Читаем без скачивания Шуры-муры - Барбара Маккафферти

Может, я слишком сильно его понизил. Мейдин непонимающе мигнула и склонила голову к плечу, чем до ужаса напомнила мне Рипа.

Я попытался ещё разок.

— Нолан сказал, что можно заказывать поздравления.

Мейдин ещё немного помигала.

— А по какому, собственно, поводу?

Ну все, сдаюсь. Скажу в лоб.

— По поводу ребенка.

У Мейдин был все такой же непонимающий взгляд. Пришлось повторить.

— Ребенка, ну ребенка же!

На последнем «ребенке» голос мой прозвучал даже громче обычного. И тут откуда ни возьмись влетел в прихожую Пупсик собственной персоной, озираясь маленькими блестящими глазками, как будто ему показалось, что его позвали.

Мейдин подхватила его на руки и забормотала любовно:

— А вот и мой писючий ребеночек. Мой писючий Пупсенок-мупсенок. Мой писюнчик дорогой!

Нет, серьезно. Именно так она и сказала. Я понимаю, трудно поверить, чтобы взрослая женщина в присутствии чужих людей такое говорила, но я вам передал все дословно.

— Мейдин, — строго и громко сказал я. — Нолан сказал мне, что вы беременны!

У неё перехватило дыхание. Взглянув сначала на меня, потом на Пупсика, и затем на Джинни Сью, она заголосила:

— Черт бы его подрал! Просто не верится! Я же просила Дуайта не говорить ни одной живой душе! И он пообещал — перекрестился и поклялся, что умрет, если проболтается.

Я чуть не поперхнулся. Очевидно, до неё не дошел смысл сказанного. Реакция Джинни Сью была предсказуема.

— Вот тебе и мужики. Верь им после этого.

Но я, не обращая внимание на приветливую сестрицу, снова спросил Мейдин:

— Так вы в положении?

Она меня как будто не слышала. Не отрывая от Джинни Сью округлившихся глаз, она пробормотала:

— И что же, теперь этот кретинский болван Нолан будет шататься по городу и трепаться направо-налево, что я с брюхом? Ну что ты будешь с ним делать?

Джинни Сью пожала плечиками.

Мейдин зашагала по холлу, голова Пупсика подскакивала в такт её разъяренным шагам. Она на ходу возмущалась:

— Если этот чертов идиот будет болтать об этом с каждым встречным-поперечным, его орешки пришлют ему по почте в картонной коробке, уж это я обещаю!

Кажется, я это уже где-то слышал. Наверное, Мейдин так же нежно привязана к этой симпатичной присказке, как Нолан — к своему «упсу».

— Да этот придурок пожалеет у меня, что вообще разговаривать выучился!

Я не проронил ни слова. Зато многое успел подумать. Во-первых, о том, что идея Люси Белл о любовной связи растаяла как дым у меня на глазах. Ведь не будет женщина называть идиотом мужчину, которого любит. Эта мысль поразила меня, как гром среди ясного неба. Ведь именно это и было последним словом Имоджин, прежде чем она вышла из моего кабинета. Я пристально вгляделся в лицо Мейдин, и тут меня посетила ещё одна убойная мысль. Не могла ли она так расстроиться оттого, что этот ребенок — вовсе не от Дуайта?

Мейдин разволновалась не на шутку. Кстати, тоже не рекомендуется беременным.

— Послушайте, — сказал я, — все равно все узнают, когда вы начнете округляться, так какая разница…

— Не собираюсь я округляться, вы, тупица! — завопила Мейдин.

Я так и остался стоять с открытым ртом. Нет, сегодня все как сговорились обзывать меня по-всячески.

— Это как это — не собираетесь округляться? — ошарашено спросил я. Неужто она задумала избавиться от ребенка, раз Дуайт погиб?

— Слушайте сюда, — она ткнула в меня носом Пупсика. — Я не беременна. Ясно?

— Вы не… Как это? — на сей раз я склонил голову к плечу, поневоле подражая Рипу.

— Да вот так это, — дернула плечиком Мейдин. — Я солгала Дуайту, чтобы он позволил Джинни Сью жить с нами.

Она произнесла это нимало не смущаясь, как нечто обыденное, будто любой на её месте поступил бы точно так же. Она спокойно почесывала Пупсику макушку.

— Я сказала Дуайту, что скоро мне понадобится помощник, и я предпочла бы, чтобы это был кто-то из близких, — она, кажется, гордилась своей сообразительностью. — И представьте, сработало, как по волшебству. Умно, скажите?

Умно — не совсем то слово, которое я бы здесь применил. Хитро. Гнусно. Грязно. Но только не умно.

За меня ответила Джинни Сью.

— Не просто умно. Гениально!

