— Я г-говорю только правду, и я н-на-напоминаю вам, мил-милорд, что я — гражданин Основания. В-вы не можете т-тро- тронуть меня б-без ппоследствий.
Лорд Калгана расхохотался.
— Ну и угроза! Годится, но только для дураков и маленьких детей. Бросьте, мистер Муни. Согласитесь, я был терпелив с вами все это время. Я слушаю вас вот уже двадцать минут, а вы говорите какуюто ересь. Вы долго придумывали? Напрасно старались: я знаю, что вы здесь не для того, чтобы спасти крохи знания из пепла минувших лет и кудахтать над каждой из них. Выделите дальше, хоть и скрываете это. Разве это не так?
Хомир Муни больше не мог скрывать спой ужас: он загорелся у него во взгляде, дыхание перехватило. Увидев это, Лорд Стеттин хлопнул человека с Основания по плечу, да так, что тот покачнулся вместе с креслом от такого проявления чувств.
— Прекрасно. А теперь поговорим откровенно. Вы исследуете План Селдона. Вы знаете, что он больше не действует. Вы, возможно, знаете, что теперь единственный возможный победитель — я. Я и мои наследники.
Да какая разница в конце концов, кто создаст Вторую Империю, лишь бы она была создана. Или у истории не бывает любимчиков, а? Или вы просто боитесь мне сказать? Вот видите, я знаю вашу миссию.
— Что в-вы х-хотите? — спросил Муни, тяжело переводя дыхание.
— Чтобы вы были со мной. Я не хочу испортить все дело излишней самоуверенностью. Вы понимаете в этих вещах куда больше, чем я, и можете уловить разные тонкости, которые я пропущу. А награжу я вас покоролевски. Чего вам ждать от Основания? Попытаетесь избавить его от неизбежного поражения? Продлите войну? Или вы горите патриотическим желанием умереть за свою родину?
— Я… я… я… — он замолчал. Ему так и не удалось выдавить из себя связную фразу.
— Вы остаетесь со мной, — уверено заявил Лорд Калгана. — У вас нет выбора. Подождите-ка…
Он высказал почти забытую в разговоре свою мысль.
— …Ко мне поступила информация, что ваша племянница ведет род от Бейты Дарелл.
— Да, сэр, — от удивления Хомир даже не заикался.
Сейчас он не мог говорить ничего, кроме правды… он просто не смог бы ничего придумать.
— Это известная семья на Основании?
— Да. — Хомир кивнул головой. — И Основание не позволит…
— Бред! Не будьте дураком! Я думаю как раз об обратном. Сколько ей лет?
— Четырнадцать.
— Ну вот! Даже Основание и Гари Селдон вместе взятые не смогут помешать девушке превратиться в женщину.
С этими словами он резко повернулся на каблуках, подошел к закрытой двери и резко отдернул драпировку.
— А ты какого дьявола сюда притащилась?! — Голос гремел.
Леди Каллия захлопала на него глазами и сказала дрожащим голосом:
— Я думала, что ты один.
— А я не один. Я поговорю с тобой об этом позже, а сейчас убирайся, да поживей!
Ее каблуки торопливо застучали по коридору, а Стеттин вернулся в комнату.
— Она — давнее романтическое приключение, которое слишком затянулось. Скоро этому конец. Так вы говорите, ей четырнадцать?
Хомир в ужасе уставился на него.
Аркадия уголком глаза заметила, как открывается дверь, и вздрогнула.
Она долго смотрела на палец, который манил ее, а потом встала и, осторожно, на цыпочках пошла через приемную. Жест Леди Каллии, а это была она — достаточно красноречиво говорил, что шуметь не стоит.
Леди Каллия крепко взяла ее за руку, и Аркадия почему-то покорно пошла за ней. Странно, но она совсем не боялась.
Да, но почему?
Они пришли в желтый с розовым будуар и Леди Каллия прижалась спиной к двери.
— Это наш тайный ход, — сказала она, — из его кабинета в мои комнаты.
Ты, конечно, понимаешь о ком я.
И она помаячила в воздухе пальцем, как-будто одна мысль о Нем вызывала в ней священный ужас.
— Так повезло… нам так повезло…
Зрачки ее расширились и потемнели.
— Вы не могли бы мне сказать… — напряженно начала Аркадия, но Каллия суетилась и ничего не желала слушать.
— Нет, дитя мое, нет. У нас совсем нет времени. Снимай свое платье.
Скорее, пожалуйста. Я дам тебе лучше, и тебя в нем не узнают.
Она лихорадочно рылась в шкафу, выбрасывая кучи платьев прямо на пол, разыскивая такое, в которое могла бы переодеть девочку, чтобы ее не узнали и сна не вызывала никаких подозрений.
