подлое убийство государя.
– Вот как? – искренне удивился воевода Мнишек. – Не знал, что пан Бучинский столь скор.
Бучинский не ответил на колкость воеводы.
– И кто этот враг? – строго спросил царевич.
– Пан Ян Нильский.
– Что? – искренне удивился Мнишек.
– Что такое? – спросил вслед за воеводой Димитрий.
– Есть пыточные сказки (показания) кухонного холопа Ивашки о том, что тот видел пана Нильского на кухнях как раз тогда, когда подсыпали яд.
– Но зачем сие Нильскому? – спросил Мнишек. – Какая ему в том выгода?
– Пан Нильский есть человек пана коронного гетмана. Коронный гетман Замойский не верит нашему государю и против его похода на Московию.
– Пан! – вскричал Мнишек. – Что ты говоришь? Я сам не больно жалую князя Замойского, но он есть шляхтич и магнат Речи Посполитой! Он не опустится до подлого убийства из-за угла!
– Я ни в чем не обвиняю князя Замойского, пан Воевода! Сие сделал Нильский, а князь мог того и не знать!
– Но Нильский сам вступил в мое войско, – возразил царевич. – Я сам хочу допросить того холопа, что показал на него.
– Сей холоп от пыток умер, государь. Не сдюжил. Но все записи есть, полученные с пытки.
– Вот как? Где сейчас пан Нильский? – спросил царевич.
– Он арестован твоим именем, государь.
– Что?
– Он в подвалах в железах, государь.
– И он признал вину?
– Нет, государь, – ответил Бучинский. – Но пытка к нему не применялась. Пока!
Димитрий посмотрел на Мнишека.
– Что скажешь, воевода?
– Надо все проверить, государь. Но я не думаю, что это сделал Нильский. Сие выгодно не Замойскому, а царю Борису! И среди нас есть его соглядатай.
– Среди людей царевича? – спросил Бучинский.
– Да, – ответил Мнишек. – И он из тех, кто давно состоит на службе у Димитрия Ивановича. Он не из новых.
– Вы думаете на русских, воевода?
– Не только на русских. Возможно, что некто из поляков и литовцев продался москалям за золото. Но сие не Нильский.
– С чего воевода столь уверен? – спросил секретарь самозванца.
– А с того, что Нильский не дурак. И не стал бы он действовать столь глупо.
– Он хотел угодить своему господину, князю Замойскому. Думаю, в войско царевича он поступил по его приказу. Ведь вначале Нильский не соглашался стать в ряды воинов царевича. А потом вдруг согласился. С чего это он так быстро поменял мнение? Получил приказ от коронного гетмана!
Самозванец задумался. Ведь вчера он добился еще одной победы. Князь Татеев, воевода Чернигова, принес ему присягу и стал в ряды его сподвижников вместе с князем Петром Шаховским и князем Сумбуловым. И теперь у самозванца было три вельможных московских пана.
«А если Бучинский прав? Если сей шляхтич подослан Замойским? Его сторонники недовольны моими победами и решили действовать? Нужно проверить Нильского!»
– Шляхтича Яна Нильского держать в железах под замком! – отдал приказ царевич. – А тебе, пан Бучинский, сие дело расследовать со всем тщанием!
– Как прикажет твоя милость, – поклонился Бучинский.
2
Чернигов: расследование.
Октябрь 1604 года.
Велимир Бучинский обрадовался тому, что нашел свидетелей против Нильского! Все складывалось удачно! Один из казаков Демецкого рассказал секретарю, что Нильский во время привала говорил атаману Демецкому, что де не верит в царское происхождение царевича Димитрия.
– И ты подтвердишь сие под присягой? – спросил Бучинский.
– А чего не подтвердить, коли сам Нильский те слова говорил? Но в нашем отряде многие то говорят. И не токмо в нашем. Среди гусар Мнишека таких разговоров еще больше.
– Мне нет дела до гусар Мнишека! – резко оборвал его секретарь. – Я хочу знать все про шляхтича Нильского!
