попытка оторваться от пола. Ура! Опираясь на локти, смог приподнять корпус. Но только корпус, голова всё ещё упирается в пол.
«А почему в пол? – проплыла мысль. – Где моя подушка?»
Для ответа нужно открыть глаза, но от этого головокружение стало ещё сильнее.
«Ну её, подушку…» – Отказавшись от попыток поиска, Александр просто пополз на локтях в сторону, откуда, как ему казалось, ревел мобильник. Физические усилия смогли реанимировать непослушные части тела, и, добравшись до смартфона, он смог уже оторвать от пола и голову. Рингтон ревел над самым ухом, взрывая мозг на части. Стукнувшись лбом в мягкий бок поломанного пуфика, Тимохин понял, что цель близка, и, по-прежнему не открывая глаз, нашарил рукой ненавистного мучителя. Так же на ощупь ответил на вызов:
– Да, с… слуш… аю-ю…
– В пятнадцать ноль-ноль у моста через Кутум, – прозвучал из динамика суровый, не терпящий возражений голос майора. – Да, перед выходом просмотри файл у тебя на почте, – добавил он, прежде чем отключиться.
– Всё, звездец как утро начинается-я… – простонал бедняга, роняя мобильник на пол.
Теперь, несмотря на все мучения, придётся приводить себя в рабочее состояние. Где-то когда-то он слышал, что лучшее средство от похмелья – это физические упражнения.
«Вот сейчас и проверим!» – Он принял «упор лёжа», готовясь к отжиманиям. В качестве команды приступить к упражнениям решился на отчаянную меру – открыл глаза. Оказалось, что всё это фигня и доползти до туалета, чтобы не вырвало на пол, – уже чудо…
Когда Александр наконец вышел из душа, прошло, наверное, часа два, если не три. Он отправился на кухню, на изрядно пониженной громкости включил музыкальный центр и открыл холодильник. Готовить не хотелось, но есть надо, решил обойтись бутербродом и соком.
Голова ещё побаливала, но терпимо. После дозы алмагеля, короткой зарядки и разогрева водными процедурами мышцы наслаждались отдыхом. В целом организм можно считать работоспособным. Жуя хлеб с ветчиной и вполуха слушая Элиса Купера, внештатник уставился в окно, ни на что конкретно не глядя. Взгляд блуждал, мысли тоже.
Возвращаться домой не хотелось. Во-первых, в квартире до сих пор разгром, уборкой никто не занимался. Смотреть на всё это было больно, особенно учитывая тот факт, что он годами вырабатывал у себя привычку, входя к себе в квартиру или в комнату, метать нож в мишень. В любую, благо он их развесил по всей квартире, даже в санузле. Вот и вчера, не помня как, вернувшись пьяным, метнул на автопилоте нож в привычную мишень над компьютерным столом. И сегодня утром сумел разглядеть… мм… результат того броска.
Нож вошёл идеально, точно остриём и точно по центру. Вот только по центру не мишени, а жидкокристаллического монитора. «Снова непредвиденные расходы», – печально констатировал он. Новые монитор и пуфик серьёзно урежут накопления на карте. Но покупать всё равно придётся, в качестве внештатника ему начислялось жалованье от Комитета, но оно было не так велико, хотя на текущие расходы вполне хватало.
Поэтому Тимохин иногда подрабатывал фрилансом в интернете, делая на заказ модели дизайна по 3д максу. Три-четыре выполненных заказа в месяц позволяли обеспечить себя дополнительными средствами, и при этом оставалось ещё время для срочных заданий от Комитета. И вот теперь монитор собственноручно уничтожен, работа в инете под угрозой, а почту вообще не прочтёшь. Без монитора много не наработаешь, так что хочешь не хочешь, а придётся раскошеливаться. Александр расчесал волосы пятернёй, допил сок, налил ещё и вернулся в комнату. Сотовый валялся на полу, слава всем богам, кажется, целый…
«Товарищ майор что-то там о просмотре файла говорил, – сделав глоток, подумал он и вызвал на экран браузер. – Интересно, почему по почте, а не по вайберу?»
Оказалось, что файл, даже архивированный, весил довольно много. «Значит, видео», – определил Саня, делая распаковку. Он с тоской взглянул на монитор компьютера, злобно плюнул на рукоять ножа, всё ещё торчащего из экрана, и, более не отвлекаясь, приступил к просмотру со смартфона. Итак, что у нас там…
Первый же кадр поверг его в шок. Сначала он даже подумал, что смотрит ту самую запись многогодичной давности, когда его впервые забрали в Комитет. На экране была видна часть допросной комнаты и допрашиваемый за столом, лицом к экрану. Это был он, Саша Тимохин. Потому что…
«Нет! – вдруг осенила догадка. – Это не я, это он!»
Действительно, взлохмаченный парень на экране в той же одежде, что была на нём вчера. На запястьях надеты напульсники, покрытые рунами и магическими символами. Точно такими же символами и рунами покрыт металлический обод с заклёпками на его шее. На подготовительных курсах в Комитете Александру довелось видеть подобные предметы, им рассказывали, что с их помощью подавляют магические способности у колдунов и ведьм.
Снять такие кандалы самостоятельно невозможно, это могли сделать только маги или медиумы, владеющие кодовым заклинанием. Ещё одним отличием от Сашиного допроса было присутствие серьёзной охраны. На заднем плане, вне светового круга, можно было различить несколько «волкодавов» с оружием на изготовку. Причём, как было видно, вооружены охранники не только штатными «рэпами», но и убойными ИПК.
Он даже присвистнул от размаха предосторожностей, помнится, на курсах «ипки» им только показывали на фото, весьма приблизительно объясняя принцип действия. Но никто из курсантов этого не запоминал, так как их сразу предупредили: внештатным сотрудникам такое оружие не выдают. Уяснив расстановку сил, Александр подключил к смарту наушники и запустил ролик сначала.
– Представьтесь, пожалуйста, – раздался за кадром голос доктора Борменталя.
Обычно доброжелательный и немного озорной, в данном разговоре он был сама серьёзность. А вот пленник, несмотря на своё незавидное положение, выглядел беззаботным и даже весёлым. Глядя на него, можно подумать, что его не пугает, а лишь забавляет происходящее.
– Вы не поверите, – начал он немного шутовским голосом. – Я бы с удовольствием назвался вам, но не могу. И не потому, что моё имя такое уж засекреченное и мне придётся убить каждого, кто его узнает. Нет, вовсе нет. Я не могу вам его назвать, потому что… его просто нет.
– У вас нет имени? – Доктор оставался серьёзным.
– Да. Представьте себе. – Эмиссар в притворном сожалении развёл руками. – Нет и, увы, никогда не было. Там, за гранями, я был безымянной тенью. У нас, теней, нет имён, мы различаем друг друга по структурной составляющей. Колдуны, демоны, ведьмы и прочие, призывающие нас к себе, также не давали
