией, и они не могут доказать расовую дискриминацию, потому что не все чернокожие этому подвергались. Из-за отсутствия междисциплинарности в законах черные женщины стали жертвами «пробела в законодательстве».
Когда закон, политика или способ мышления принимают единственную форму идентичности, обычно отражающую идентичность большинства, они практически отказываются от междисциплинарности и многообразия. Проще говоря, если мы принимаем во внимание только некоторых людей в нашей борьбе за равенство и инклюзивность, то на самом деле мы не боремся за равенство и инклюзивность.
Другой пример – существующая и сегодня разница в зарплатах между мужчинами и женщинами. Считается, что женщины зарабатывают 79 центов на каждый доллар, заработанный мужчинами, но существует также и значительная разница в зарплатах между белыми женщинами и не белыми (черными, латиноамериканками, азиатками). Если при работе над инициативами по многообразию, новыми законами и аналитикой данных сосредоточиться только на ликвидации разрыва в оплате между разными гендерами, то покажется, что проблема решена, хотя останутся другие разрывы, на которые мы не обратили внимания.
Забыть о междисциплинарности – значит предположить, что все в группе имеют одинаковое происхождение и воспитание. А предположить – это все равно что распространить опыт белой женщины среднего класса на всех женщин. Мы склонны предполагать, что вся группа похожа на нас или же на большинство, окружающее нас, и мы отвергаем другие точки зрения, потому что они не совпадают с мнением большинства. И хотя этот первичный рефлекс свойственен каждому, проблема в том, что иногда мы настаиваем, что доминантная точка зрения подходит всем в группе. Избегать междисциплинарности – все равно что говорить, что веришь во всеобщее равенство… для некоторых людей. Это же оксюморон.
Фелиция тоже была сбита с толку: «Мне казалось абсолютно бессмысленным, что мы не можем работать вместе, цветные и белые женщины». У них было много общего и был уникальный опыт. Женщины, использовавшие слово «разделенность», выбирали преднамеренное невежество[27].
Тогда Фелиция создала закрытую онлайн-группу, отдельно от Pantsuit Nation, чтобы помочь развивать добровольную осознанность. Менее чем за месяц к ней присоединилось более 1600 человек (честное признание: я тоже). Ключевой мотивацией стала междисциплинарность. Она верила, что есть белые женщины, которые хотели бы знать больше, даже если это означало выслушать точки зрения, создающие личностную угрозу.
«Одной из целей группы было создать безопасную среду для цветных женщин, которые хотели просто выговориться и пообщаться. Это и есть главная цель, – объясняет Фелиция. – Но также, запуская группу, я хотела, чтобы белые женщины смогли узнать в ней что-то новое, наши истории и опыт, и действительно понять, через что мы проходим». Может быть, если она поможет людям увидеть, что лежит за пределами их ограниченной осознанности, д-слово использовать перестанут.
В группе существует уникальная структура, аналогичная дому. Дом принадлежит цветным женщинам, и союзники могут входить в качестве «гостей». Одни «комнаты» – это пространство для всех; другие предназначены только для цветных; есть и те, что только для союзников. Уникальная черта этого цифрового форума – здесь допускается (и приветствуется) слушать беседы других комнат, если соблюдать правило и не участвовать в беседе, оставляя комментарии. Теоретически такая структура позволяет белым подслушивать разговоры, которые обычно происходят только в черных сообществах, и наоборот. В группе есть белые женщины, которые говорят, что у них нет черных знакомых за пределами этого сообщества.
Группу ведут администраторы, все они – цветные женщины, нанятые Фелицией. Их задача – помогать всем членам группы соблюдать ее правила и миссию. Новых участников обычно просят провести первые несколько дней, больше слушая в общих «комнатах». Белым женщинам советуют слушать больше, чем рассказывают. Их предупреждают, что может быть некомфортно, так как обычно они живут и работают в пространствах, где белая точка зрения доминирует.
Когда кто-то нарушает правила, администраторы включаются в беседу и просят нарушителя перейти с ними в отдельную «комнату». Там они могут обсудить произошедшее, не отвлекая остальных участников. Эта часть – сознательное отступление от того, как мы обычно реагируем на подобные события, тактикой «пораниться и уйти», объясняет Фелиция. «Тут дело в работе с тяжелыми темами». Не слушать и не видеть просто не остается возможности.
Фелиция подчеркивает, что нам
