Через несколько минут он принес две маленькие бутылочки армянского коньяка, хлеб и мелко нарезанные ломтики сыра и колбасы. Прославленный полководец тут же предложил: «Давай выпьем, только ты не говори моей жене, что я пил… Никакого в жизни нет порядка. Я армянин и не могу выпить. А что за офицер, и тем более маршал, который не пахнет дорогим одеколоном и самым изысканным коньяком? Это не только не маршал, это вообще не горец, не мужчина».
Темперамент, эмоциональность полководца Второй мировой войны привели меня в неописуемый восторг. Я слушал его разговоры о том о сем и не заметил как мы разделались с небольшими бутылочками коньяка. Маршал неожиданно поднялся, пожал мне руку и сказал: «Слушай, заходи ко мне. В любое время. В любое, какое посчитаешь нужным».
На следующий день я решился воспользоваться приглашением и посетить Ивана Христофоровича; через дежурного по телефону я вышел на связь с адъютантом, тот спустился ко мне и сказал, что маршалу нездоровится. Если быть откровенным, я расценил это как дипломатическое недомогание, наступающее, когда не желают видеть посетителя. Но… одернул я себя… с какой стати заслуженный военачальник будет жаждать встречи с почти незнакомым человеком? Конечно, мне льстило еще раз повидать знаменитого маршала, но коль не хотят видеть, то не стоит и напрашиваться. В принципе, это был лишь интерес к человеку, который был причастен к большим историческим событиям ХХ столетия.
Баграмян Иван Христофорович (р. 2.12.1897, г Елизаветполь), советский военный деятель. Маршал Сов. Союза (1955).
Дважды Герой Советского Союза (1944 и 1977).
Совсем еще молодым человеком, в 1915 году, Иван Христофорович Баграмян был призван на военную службу в русскую армию. Участвовал в гражданской войне, и особо в ней не отличился. Надо полагать, не проявил какой-либо безудержной жестокости в отношении «классовых врагов», которых вряд ли он считал таковыми. Ибо до этой войны он участвовал в Первой мировой, видел революционный взрыв, видел политическую возню, весь ужас и мучительный процесс разделения населения и участников Первой мировой войны на тех, кто стали на сторону нового режима, и тех, кто оказался в Белой армии… Иван Христофорович закончил курсы прапорщиков, служил в запасном Армянском полку, который практически не принимал никаких активных боевых действий против Красной армии, т. к. находился в отдаленности от ее великих кровавых дорог.
Лояльность способствовала его отправке в КУВНАС (Курсы усовершенствования высшего начальствующего армейского состава), где он учился с рядом известных людей, в частности, с будущими Маршалами Советского Союза Константином Константиновичем Рокоссовским, Андреем Ивановичем Еременко, Георгием Константиновичем Жуковым. В его домашнем архиве, как позже я узнал, сохранилась фотография слушателей, в числе которых и вышеперечисленные командиры Красной армии.
Затем – служба в войсках; в 1931 г. его вновь рекомендовали для учебы в Академии имени Фрунзе, которую он закончил в 1934 г.
А спустя два года Иван Христофорович по рекомендации командарма 1-го ранга Бориса Михайловича Шапошникова был зачислен в только что открытую (восстановленную) Военную академию Генерального штаба РККА. Помимо уникальных знаний, которые преподавали весьма умные ученые Иссерсон, Лапчинский, др. известные ученые того времени, у слушателей академии была не менее уникальная форма. Следует учесть, что по положению, в академию принимались командиры, у которых было воинское звание полковник. На их бриджах (галифе) предусматривалось ношение генеральских лампасов. А воротник на гимнастерке был изготовлении из черного бархата. Лампасы вскоре отменили и вместо них появился кант по виду (роду) войск. А вот воротник из бархата остался.
Кстати, эту форму одежды скопировали в германском вермахте. Полковники генерального штаба вермахта носили галифе, на которых были широкие генеральские красного цвета лампасы. Даже в известном кинофильме Николая Озерова «Освобождение» один из организаторов покушения на Гитлера полковник генштаба вермахта граф Штауфенберг был одет в галифе с генеральскими лампасами. У части наших советских офицеров это вызвало, мягко говоря, удивление от их… незнания, и тем более это делало честь авторам фильма, не потерявшим столь существенный нюанс.
Вскоре по окончании академии в 1938 году Иван Христофорович получил назначение в штаб Киевского Особого военного округа.
Прибыв к новому месту службы в Киев, он принял под свое начало оперативный отдел штаба округа. Летом 1940-го, как известно, в Европе произошли серьезные изменения в расстановке политических сил. Гитлеровский вермахт разгромил французскую армию и оккупировал Францию, Бельгию, Голландию, Люксембург. А Советский Союз отхватил существенный кусок Финляндии, присоединил к себе Бессарабию, Северную Буковину, Эстонию, Литву, Латвию.
Таким образом, на европейском театре возможных военных действий дислоцировались одна сверхмощная армия – советская и весьма сильная – германская.
Сложившуюся политическую обстановку и расклад вооруженных сил руководителям Советского государства необходимо было осмыслить, прежде чем принять определенное решение. В связи с этим в сентябре 1940 г. по распоряжению наркома обороны в Москве собрались командующие войсками округов, армий, начальники их штабов, здесь им было предложено тщательно подготовиться к будущему совещанию высшего командного состава, которое и состоялось в декабре. Естественно, такое значимое событие могло состояться только с санкции Сталина.
Предусматривалось, что присутствовать будет не только Генсек, но и все члены Политбюро ЦК ВКП(б), предстояло заслушать и обсудить ряд докладов военачальников. Основной доклад «Характер современной наступательной операции» обязан был подготовить командующий войсками Киевского Особого военного округа генерал армии Г. К. Жуков… Часть военных историков считает, что этот доклад являлся вершиной военного теоретического исследования; что ж, можно согласиться с авторами подобных утверждений. Только это не относится к имени Георгия Константиновича, ибо в своей жизни никаких научных исследований Жуков не провел. Автором же действительно уникального доклада был полковник Иван Христофорович Баграмян. И это его словами тот, кого называют «гениальным стратегом», то бишь Жуков, громогласно поражал слушателей широтой и глубиной военного мыслителя.
Неудивительно, что перлы военной мудрости, заложенные в блистательном докладе армянина-полковника, использовались военным плагиатором. Но они сыграли свою службу и в жизни Ивана Христофоровича. Никому не известный советский полковник в годы войны вырос до командующего войсками фронта, закончил ее генералом армии, Героем Советского Союза, кавалером полководческих орденов высшей категории, а спустя несколько лет – в 1955 г. – удостоен был высокой чести, когда стал Маршалом Советского Союза.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
