— Есть такое философское течение, основанное на самых ранних сохранившихся письменных произведениях нашего народа. Оно утверждает, будто весь Хаос — это игра неких высших существ. Последователи этого течения именуют себя Родичами. Возможно, Сухай — один из них… Я бы сказал, что это достаточно безвредное верование. Родичи стараются приобретать влияние, дабы благодаря своей возросшей роли в игре и возможности влиять на ее исход приблизиться к тем, кто мечет вселенские кости. Если Сухай действительно один из Родичей, ты оказал ему серьезную услугу, уничтожив Теллопса. Новое, более высокое положение должно много для него значить.
— Да, наверное, — пробормотал я. И все-таки меня не покидало смутное ощущение, что что-то здесь было не совсем то.
— Наша семья сильно поредела, — сказал я. — Возможно, Коннер последний, кто присоединится к нам.
— Ну, есть по крайней мере еще один член семьи…
Отец улыбнулся, но не стал ничего уточнять даже в ответ на мой вопросительный взгляд.
Я решил пока оставить все как есть. Попробую вытрясти из него правду, когда у меня будет побольше времени.
Коннер же тем временем продолжал жадно поглощать пишу. Если он не побережется, ему станет плохо. Впрочем, поскольку Фреда с Блейзе хлопотали над ним, словно заботливые тетушки, я не сомневался, что с Коннером все будет в порядке.
— Нам нельзя здесь оставаться, — вдруг сообразил я. — Раз Сухай смог нас найти, то и король Утор сможет.
— Скажи спасибо Логрусу, — заявил отец. — Нас можно выследить по нему. Всякий раз, как мы им пользуемся, мы сообщаем им о том, где мы находимся и что делаем.
— Но Эйбер мне говорил, что Логрус нельзя использовать подобным образом!
Отец издал короткий смешок.
— Разве я никогда тебе не говорил, что Эйбер — дурак?
— Слишком часто.
Отец фыркнул:
— Если ты хочешь на самом деле понять, как работает Логрус и его силы, не полагайся на слухи и домыслы. Он связан с королем Хаоса и Хранителем Логруса. Мои изыскания доказали это со всей очевидностью. Если король и Теллопс не знают о каждом конкретном человеке — включая нас, — использующем Логрус, так это только потому, что в каждое мгновение им пользуются миллионы. Да, Хаос и его Тени достаточно велики для этого. Но если кто-то из этих двоих сосредоточит внимание на определенном человеке или его семье… да, он будет знать, что мы делаем и где.
— Тогда ты должен полностью запретить пользоваться Логрусом. Я понимаю, это удобно… но наверняка Путь можно заставить работать ничуть не хуже. А Карты, использующие силу Пути, похоже, защищены от Логруса и его воздействия.
— Согласен, — сказал отец. Должно быть, я слишком явно продемонстрировал свое удивление, поскольку он быстро добавил: — В Джунипере я допустил ошибку. Я недооценил наших врагов. Я понятия не имел, что в это замешаны Утор и Теллопс. Из всех жителей Хаоса лишь они способны шпионить за нами при помощи Логруса. Я прослежу, чтобы эта ошибка не повторилась. Как только мы уберемся отсюда, мы порвем с Логрусом. Навсегда. Всякий, кто не согласится с этим, будет изгнан — ради общего блага.
Я кивнул:
— Отлично.
Я и сам думал точно так же. Нам необходимо принять все возможные меры предосторожности против Хаоса.
— Куда мы отправимся? — спросил отец. — Нам нужен новый дом — мир, который мы сможем обустроить по собственному вкусу. Мне смутно припоминается подходящая Тень неподалеку от той, которую я выбрал для Узора или, как ты его упорно зовешь, Огненного Пути.
— Я отнес тебя туда. Это весьма многообещающий край, удачно устроенный, но пустынный — там нет жителей. Нам придется доставить туда всех и все, в чем мы будем нуждаться.
— Значит, так мы и сделаем. И возьмемся за дело немедленно.
Он хлопнул меня по плечу.
— И на этот раз, Оберон, мы не повторим наших ошибок!
15
Несмотря на все наши устремления, нам не удалось покинуть гостиницу ни на следующий день, ни даже на следующей неделе. Должно быть, тем вечером Коннер держался исключительно на силе воли. Наутро же, когда он проснулся, месяцы, проведенные в тюрьме, дали себя знать. Он был так слаб, что ему приходилось лежать в постели, а Фреда с Блейзе играли роль нянек. Они пичкали Коннера, к его восторгу, легкими супами и восхитительной выпечкой с более чем толковой гостиничной кухни. Коннер, похоже, наслаждался их заботой.
Поскольку Логрус уже продемонстрировал Сухаю и, как я предполагал, всем прочим сторонникам короля Утора, где мы находимся, я решил, что если мои родственники будут покамест продолжать пользоваться Логрусом — каждый в меру своего разумения, — это ни на что особенно не повлияет.
Эйберу и Блейзе я поручил добычу золота. За день эта парочка натаскала при помощи Логруса несколько тони. Золотые слитки, золотые самородки, золотые блюда и столовое серебро — они отыскали это все и перетащили в наши номера. Когда полы принялись трещать под этой тяжестью, я нанял несколько повозок и отвез добычу в Императорский банк Селоники, вызвав там изрядный переполох.
Управляющий банком каждые несколько минут отправлял гонцов во дворец с новыми данными, по мере того как клерки взвешивали и тщательно вносили в опись наши сокровища; гонцы быстро вернулись и принесли кредитное поручительство с пометкой «неограниченный кредит». Подписано оно было не кем иным, как самим принцем Марибом.
Кроме того, с ними также прибыло приглашение на завтрак во дворец. Я отправил туда брата. Пока они с принцем завтракали — а заодно и подружились, — я взял Блейзе и отправился за покупками. Мы купили десятки лошадей, мулов, коз, овец, коров, свиней, кур и прочей домашней живности. Потом мы приобрели несколько дюжин больших шат ров из плотной парусины, лампы и масло к ним, кирки и лопаты, семена и зерно, и столько съестных припасов, чтобы нам хватило не меньше чем на полгода. Кровати и прочая мебель… столы… Нам нужно было запастись абсолютно всем, поскольку перспектива воспользоваться Логрусом и раздобыть забытое нам не светила. Блейзе наняла горничных, лакеев, поваров и прочую прислугу.
Нам нужен был склад, чтобы разместить все эти покупки, потому я купил и его — и нанял счетовода и десяток дюжих работников, чтобы навести там порядок. Деньги текли рекой. Почти сразу же на склад начало прибывать закупленное добро.
Эйбер с моего позволения открыл принцу Марибу часть правды про наше семейство. Мы собирались экспортировать припасы из его Тени в нашу, пока не наладим собственную экономику. Принц Мариб, зачуяв огромную прибыль, пришел в восторг от этой перспективы — во всяком случае, так утверждал Эйбер — и быстро составил для нас список лучших здешних архитекторов, каменщиков, слесарей и прочих ремесленников, которые могли бы нам пригодиться. Остаток дня мы с Эйбером и Блейзе потратили на визиты к ним, наняли их, предложив завышенную плату, и в целом уладили этот вопрос. А они уже должны были нанять всех строительных рабочих, какие могли нам понадобиться, дабы немедленно приступить к возведению крепости и города. Прежде всего требовалось выкопать котлован под фундамент, и этим можно было заняться еще до того, как мы окончательно утвердим проект.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
