насколько еще слаба. И как же много мне нужно узнать, чтобы больше не испытывать такого же мерзкого чувства собственной беспомощности, как сейчас.
«Как близко подлетать, Хозяйка?» – гулко спросил Лин, чуть повернув голову. Почему-то в этом теле он предпочитал не звать меня по имени. И хоть на этот раз глаза у него остались прежними, желтыми, а голос не приобрел пугающих рыкающих ноток, мне все равно стало не по себе. Хотя, быть может, это только от мысли о том, ЧТО нам сейчас предстоит испытать?
Я сжала зубы, следя за быстро приближающимся лучом, под которым показалась такая же, как позади, только менее широкая воронка.
«Как только сможешь, Лин. Нам надо пролететь над ней настолько низко, как только возможно».
«Сделаю», – и шейри, поднявшись повыше, привычным движением сложил широкие крылья.
Мы рухнули из поднебесья хищным коршуном, готовящимся грудью протаранить выбранную жертву. Параллельно лучу. Строго вдоль него. Намеренно не касаясь его даже краем. Сила притяжения разогнала Лина так, что я едва держалась. Даже обвившие мою талию отростки почти не спасали – встречные потоки ветра постоянно пытались оторвать меня от седла, швырнуть в небеса невесомой пылинкой и не дать совершить то, к чему я всю дорогу так старательно готовилась.
«Гарпии, – в какой-то момент поразительно спокойно сообщил шейри, заметив, как с ближайших деревьев в нашу сторону сорвалось несколько черных точек. – Мне свернуть?»
«Нет, – хищно прищурилась я. – Ты успеешь раньше. А потом им за нами не угнаться. Главное, свернуть не забудь, не то вмажемся».
«Вот уж чего точно не забуду, так это свернуть. Главное, бросить успей».
«У меня уже все готово».
Я стиснула в ладони прижатый в груди шар и, поднеся его к губам, замерла.
Тем временем несущихся на всех парах гарпий стало больше. Все новые и новые Твари, будто чуя приближающуюся опасность, срывались с веток, поднимались в воздух и устремлялись за нами, силясь перехватить или хотя бы задержать. Но Лин несся ровно, строго по прямой, не обращая внимания ни на яростные вопли со спины, ни на оглушительное карканье, ни на хриплый клекот. Ни даже на то, что целая стая в двадцать голов поднялась нам навстречу и в едином порыве устремилась на перехват.
При виде них Лин только хрипло рассмеялся. А потом прибавил ходу и тараном врезался в самую гущу нежити, на ходу разрывая их пастью, сбивая плечами, когтями, всем телом. Предусмотрительно прикрыв меня своими крепкими крыльями.
Мы прорвались сквозь них, как сквозь истошно кричащую толпу на восточном рынке. Кого-то разорвали на части. Кого-то просто сбили. Кого-то отшвырнули волной тугого воздуха, чтобы не заслоняли обзор. Это длилось всего лишь мгновение, во время которого я будто снова оказалась в дурном сне, но потом Лин снова развернул крылья и прорычал:
«Хозяйка, давай!»
Я едва не опоздала, когда он резко свернул и, чуть не ткнувшись носом в Прорыв, с оглушительным хлопком расправил громадные кожаные полотна. Меня дернуло, как всегда, зубы согласно клацнули, ягодицы тут же заныли, получив чувствительный шлепок от костяной спины. Но это уже не в первый раз. И далеко не впервые Лин творил свои сумасшедшие кульбиты, грозя насмерть разбиться об опасно близкую землю.
В какой-то момент он едва не чикнул по ней далеко отставленным когтем, но в последний миг выровнялся, снес на ходу какую-то резво подпрыгнувшую Тварь, промчался над глубокой ямой, куда я мощно швырнула заранее приготовленную «гранату», а потом громко пропела:
– Ли-иэ-эоура-а-а!!!
Мягко мерцающий хрустальный шар канул в эту бездну крохотным огоньком. Слабым. Беззащитным. И совсем неопасным. Просто улетел во тьму и мгновенно пропал, не оставив после себя ни следа, ни знака, ни малюсенькой искры. У меня разом ослабели руки, перехватило дыхание, едва не остановилось сердце, потому что мы оказались к источнику луча отвратительно близко. Еще бы мгновение, и пальцы совсем отказали. Но у нас получилось, я успела и все правильно рассчитала, а потом меня начало наконец потихоньку отпускать.
Пролетев на бешеной скорости и едва не расплющившись во время стремительного набора высоты, я с замиранием сердца ждала результатов, молясь про себя, чтобы заклятие Драмта неожиданно не заело, чтобы не сработал какой-нибудь предохранитель, чтобы его не замкнуло, не провернулось вхолостую какое-нибудь ржавое колесико. И вообще, чтобы все это было не напрасно.
Меня до боли заставляла сжимать зубы мысль о том, что, пока мы тут летаем, парни в диком темпе карабкаются обратно на гору в попытке избежать лавины Тварей, ринувшихся в том числе и в этом направлении. Я знаю: в Горах у них будет хоть какой-то шанс. Я знаю, что мы спохватились почти сразу. Понимаю, что про Прорыв никто из нас не мог знать заранее. Но мы почти сутки добирались до места последнего привала. Бегом. Под уклон. А теперь им надо успеть вернуться обратно всего за пару жалких часов.
Это невозможно.
Нереально.
Немыслимо. Даже если учесть, что они бросили все вещи и бежали налегке, не осторожничая, не скрываясь и больше не тратя время на предварительную разведку. Потому что в гору… по темноте… по подозрительно шевелящемуся подлеску, где даже днем было немало нехороших «черных» пятен, которые мы не рискнули зачищать… нет. Как ни крути, а не успеть. Даже Тени бы не сумели. Не говоря уж о том, чтобы этот подвиг осилили уставшие, не успевшие толком отдохнуть после почти суточного перехода люди.
Сколько у них осталось времени, прежде чем первая волна Тварей из второго, ближнего к ним Прорыва, туда доберется? Как долго они смогут сопротивляться?
Я не знала.
А когда, уже оказавшись прилично высоко над землей и все еще не обнаружив внизу никаких признаков готовящегося взрыва, подумала в панике, что «граната» не сработала, то вот тогда-то мною завладел настоящий приступ дикого страха.
«Лин…»
«Не вижу ничего, – недовольно буркнул шейри, уверенно набирая высоту и все дальше отрываясь от истошно верезжащих гарпий. – Твой маг не мог ошибиться?»
Я прикусила губу.
«Не знаю. Но оно не горит. Твою мать… она что, просроченной оказалась?!»
И тут наконец внизу что-то тускло засветилось. Слабо, совсем неуверенно. Так нерешительно, что мне сначала показалось – обман зрения. Но потом я присмотрелась и с невыразимым облегчением вздохнула:
«Порядок, Лин. Похоже, там просто таймер стоял на три минуты. Кажется, оно все-таки работает».
«Чего-то больно дохло работает», – откровенно усомнился Лин. Но в этот момент внизу неожиданно так быстро начал разгораться яркий огонь, от него так отчетливо потянуло какой-то диковатой силой, что у меня что-то екнуло внутри, а
