Однако генерал-фельдмаршал Манштейн великолепно осуществил операцию. Он оставил свои позиция вдоль реки Чир, когда ему ничего иного не оставалось, и сумел в критической ситуации сохранить вышеперечисленные силы, а затем бросил вместе с ними в бой свои последние резервы и… остановил войска Красной армии у Ростова. Он дошел на расстояние 40 км к Сталинграду. Но Паулюс отказался осуществить прорыв, а Гитлер не отдал ему соответствующего приказа. 6-я армия, в составе которой было 22 дивизии, прекратила свое существование…
Советские войска ее блокировали, генерал-фельдмаршал Паулюс был пленен вместе со своими генералами.
А фон Манштейн еще долго удерживал путь к отступлению открытым. Пока в этот коридор не пошла 4-я танковая армия генерала Гота.
По мнению генерал-фельдмаршала, если бы Гитлер дал ему подкрепление, о котором он тогда просил, и предоставил бы ему свободу действий, он бы наверняка сумел вывести из окружения значительную часть сил 6-й армии вермахта.
Во всех операциях Второй мировой войны генерал-фельдмаршал Манштейн отличался уникальной продуманностью замыслов, прозорливостью в развитии событий. Все то, что он сам совершил в годы войны, – и об этом говорится в том варианте книги, который был написан для узкого круга людей в Кремле, – произошло не только благодаря его военному таланту, но и… бездарности оказавшихся на его пути в минувшей войне советских генералов, загубивших миллионы своих солдат и невероятной ценой заплативших за победу (победу ли?!).
Будучи крайне выдержанным и невозмутимым человеком, Манштейн задал не праздный вопрос: «А как вы воспринимаете события войны? Вашей и нашей сторон, в частности, генералитетов?»
Прежде чем ответить, я рассказал ему известный мне факт, который случился с ним в начале 1943 года.
В его кабинет вбежал крайне взволнованный ординарец капитан Ханнус: «Господин генерал-фельдмаршал, русские танки переправились через Дон всего в десятке миль отсюда и движутся прямо на нас. Наши передовые части дрогнули и разбежались. У нас ничего не осталось».
«Неужели? – спокойно отозвался Манштейн, затем улыбнулся, – Почему же, гауптман, у нас осталось еще немало разных войск. Например, ремонтная мастерская, что по соседству. Я уверен, там найдется несколько более или менее исправных танков. Соберите все, что может вам пригодиться и идите, бейте Советы. А штаб пусть займется организацией обороны. Мы не сдвинемся с места, и я поручаю вам, гауптман Ханнус, устранить эту незначительную угрозу».
И действительно, – адъютанту удалось остановить наступление русских буквально в считанных километрах от штаба генерал-фельдмаршала…
Затем я ответил на его вопрос: «Я думаю, что у нас были такие генералы, от которых вашим коллегам, генерал-фельдмаршал, не поздоровилось и именно в начальном этапе войны».
– Кого вы имеете в виду?
– Я имею ввиду генерала Власова, организовавшего жесткую оборону на подступах к Москве; боевые действия, организованные командующим Северным флотом адмиралом Головко; действия генерала Людникова в Сталинграде…
– Знакомые имена, – отреагировал собеседник.
Ростов стал сердцевиной всей кампании на Восточном фронте. Гитлер не дал приказ о своевременном отступлении группы армий и силы русских в количестве девяти армий прорвались к Азовскому морю. Если бы Красная армия дошла тогда до Ростова-на-Дону, то находившиеся там германские 4-я, 17-я и 1-я танковая армии, а также 4-я румынская армия – в общей сложности около 900 тысяч человек – оказались бы отрезанными от основных сил вермахта. Подобная катастрофа была бы сравнима только с той, что постигла русских под Киевом осенью 1941 года и немцев под Сталинградом зимой 1942–43 годов.
Осознав критическую ситуацию, генерал-фельдмаршал фон Манштейн произвел мгновенную перегруппировку, ввел в действие резервы и решительно остановил армии русских всего в 28 км от города.
…Пусть истинная цель визита в Иршенхаузен так и останется за кадром, как и иные подробности встречи… По возвращении в Советский Союз второй человек – переводчик Х., участвовавший в разговоре с престарелым генерал-фельдмаршалом, вскоре погиб. Манштейн прожил еще чуть более полугода и, дожив до 86 лет, умер своей смертью. Мне же остались только воспоминания, обостряющие главный вопрос, вот уже много лет звучащий внутри меня: кто мы, люди, живущие на этой земле?
…Даст ли Господь нам вразумление, чтобы понять это?
История 9
«Старинный друг» или посредник?
В последние дни боев за Берлин Сталин встретился с одним из самых доверенных своих людей и произнес загадочную фразу: «Мне нужно видеть нашего старинного друга».
Буквально через несколько часов этот «старинный друг» предстал пред вождем. И почти тут же получил распоряжение:
– Вам необходимо вернуться в вашу часть, которая в самые ближайшие дни почти полностью будет разгромлена и вместе с ее остатками выйти в место, ка-аторое вам будет указано, и сдаться а-мырыканским войскам.
Великий фальсификатор – Сталин – вновь разыграл партию: дэзу для НКВД, для остальных спецслужб СССР, для Управления стратегических служб США, для МИ-5 и МИ-6, для других спецслужб мира.
Рядовой вермахта после встречи с советским вождем убыл на фронт и так же незаметно возвратился в свою часть, как и убыл из нее (впрочем, его часть уже давно не существовала, да и он в ней только числился). На Восточном фронте он находился практически всю войну (тогда как на самом деле находился под Москвой). Вообще же он занимал весьма ответственный пост в РСХА, но затем был разжалован и служил рядовым в одной из частей СС (служил, естественно, на бумаге…).
В 1924 г. 20-летний Хайнц Мария Карл Йост волей сложившихся обстоятельств оказался в большевистской России. В течение почти двух лет он проходил обучение в спецотделе ВЧК, которое возглавлял Глеб Иванович Бокий. По окончании курса обучения был он определен в подразделение на Волге, работу которого координировал работник Особого сектора ЦК ВКП(б) товарищ Забрежнев. Этот человек по поручению товарища Сталина из кадров, которые готовились в спецслужбах страны и в подразделениях Бокия, под различным предлогом отбирал оперативных работников с целью дальнейшей их отправки по заданию Коминтерна в зарубежные командировки.
Так среди некоторых своих коллег был отправлен на работу в Германию и Хайнц.
Он был внедрен в группу резидента Коминтерна, работавшего в Баварии.
И проявил немало упорства, немало потратил знаний и сил в оказании помощи Коминтерновской резидентуре.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