– Могу подтвердить сие под присягой. Но не просто так. Сие правда, но стоит она 10 золотых!
Бучинский достал из кармана кошель и высыпал из него горсть золота. Отсчитал десять монет и положил на стол перед казаком.
Тот протянул руку, но Бучинский перехватил её:
– Не спеши! Сначала писарь запишет твои слова!
– Как скажете, пан секретарь…
***
Шляхтич пан Нарочинский внимательно следил за событиями, которые стали разворачиваться слишком быстро. Это ему совсем не понравилось. Если Бучинский уже сейчас избавиться от пана Нильского, то сам Нарочинский также станет ему не нужен.
Потому он дождался казака, который вышел от секретаря царевича.
– Разбогател, Семен? – спросил Нарочинский.
– А тебе что за дело? С тобой делиться не стану.
– Но ведь это я рассказал тебе о словах пана Нильского.
– И что с того? Думаешь, я отдам тебе хоть злотый? Шиш!
Нарочинский рассмеялся в ответ.
– Мне не нужны твои золотые, Семен. Я только хочу знать, что замыслил пан Бучинский.
– Дак разве не понятно? Снесут пану Нильскому голову за плохие слова о царском происхождении царевича Димитрия. Спишут на него яд в питье его высочества, и все останутся довольны. Кроме Нильского, конечно. Но ему и так и так конец.
– С чего ты так решил?
– А с того, что Бучинскому нужен виновный. И он его нашел. А в моем кармане стало звенеть золото.
– Но даст ли царевич добро на казнь Нильского? Вот вопрос.
– Бучинский не будет ждать. Он так повернет дело, что у пана Нильского не будет шансов оправдаться.
Нарочинский отошел от Семена. Он узнал все, что ему нужно. Бучинский станет действовать быстро и сделает все так, чтобы Нильский умер под пыткой. Он будет ковать железо, пока горячо. И возможно, что уже завтра шляхтича не будет среди живых.
Пан поспешил к дому, где расположился посланец ордена Иезуитов. Шляхтич знал тайный знак и его сразу пропустили в дом.
– Кто ты такой? – строго спросил падре в черной сутане, под которой была видна кольчуга.
– Мое имя слишком ничтожно, пан.
– Но ты пришел сюда не просто так.
– Я пришел предупредить пана о намерении секретаря царевича пана Бучинского избавиться от шляхтича Нильского.
– И все? Это решение будет принимать его высочество, а не пан Бучинский.
– Вот потому я и пришел, пан. Бучинский собрался уже сегодня расправиться с Нильским в застенке. Но я знаю, что пан Нильский не подсыпал яд.
– Вот как?
– Он не мог быть на кухне и не мог подсыпать яд в питье царевича.
– Откуда у пана сии сведения? – спросил падре.
– Пан Нильский был в это время у женщины.
Иезуит засмеялся.
– За злотый любая местная баба покажет, что Нильский был у неё.
– Но та панна, которая принимала пана Нильского не любая баба. Это женщина, которой царевич поверит…
***
Двери в подвал распахнулись, и вошёл среднего роста мужчина в темном плаще. Капюшон скрывал его лицо. В его руке был факел. Двери затворились и лязгнули замки. Человек подошел к закованному шляхтичу.
– Пан Ян? Вы в порядке?
– Да.
– Рад, что пришел в нужное время.
– Кто вы такой? – спросил Нильский.
– Я хочу вам помочь, пан кавалер, – тихо произнес пришедший.
– Но кто вы?
– Мое имя вам знать не следует. Но я пришел помочь. И это наше свидание обошлось мне в пять золотых.
– Вы скажете мне, почему я здесь, пан? В чем моя вина?
– В отравлении царевича.
– Что? – не понял Нильский.
– Царевича Димитрия Ивановича хотели отравить.
– Я? Отравитель? Что за ерунда?
– Бучинский почти доказал вашу вину, пан кавалер. Есть свидетельства, что
