Архивные документы из фондов Калининского фронта, 35-й и 81-й танковых бригад позволяют говорить о том, что танковый десант к окруженным был направлен, скорее всего, утром 17 февраля. В его состав входили два танка 169-го танкового батальона 35-й и восемь танков 81-й танковых бригад, а также автоматчики 81-й танковой бригады и бойцы 152-го лыжного батальона. Все эти части в это время в составе 30-й армии вели бои совместно с 359-й стрелковой дивизией на направлениях Лебзино, Соломино. В оперативных сводках 35-й танковой бригады за 17, 18 февраля отмечено, что о двух танках Т-34, действующих с 359-й сд и 81 танковой бригадой «известий о машинах и экипажах нет». В оперативной сводке 20 февраля на 18.00 записано: «На основании опроса автоматчика 81-й танковой бригады, который сидел на танке 169-го танкового батальона 35-й танковой бригады, и вернувшегося раненым назад, установлено: два дизельных танка прорвались в расположение 29-й армии и оттуда командир танка Сенюшкин повел колонну в южном направлении, и о котором нет сведений, а мл. лейтенант Суханов повел колонну на Лебзино [то есть на север. – С.Г.]. В 30 км от Лебзино горючее полностью было израсходовано. Прикрывая колонну огнем из танка и оставшись взорвать танк, Суханов передал, что «будем возвращаться этой же дорогой». Опрос автоматчика 81-й танковой бригады производил ответственный секретарь ВЛКСМ 169-го танкового батальона политрук Солдатов».
На фронте понимали, что значило быть участником танкового десанта во вражеском кольце в условиях суровой снежной зимы, когда, «прорвав передний край обороны противника, танки с боями прошли 76 км по тылам врага». Многие участники десанта были награждены правительственными наградами.
На сайте «Подвиг народа» представлены наградные листы на экипажи двух танков 35-й танковой бригады. Командиром одного был старший лейтенант И. С. Сухих [скорее всего, в предыдущем документе его фамилия была названа неправильно; для автоматчика, сидевшего на танке, фамилии Сухих и Суханов звучали похоже. – С.Г.], командир роты 169-го отдельного танкового батальона 35-й танковой бригады. Командованием батальона он был представлен к званию Героя Советского Союза. Члены его экипажа: механик-водитель младший воентехник М. К. Иванчук и командир орудия младший лейтенант И. С. Баюк были представлены к награждению орденом Ленина. Приказом по войскам Калининского фронта от 3 марта 1942 г. все они были награждены орденами Красного Знамени. Старший лейтенант Сухих награду не получил, так как погиб несколькими днями раньше – 26 февраля. В его наградном значится: «После возвращения из 29-й армии тов. Сухих пошел обратно в атаку на деревню Шалгино и погиб смертью храбрых».
Экипаж второго танка 169-го отдельного танкового батальона 35-й танковой бригады в составе командира танка лейтенанта Н. И. Сенюшкина, механика-водителя старшего сержанта Н. А. Колесникова, стрелка-радиста старшего сержанта А. Д. Золотухина приказом по войскам Калининского фронта от 8 марта 1942 г. также был награжден орденами Красного Знамени. Интересно, что Сенюшкин и Колесников за этот же рейд приказом Президиума Верховного Совета СССР, утвердившего приказ 30-й армии от 11 марта 1942 г., были еще награждены медалями «За отвагу». Описание подвига в наградных листах всех шести человек практически одинаково: «18.2.42 г. [в других наградных листах написано «в 4.00». – С.Г.] группа танков в количестве 10 вышла для выполнения специального задания, в существе которого было: пройти оборонительный рубеж немецко-фашистских войск, войти в глубокий тыл, выполнить задание и возвратиться в расположение своих войск. Появление танков для фашистов оказалось внезапным, в панике были брошены орудия, пулеметы, а в деревне Есимово была разгромлена фашистская колонна. Из 10 танков к месту прибыли 2, в том числе экипаж лейтенанта Сенюшкина Никанора Ивановича [в других наградных листах указывается соответственно имя представляемого к награде. – С.Г.]. В результате выполнения задачи танком л-та Сенюшкина [в других наградных листах указывается соответственно имя представляемого к награде. – С.Г.] уничтожено: пушек – 3, автомашин – 2, повозок с боеприпасами – 5. Рассеяно и уничтожено огнем пулеметов до 50 чел. фашистов…» В документах армии, бригады и наградных листах есть расхождения в дате выхода десанта: 17 и 18 февраля. За основу логичнее взять документы армии и бригады, так как танки должны были помочь в выходе из окружения, а этот выход начался вечером 17 февраля.
