и просто так покинуть это место. Помню, Джон обещал, что расставание с домом ненадолго и наш план восстановить справедливость обязательно сработает, но всё равно, какой-то червячок сомнения терзал, и чутьё подсказывало, что нужно кое-что сделать.
— Я должна сорвать со стен этот проклятый плющ, — сказала супругу, глядя на растение.
— Он магический, — улыбнулся Джон. — И защищает эти стены.
— Знаешь, а я всё-таки хоть кусок, но оторву! — не сдавалась я. — Вдруг что-то пойдёт не так... Джон, я потом всю жизнь сожалеть буду! Так поможешь или как?
Супруг на мгновение прикрыл глаза, явно сосчитал до десяти и выдохнув, спокойно ответил:
— Хорошо. Я заберусь по водосточной трубе и отрежу самый толстый стебель. Вон тот, что свисает гроздью. Пойдёт на сувенир?
Наклонила голову и кивнула.
— Лучше вообще его весь сорвать, — вздохнула с сожалением, — но понимаю, что без магии не выйдет. Ладно, давай хоть отросток заберу. Поставлю в воду, и пусть пускает корни. Заговоришь плющ, и потом тайно высадим возле домов всех наших врагов.
— Кровожадная Элизабет, — рассмеялся Джон и ловко выхватил длинный, острый нож из сапога. Зажал между зубов и полез по водосточной трубе.
Джон был одет в длинные крепкие сапоги, сильные ноги плотно обтягивали чёрные штаны. Кожаная куртка при каждом движении поскрипывала. Сейчас мой муж походил не на аристократа, а на охотника. Этот образ очень шёл Моргану, придавая ему воинственный вид. Я залюбовалась супругом, его упругими и сильными частями тела и уже позабыла, зачем он полез на стену дома... Вернул в реальность его же голос.
— Элизабет... Твой дядя умнейший человек. Хитрый лис. Жаль, что я не был знаком с ним при жизни.
Нахмурилась, не совсем понимая, зачем Джон именно сейчас восхваляет моего дядю.
— Ну да... Я же говорила, что он был очень эксцентричным человеком... —
пробормотала озадачено, и догадка посетила меня: — Плющ не отрезать, да?
Разочаровано вздохнула и пнула ближайший кустарник.
— Отрезать-отрезать! — с энтузиазмом крикнул Джон. — Но есть ещё кое-что...
Я тут же ушки и навострила.
— Что кое-что?
— Сейчас... Погоди... — отрывисто произнёс супруг.
Мне не видно было, что именно он делает. Но точно сейчас срезает толстые стебли и несколько длинных, толстых ветвей с хрустом, шелестом и скрипом упали на землю.
Мне хотелось поторопить его и рассказать, наконец, что он там увидел, нашёл, но молчала, чтобы Джон не отвлекался, а быстрее сделал дело. А то мало ли, ещё пристав вернётся... Или ещё какой твари понадобится явиться... Воровато огляделась, но к счастью, никого не обнаружила. Тем временем Джон начал сбрасывать на землю камни!
— Эй! Ты зачем крушишь мой дом?! С ума спятил?! — возмутилась от всего сердца.
— Дорогая, помолчи, пожалуйста, — выдал супруг, озадачив меня ещё сильнее.
— Так, я устала ждать. Говори, что там или я сейчас полезу следом!
Хотя броситься под камнепад, что устроил Морган, совсем желания не было. Я стояла, нетерпеливо притоптывала и мысленно костерила Джона, что он так долго возится. Но всё когда-то заканчивается. И вот, супруг, удерживаясь рукой на одном из выступов в стене, спрятал в сапог нож, а потом вынул из образовавшейся ниши шкатулку и зажал её подмышкой. Я даже дышать перестала.
— О, мой бог... — прошептала зачарованно. А потом чуть не сплюнув, выругалась: — Дядя, ну ты и свинья! И как бы я догадалась искать под плющом?!
Джон спрыгнул на землю и, улыбаясь точно солнышко, с шуточным поклоном протянул простую деревянную шкатулку. На крышке была выжжена надпись «Для моей Элизабет». Я прижимала к груди шкатулку, завёрнутую в шарф, и кусала губы. Нестерпимо хотелось открыть заветную коробочку и узнать, что в ней.
***
Мы с Джоном уезжали из дома Ловли. Поправка — из моего дома. И направлялись в дом миссис Хедсон, который она нам услужливо предоставила. Сама домоправительница поселилась в своей городской квартире.
Хорошо, когда в сложные моменты, слуги оказываются богаче и не испытывают ненависти к аристократам. Миссис Хедсон и мистер Леви никогда не были для меня слугами. Они самые настоящие члены семьи. Они видели всё, знали тайны моего дяди, принимали участие в моём взрослении и очень часто прикрывали перед дядей мои шалости. Я рада, что они есть у меня. А ещё Джайс и Эмилия. И конечно же, Джон.
— Как думаешь, здесь что-то опасное? — спросила супруга, поглаживая заветную шкатулку.
— У меня есть мысль, что граф не просто так скрыл от посторонних глаз шкатулку и её содержимое. Возможно, в ней артефакты, которые ты так упорно искала. Думаю, графу Андону они нужны, ещё и поэтому он вцепился в тебя и твой дом, Элизабет.
— Чтобы тут ни было, семейка Андонов это не получит, — процедила уверенно.
— Само собой, — усмехнулся Джон, — не просто же так я покорял водосточную трубу и резал магически ядовитый плющ.
Я перевела взгляд на руки Моргана и ахнула.
— Джон! Твои руки!
Его ладони покрылись жуткими красными пятнами — как от ожогов.
— Сам виноват, — хмыкнул он, переплетая пальцы в замок, — легкомысленно поступил, что не надел перчатки, или перевязал бы какой тряпкой. К утру всё пройдёт. Не переживай.
Я горестно вздохнула. Мне стало его ужасно жалко.
— Сильно болит?
Он мягко мне улыбнулся.
— Не болит. Немного жжёт. Поверь, дорогая, на самом деле ничего страшного не произошло. Бывало, получал травмы похуже, а это - мелочь, — спокойно разъяснил Джон.
Я не поверила, но сделала вид, что всё в порядке.
— Почему-то меня никогда плющ не жалил. И дядю тоже. Да и слуг он не трогал, — пробормотала озадачено.
Джон рассмеялся.
— Что ты знаешь об этом плюще? — поинтересовался он с хитринками в голосе.
— Ну-у-у-у... — протянула задумчиво. — Его очень сложно вывести.
— Ясно, — кивнул Джон и снисходительно улыбнулся. — Именно этот вид плюща твой дядя выбрал не просто так. Он называется «плющ бессмертный». И да, вывести его практически невозможно. Если, конечно, не спалить его дотла. Но на самом деле, как защитник, он хорош.
— Ага, хорош защитничек, — фыркнула я. — Того несостоявшегося убийцу он совсем даже не остановил.
— Я говорил про защиту иного рода, — произнёс Джон и кивнул на шкатулку. — Он умеет хорошо скрывать и защищать то, что вверит
