не особо опытен в составлении такого документа. А вот тебе он предоставляет сразу, говоря, что ты опытный очень.
– Сидоров: Ну, тогда понятно. Мне не сложно будет.
После составления документа, я узнал, что Владимир Ундаш был отправлен естественно в штрафной батальон на исправительные работы. Однако следующим днём нас повергла другая новость. Ундаш сбежал.
Вернинский был в ярости. Проводилось расследование по побегу. Причастные к побегу также бежали.
– Сидоров: А он не промах значит.
Между тем наши разведчики приносили весомый вклад в победу. Да, на фронте ситуация менялась по ходу развития боевых действий далее, но наша разведка утвердительно побеждала. Нам удавалось узнать, где находились скопления противника, чтобы иметь возможность либо удара по ним, либо знать
о вероятном наступлении противника, зная, где нужно укрепить рубежи.
Разведка отлично работала в сборе важной клановой информации. Руководителем разведки был Николай Шебров. Именно его компетентность и преданность клановому долгу играли важную роль в войне.
Так, однажды мне пришла замечательная идея. А если создать новый клановый орган, ответственный за разведку?
Это позволит соединить всех разведчиков в единую сеть, дабы было намного проще и организованно отдавать следующие приказы. Новому органу дано название: Управление клановой разведки – УКР.
На самом деле, идея изначально была шуточной, подобно идее паспортов и клановых награждений – медалей.
– Вернинский: Интересная идея.
Генеральный командующий выслушал меня. Состоялся очередной съезд Исполнительного Комитета.
– Вернинский: Товарищи. Появилась идея создания нового органа в клане. Вы наслышаны об успехах наших разведывательных миссий, непосредственно благодаря компетентности, как самого руководителя её, так и самих разведчиков. Но эта работа усложнялась тем, что не имеет единой сети своей работы. Я предлагаю создать специальное Управление клановой разведки (УКР), позволяющей объединить все сети воедино.
Ну, надо же, ещё одна шутка, обратившаяся в действительность. Председателем УКР стал Николай Шебров.
Мой новый друг и товарищ потом оповестил меня о своих успехах.
– Фёдор: Сидор, я теперь сотрудник УКР.
– Сидоров: Угу, знаю об этом. Представляешь, я это как шутку придумал, а Вернинский решил предложить это всерьёз.
– Фёдор: Да?
– Сидоров: Так и есть. Не первый случай на самом деле! Ещё до твоего прихода, я занимался паспортами, ввёл новые медали, некоторые из которых уже есть на тебе.
– Фёдор: А я даже не знал… С какого же года ты тут?
– Сидоров: С октября 3019 как. Мне тогда один человек предложил вступить, отчего я согласился.
Тут я решил вспомнить, кто же был этот человек? После того, как стал участником Красного Союза, я вообще забыл о нём. И только сейчас я вспомнил о его существовании в моей истории. Кто он?
Затем я спросил Вернинского, далее обратился за помощью в Мин.Опер.Дел, изучил документы с историческими сведениями, а также рассмотрел историю клановых офицеров. Но нет, не нашёл.
Я не помню ни его внешности, даже его имени… Неужели это был подарок судьбы? Ведь действительно, я заметно изменился за эти два года. Скоро осень, да, скоро будет годовщина двухлетия. Я не знаю, кто был этим агитатором, убедивший меня прийти сюда, но я очень благодарен ему за это. Человек сделал добро и исчез… Ну, как же так…
Помимо этого, наш Бар 100 Блоков организовал собственный юмористический конкурс. Название было ему дано: Космические войны. Основан этот конкурс на произведении известной фантастической книге в Блокстане. Название говорит само за себя. Сторона зла в конкурсе принято было считать НДО, стороной добра – Красный Союз.
Если говорить честно, то конкурс имел за собой и миротворческую миссию. По моей мысли, он был создан с целью высмеивания существующего конфликта в Блокстане и сатирически, отобразить его. Однако НДО никак не одобрили эту затею, просто наплевав на него, что конечно, должно было быть, вероятно, очевидным.
Часть третья.
Данислав являлся офицером трудящимся, довольно быстро занявший пост фактически председателя внутреннего Правительства Красного Союза. Но было ему свойственна и другая сторона, которая вышла наружу в этот момент.
К августу 3021 года, Данислав потерял всякую мотивацию для клановой работы. Постоянные служебные звонки от Генерального командующего стали ему яро надоедать, из-за чего он переставал на них отвечать, ссылаясь на служебную занятость. Вернинский верил его оправданиям, и работа передавалась то мне, то остальным офицерам Ведомства.
Но в роковой день августа, Алексей Вернинский в очередной раз позвонил Даниславу. На этот раз, вопрос касался приостановки работы по снабжению воинских частей новыми аппаратами связи. Самая совершенная модель, которая применялась в армиях любого из клана – аппаратура Дискерон.
Данислав стал создателем нового канала этой аппаратуры,
отчего до подобные рации остались, позади в прошлом. Но к этому моменту он прекратил дальнейшую работу и доработку этой аппаратуры в силах Красного Союза, чем вызвал негодование со стороны Генкома.
В этот раз Вернинский с особыми претензиями обратился к Даниславу, расспросив о причине приостановке работ.
Разъярённый и утерявший всякую мотивацию к работе Данислав, ответил ему всем грубым отказом к дальнейшей работе.
Находясь в кабинете рядом, мне удалось слышать весь его повышенный тон. После завершения скандального звонка, я зашёл к Даниславу, дабы расспросить его о том, что случилось.
– Данислав: Ты прекрасно всё знаешь, Сидор. Если ты не заметил, то я уже как несколько дней не работаю вообще, мне больше не хочется ничего делать. Зачем, какой во всём этом смысл?
– Сидоров: Данислав, ты чего? Ну да, не работаешь, ну отдохни. За тебя и так работу выполняли эти недели твои сотрудники. Сам же захотел пройти на верхушку.
– Данислав: Зачем мне это? Что мне даёт этот мундир звания генерала армии и должности? Я потерял свободу. Свободу, которой мы с тобой жили и боролись.
– Сидоров: Данислав успокойся, прекрати.
– Данислав: Нет, я не хочу больше работать на этого Лёху! Это видно на лицо, как он всех нас использует, в особенности меня. Знаешь, как он ответил мне сейчас?
Данислав был в ярости после звонка, что же ему такого Вернинский наговорил?
– Сидоров: Как же?
– Данислав: Грубо. Будто я раб какой-то для него.
– Сидоров: Вероятно, он просто пошутил, так ответив. Мне тоже бывает отвечает так, а я ему в ответ. Ничего страшного ж…
– Данислав: Я не позволю к себе так относиться! Он мне никто. Меня здесь не держит ничего, я ухожу. Сам найду себе путь к проживанию, ничего мне не стоит перейти линию фронта.
– Сидоров: Что ты намерен сделать?
– Данислав: То, что считаю нужным, Сидор. Ты меня не остановишь, уйди с дороги.
Данислав покинул здание, собрав свои вещи. Он сел в служебную машину и велел водителю его отвезти. Куда, мне было неизвестно. Было понятно одно – он поссорился с Генкомом. Много же людей с ним поссорилось так-то.
Но у меня всегда были благополучные отношения с Алексеем. Как-никак у нас общая идея по клановому обустройству.
На следующий день Данислав так и не вернулся. Начались разбирательства,
