своей наготы, прошествовал в ванную и включил душ. – Просто вместо того, чтобы просыпаться, ты отворачивалась и грозилась убить меня, если еще раз посмею тебя потревожить.
С трудом верилось в такое, о чем я немедленно сообщила Аполлону.
– Оооо. В следующий раз запишу на диктофон твои угрозы, ведь вторая попытка вышла еще хуже – ты грозилась убить не только меня, но и всех, кто мне дорог, и даже мою собаку.
– У тебя есть собака?
– В том то и дело, что нет. Но тебя это не остановило.
– И после этого ты сдался? Слабак! – обронила эту фразу, нанося пасту на щетку, и тут же взвизгнула, когда сильные руки обвились вокруг талии и развернули меня лицом к Марку.
– Повтори, женщина!
– Слабак! – сказала я и тут же расхохоталась, когда ноги оторвались от земли и я ощутила, как меня тащат в сторону душевой.
– Нет, нет, не смей!
Но было поздно.
Меня уже сунули под душ прямо в халате и тапках, и я, отплевываясь, смеялась и визжала, когда Марк ступил следом за мной в тесную кабинку.
– Никто не смеет называть Марка Великого слабаком! – он специально делал такой голос, от которого я снова расхохоталась.
– Да, сэр! – халат полетел на пол, как и промокшие тапочки.
А потом я поняла, что снова опоздаю на прическу…
Церемония была назначена на одиннадцать, и мне повезло, что в доме была гостья, умевшая делать укладки. Они в четыре руки с нанятым парикмахером завили мои волосы и уложили их в небрежную прическу, из которой то тут, то там выбивались волнистые пряди. Казалось, что я совсем недавно вышла из постели и просто заколола волосы наверх.
Безумно красиво.
Платье для подружки невесты село идеально, и нежный абрикосовый цвет удивительно шел мне, оттеняя легкий золотистый загар.
– Ну как ты, детка? – заглянула я в лицо сестренки, которая сейчас стояла и нервничала, и была такой бледной, будто она труп, а не невеста.
– А можно пропустить церемонию венчания и сразу перейти к части «жили долго и счастливо»? – нервный смешок сорвался с её губ, и я, перехватив странный взгляд Алекс, взяла руки Элли в свои.
– Волноваться перед свадьбой – нормально. Просто представь, что сейчас сотня гостей ждет, когда прекрасная невеста появится перед ними, и они наконец увидят то, ради чего сюда пришли. И ты покоришь их всех.
Сестренка снова нервозно улыбнулась и кивнула, касаясь моей щеки ледяными пальцами.
– Я люблю тебя, Вик.
– И я люблю тебя, маленькая проныра. Давай соберись и задай им жару!
А я буду ждать тебя там, у алтаря, рядом с таким же волнующимся женихом.
Когда последняя из подружек невесты скрылась за дверью, я взяла букет и приготовилась идти по длинному проходу к своему месту у алтаря как первой подружки невесты.
23
Аромат свечей и ладана вплетался в звуки органа, создавая какую-то нереальную, сюрреалистичную картину в стенах собора.
Зал был полон народа, и едва уловимый гул голосов напоминал, что это все происходит наяву. Я крепче перехватила букет повлажневшими ладонями, и с высоко поднятой головой двинулась вдоль прохода к алтарю, где пустовало место рядом с Алекс, озабоченно смотревшей на меня.
Звук шагов утопал в ворсе темно-коричневой ковровой дорожки, и шелк платья скользил по ногам при каждом шаге. Грудь сдавило от осознания, что сейчас моя сестренка выйдет замуж и навсегда упорхнет из родительского гнезда, а еще лицо дяди Тома, смотрящего на меня глазами, полными слез, сыграло со мной злую шутку, и я почувствовала, как все вокруг расплывается.
Трепет в груди сменился печалью, поэтому, когда я ступала на подиум у алтаря, Алекс тихо прошептала:
– Виктория, детка, оставь сантименты. Успеешь еще нарыдаться, когда я признаюсь, что испортила ту шелковую юбку, которую ты мне одолжила на днях.
Невольно хихикнула и, шмыгнув носом, сморгнула слезы.
– Купишь мне две таких.
Святой отец шикнул на нас, и пришлось прикусить язык, потому что секунду спустя в зале воцарилась тишина, и хрупкая фигурка невесты в белом платье притянула к себе взгляды всех присутствующих в соборе.
Элли плыла по проходу, неся в руках букет из белоснежных роз, украшенный жемчужинами. Платье обтягивало гибкую фигурку сестренки до колен, а дальше белое кружево свободно ниспадало к носочкам белоснежных туфель и сзади плавно переходило в шлейф, тянувшийся за невестой, которая не отрывала взгляда от лица жениха.
Том выглядел ошарашенно-влюбленным, поэтому, когда Элли подошла и встала рядом с ним, они оба рвано выдохнули и улыбнулись друг другу, позабыв, что находятся среди сотен гостей.
– Мы собрались здесь…
Священник начал свою речь, а я ощутила на себе взгляд зеленых глаз и, перехватив его, подмигнула Аполлону. Он стоял в паре метров от меня, и согревал теплом красивой улыбки. Черный смокинг как влитой сидел на его широких плечах, и казалось, что этот мужчина был создан для того, чтобы сердца всех женщин планеты Земля таяли под его благосклонными взглядами.
– Есть ли кто-то из присутствующих…
– Эй, Вик, – Алекс заставила меня оторваться от созерцания мужчины напротив, и я скользнула глазами вниз, прислушиваясь. – На пару слов, детка…
– Сейчас не самое лучшее время для беседы…
– Это важно, – подруга не унималась, и я возвела глаза к потолку, сдаваясь.
– Согласен ли ты, Томас…
– Я вспомнила, откуда знаю твоего парня.
– Любить, уважать и нежно заботиться о ней…
Сложно было сосредоточиться на разговоре, когда в оба уха влетала разная информация.
– Сегодня утром я нашла ту фотку, которую обещала, и теперь уверена.
– …ты, Эллисон, взять в мужья…
– Это он. Твой сосед. Помнишь? Только полное имя не Марк, а Маркус Джеймс Дэниэлс…
– …хранить брачные узы в святости и нерушимости…
– У них с Ником тогда была ссора из-за тебя, помнишь…
Голова начала раскалываться, когда слова подруги дошли