Видно, из-за того, что вид у меня был отнюдь не такой восхищенный, как у Джинни Сью, она напрыгнула на меня:

— Ой, Хаскелл, умоляю, только снимите эту маску святоши! Если бы вы, мужики, не корчили из себя повелителей, женщины не прибегали бы к таким уловкам. Если бы вас можно было убедить с помощью разумных доводов — нам не пришлось бы искать окольных путей для достижения своих целей. Так что сами и виноваты!

Я прямо рот открыл. Джинни Сью говорила сейчас точно так же, как многие мужчины, которых мне во время службы в полиции случалось арестовывать за избиение супруги. Ни один из них не сказал: «Я вышел из себя и ударил ее». Нет, они всегда говорили: «Она заставила меня это сделать».

Мужчина или женщина оправдывают себя таким образом, но это всегда было и будет всего лишь попыткой избежать ответственности за поступок. Я вздохнул и постарался успокоиться. Постепенно мне становилось ясно, для чего Мейдин понадобились вещественные доказательства её верности в виде фотографий и живого свидетеля. Очевидно, она постоянно обманывала мужа. А это неукоснительно влечет за собой недоверие к каждому слову. Как, впрочем, и желание порвать все отношения с лгунишкой.

Я обернулся к Мейдин и достал из внутреннего кармана чековую книжку.

— Мейдин, по-моему, я не успел отработать задаток, который вы мне выписали. Так что я готов вернуть деньги…

Хотите верьте, хотите нет, но Мейдин вдруг испугалась. Я просто собрался выписать ей чек, а у неё вид, будто я направил на неё пистолет.

— Ой, нет-нет, — замотала она головой и отступила. — Не делайте этого.

Я посмотрел на неё с удивлением.

— Вы, наверное, меня не так поняли. Я просто хочу вернуть лишние деньги, которые не заработал. Вот и все. Ничего другого.

Я говорил с ней медленно и разборчиво, как с дошколенком.

— Не возьму я этот чертов чек, понятно? Я вам заплатила, и вы на меня все ещё работаете. Вы мой — частный! — детектив, и все тут.

Она так нажимала на слово «частный», что мне прямо не по себе стало. Может, Мейдин всучила мне какие-то «грязные» деньги?

— Вы мне говорили, когда я вас нанимала, что информация будет конфиденциальной. Надеюсь, эта договоренность остается в силе?

— Мейдин, я выписываю вам чек…

— Не утруждайтесь. Я все равно не стану брать по нему деньги.

Мы с ней долго глядели друг на друга в полном молчании. Затем я вздохнул и сунул чековую книжку обратно в карман. Мейдин победно ухмыльнулась.

Я тоже криво улыбнулся и сказал:

— В таком случае, раз я ваш частный детектив, и вы мне доверяете, и все такое, то мне нужна от вас кое-какая информация.

Ухмылку с лица Мейдин как рукой сняло, но она старательно держала марку и не подавала виду, что насторожилась. Только кинула быстрый взгляд на Джинни Сью, которая как раз не скрывала своего беспокойства, и затем снова на меня.

— Что вы хотели узнать? Мне прятать нечего.

По тому, как она всегда одевается, можно было сделать вывод, что ей действительно нечего прятать. По крайней мере, не от всех.

— Можно говорить открыть? — я кивком головы указал на Джинни Сью.

Как же было не спросить! Не хотелось подвергать себя риску услышать знаменитую фразочку Мейдин. Ну, помните, ту, где речь идет о содержимом картонной коробки, присланной по почте. Я просто подстарховался, но могло возникнуть ошибочное впечатление, будто я обвиняю Джинни Сью в шпионстве.

— Ну разумеется, при сестре можно говорить открыто, — раздраженно фыркнула Мейдин.

Джинни Сью приняла оскорбленный вид и, махнув на меня рукой, пробурчала:

— Ну вот, опять. Вы, мужики, почему-то уверены, что женщины вечно друг против друга что-то затевают, и что…

Мейдин опять нетерпеливо вздохнула. Видно, ей миллион раз приходилось выслушивать тирады Джинни Сью в адрес второй половины человечества.

— У нас с сестрой нет секретов друг от друга, — сказала она громко, чтобы заглушить бубнеж Джинни Сью.

Я поймал её на слове и решил действовать без обиняков.

— Что ж, Мейдин, в таком случае… По городу ходят разговоры, и мне хотелось бы знать, это всего лишь слухи, или они имеют под собой почву…

Мейдин распахнула глазки.

— Разговоры?

Не отрывая от неё взгляда, я продолжал:

— Я слышал, что у вас был роман.

Глаза её вспыхнули.

— Прямо под носом у Дуайта, — добавил я.

— Что? — взвизгнула она так, что Пупсик в ужасе прижал уши и начал извиваться у неё на руках. — Это вам Нолан наболтал? От него вы узнали? Этот чертов…

Джинни Сью взвизгнула почти так же громко, как Мейдин.