Среди вернувшихся из рейда и награжденных медалью «За отвагу» был старшина П. Г. Колюжный, механик-водитель танка Т-34 81-й танковой бригады. В его наградном листе записано: «Старшина Колюжный Павел Гордеевич, мех. – водитель командирского танка майора Алябьева совершил смелый по замыслу и героический рейс по существу. На протяжении маршрута т. Колюжный, потеряв свой танк, пересев в другой, продолжал выполнять задание. Под сильным огнем неприятеля, в трудных условиях бездорожья т. Колюжный выполнил задание командования, привел свой танк на соединение к 29-й армии, совершив героический подвиг. На обратном пути прошел тылы противника и невредимым прибыл в свою часть».
Судя по документам и воспоминаниям, из рейда назад вернулись два танка с экипажами, члены отдельных экипажей, потерявшие свои машины, а также некоторые автоматчики и лыжники. Вернулись, в частности, бойцы 152-го лыжного батальона А. Ф. Черепанов и Н. И. Кудишин, награжденные орденами Красного Знамени. Описание их подвига в наградных листах, подготовленных командованием 30-й армии, практически одинаково: «Тов. Черепанов, находясь в отряде майора Олябьева, посланного на соединение с частями 29-й армии, проявил себя стойким и мужественным бойцом. С начала выступления отряда и до соединения с частями 29-й армии, участвовал в непрерывных боях с фашистами. После соединения с частями 29-й армии руководил выходом колонны в расположение частей 30-й армии». В наградном листе Кудишина над словом «руководил» написано «помогал». В наградном листе А. Ф. Черепанова, подписанном начальником штаба 81-й танковой бригады подполковником Кузьминым, описание заслуг шире, что позволяет узнать отдельные детали рейда: «Тов. Черепанов А. Ф. действовал в группе майора Алябьева по прорыву укрепленного района противника и соединении с 29-й армией, находящейся в окружении. Тов. Черепанов действовал в качестве автоматчика и на всем пути находился на передовой машине майора Алябьева, уничтожая живую силу врага. Из 10 человек автоматчиков только один тов. Черепанов добрался на машине до расположения 29-й армии. Тов. Черепанов лично уничтожил более 20 фашистов. На обратном пути тов. Черепанов вывел из окружения 150 бойцов и командиров вместе с ранеными. Тов. Черепанов при выполнении боевого задания проявил мужество и геройство, за что командованием бригады представляется к правительственной награде ордену Красного Знамени». Этот наградной лист датирован 25 февраля, а армейский – 20 февраля 1942 г.
24 февраля 1942 г. на имя Народного комиссара обороны тов. Сталина было подготовлено ходатайство, подписанное командующим войсками Калининского фронта генерал-полковником Коневым, членом Военного совета фронта корпусным комиссаром Леоновым и начальником штаба фронта генерал-майором Захаровым, в котором говорилось: «Майор Алябьев Тимофей Степанович с отрядом в 10 танков и десантом лыжников в 50 человек получил задачу пробиться через боевые порядки противника к группе войск 29-й армии, находившейся в окружении, и содействовать ей при выходе.
Отряд майора тов. Алябьева выступил из района Крутики в 3.30 17.2.42 и двинулся к переправе у Кокошкино, где отряд был обстрелян 4 противотанковыми орудиями и пулеметным огнем пехоты противника; в результате умелого руководства боем тов. Алябьевым было уничтожено четыре орудия ПТО и до 80 фашистов, сожжено 4 дома с немцами. Отряд двинулся на Костерево. Тов. Алябьев был ранен в шею, но, несмотря на это, на пути уничтожил батарею противника, следовавшую на Кокошкино.
Достигнув Костерево, отряд смело ворвался в деревню, где уничтожил штаб (по-видимому, полка), раздавив гусеницами несколько офицеров, солдат и автомашин. Продолжая двигаться в район Бродниково, отряд подвергся артиллерийскому огню, но умелым маневром т. Алябьева отряд не имел потерь.
На пути движения на Брехово (западное) искусно преодолел противотанковый ров и противотанковый район. У Быково завязался жаркий бой, где отряд уничтожил несколько орудий и десятки солдат. В результате боя в отряде т. Алябьева осталось четыре танка и 18 лыжников, с этой группой он двинулся на Окороково и далее уже с двумя танками в районе Ступино оказался с частями 29-й армии.
Такой беспримерный подвиг прорыва обороны противника на глубину 10–12 километров танками с десантом лыжников – результат личной беззаветной храбрости и умелого руководства отрядом со стороны майора Алябьева.