— Вот, бери, это подойдет. Должно быть впору. У тебя есть деньги? На, держи все… и вот это тоже… — Она сияла кольца с пальцев, вынула серьги из ушей. — И лети домой, домой, на Основание!
— Но Хомир… мой дядя, — тщетно протестовала она, путаясь в ароматных складках роскошного металленового платья, которое ей натягивали через голову.
— Он не полетит. Котик задержит его навсегда, но ты не должна оставаться. Ох, дорогая, неужели ты не понимаешь?
— Нет. — Аркадии удалось выпростаться из ее крепких объятий. — Нет, не понимаю.
Леди Каллия крепко-крепко сжала ее руки.
— Ты должна вернуться и предупредить своих, что будет война. Разве не ясно? — Казалось, страх необычайно прояснил мысли Леди Каллии. — А сейчас — идем!
Они поспешили по другому коридору, мимо стражников, которые глядели им вслед, но не видели причин останавливать ту, которую мог остановить только Лорд Калгана. Когда они вышли за ворота, охранники щелкнули сапогами и козырнули.
Аркадии показалось, что они бежали целые годы, и что она за все это время вдохнула раз или два. А на самом деле с тех пор, как белый палец поманил ее, и до того, как она очутилась у внешних ворот дворца, среди людей и машин, прошло всего двадцать минут.
Она оглянулась и с внезапной жалостью поглядела на женщину.
— Я… я не знаю, почему вы все это делаете, миледи, но все равно спасибо… Что будет с дядей Хомиром?
— Не знаю, — прозвучало в ответ. — Что же ты не уходишь? Беги прямо в космопорт. Не медли! Он может искать тебя уже вот в эту самую минуту.
Аркадия никак не могла решиться. Бросить Хомира! К тому же на свежем воздухе к ней вернулась ясность мысли и кое-какие сомнения.
— А почему все это так волнует вас?
Леди Каллия покусала губу и прошептала:
— Я не могу объяснить это такой юной девочке. Это некрасиво. Но… ты почти взрослая, а я… я встретила Котика, когда мне исполнилось шестнадцать. Понимаешь, я не хочу, чтобы ты оставалась.
Стыдливая враждебность засветилась в ее глазах.
Аркадия постепенно начала прозревать.
— Что он сделает с вами, когда узнает? — прошептала она.
— Сама не знаю, — прошептала в ответ Каллия.
Она подняла руки к голове, повернулась и почти бегом вернулась во дворец Лорда Калгана.
Секунду или две Аркадия стояла как вкопанная: в самый последний момент, прежде чем Леди Каллия повернулась, она кое-что заметила. Эти коровьи с поволокой глаза, испуганные и большие, на какое-то мгновение — почти неуловимое — зажглись холодным изумлением.
Холодным, нечеловеческим изумлением.
Все произошло очень быстро, но Аркадия ни на минуту не усомнилась в том, что увидела.
И теперь она побежала, побежала изо всех сил в поисках свободной кабинки вызова аэротакси.
Она бежала не от Лорда Стеттина, не от тысяч двуногих ищеек, которых он мог пустить по ее следу, и даже не от всех ею двадцати семи миров, если бы они вдруг бросились за ней в погоню.
Она бежала от необычной женщины, которая помогла ей бежать. От создания, которое завалило ее деньгами, драгоценностями и рисковало собственной жизнью ради ее спасения.
От существа, которое, теперь она точно это знала — было женщиной Второго Основания.
К кабинке подлетело аэротакси.
Поднявшийся от машины ветерок овеял лицо Аркадии, надул мягкий меховой капюшон, который дала ей Каллия.
— Куда вам угодно, леди?
Она изо всех сил старалась говорить низким голосом, чтобы ее не приняли за девочку.
— Сколько космопортов в городе?
— Два. Вам который?
— Какой из них ближе?
Водитель удивленно уставился на нее.
— Калган Центральный, леди.
— Тогда мне в другой, пожалуйста. Вот деньги.
В руке она держала бумажку — двадцать калганидов. Аркадия понятия не имела, чего она стоит, но водитель радостно улыбнулся и сказал:
— Как вам будет угодно, леди. Аэротакси отвезет вас, куда пожелаете.
Она прислонилась пылающей щекой к холодной обивке кресла. Огни города лениво плыли внизу.
Что ей теперь делать? Что делать?
Именно теперь она почувствовала, что была глупой, глупой маленькой девочкой, а отец был далеко, и ей было страшно. В глазах стояли слезы, к горлу подкатил комок, словом, хотелось зареветь во весь голос.
Она не боялась, что Лорд Стеттин поймает ее. Леди Каллия прикроет ее.
