- Да с чего ты взяла?! Всё не так! Теперь всё будет по-другому.
- Как, интересно? Я знаю наперед, что будет именно так. Я видела, как ты танцевал с ней... с этой развратной Барбарой. Значит, будут и другие. Те, которые моложе меня. У которых морщинок нет.
- О, Небо! – схватился я за свои волосы. – Акада, ты не понимаешь, почему я сделал это?
- Потому что ты такой же, как и все мужчины!
- Нет. Я сделал это исключительно в отместку тебе. Потому что ты старательно злила меня, танцуя с Юсом, и позволяла ему то, что мне не позволяла, - шептал я, делая всё возможное, чтобы нас не услышали из соседней комнаты. – Прости меня, пожалуйста. Но и ты тоже причинила мне боль. И продолжаешь это делать сейчас своим оскорбительным неверием в мою искренность.
- Боль причиняют тем, у кого есть сердце. А тебя, Риши, сердца нет. Ты меня, вон, своему Лучезару готовишь.
- Да если бы готовил, я бы не коснулся тебя даже пальцем! – не выдержав, я с силой рванул Акаду, повернув лицом к себе. – Ты нужна Лучезару девственницей, и я догадываюсь для чего. После полнолуния...
- Трофей будет испорчен? – горько усмехнулась она.
- Зачем ты так? – коснувшись кончиком своего носа ее носика, пожурил я. – Теперь, на самом деле, всё иначе. Я не хочу тебя «портить», я хочу любить.
Она отстранилась и посмотрела на меня заплаканными глазами. Мы просто лежали и разглядывали друг друга в сумеречном свете комнаты. Мне бы промолчать, да само вылетело:
- У тебя такие красивые глаза. Самый редкий в мире лазурит не сравнится с ними по цвету. Похоже, я влюбился...
Ждал, что и она скажет что-нибудь в ответ, но Акада молчала. Потянувшись, я хотел поцеловать, да она поставила палец к моим губам.
- Не надо, - почти беззвучно произнесла она, - не обманывай сам себя. Ты не полюбишь меня. Никогда. А я пообещала себе, что буду ждать только того, кто полюбит меня всем сердцем, всей душой, полюбит так, что Вселенная содрогнется от наших чувств. И вот теперь я в безвыходной ситуации: я обязана нарушить обет, клятву, которую сама себе дала, иначе останусь здесь, в этом убогом мире, полном грязи и разврата. Теперь я обязана переспать с мужчиной, которому от меня нужна не любовь, а всего лишь моя магическая сила... Боже мой! Да за что мне всё это?!! Неужели мало меня жизнь побила? Неужели мало у меня всего отняла? Где здесь справедливость? Я никогда никому слова злого не сказала и даже не подумала плохо. И вот теперь такое... Знаешь, Риши, всё, что у меня было – это мечта о... – и она запнулась, подавившись слезами. – А теперь эта мечта растоптана. И если я не пересплю с тобой в полнолуние и у тебя не получится вернуть себе магию, моя мечта о прекрасном принце будет еще и изгажена, потому что рано или поздно меня выставят на пощадь для утех.
- Этого не случится! – серьезно заверил я.
- Не так я представляла себе свою первую ночь с мужчиной, не так... А ты – бездушный дьявол, раз не понимаешь! И врешь ты всё. Не влюбился ты.
- Ты просто... – помрачнел я, - переживаешь, да? Или гормональный всплеск. Не знаю, в чем тут дело. Может, это от того, что твой организм рассчитывал сейчас на нечто большее, а получил всего лишь разрядку, без полового акта. А может, это от того, что ты испытываешь трудности в общении с противоположным полом? Какая-то психологическая травма? Обида на отца, который бросил тебя и мать? Угадал? Акада, я – не твой отец, я не брошу...
- Да все вы так говорите! Давай посчитаем, сколько раз ты успел обмануть меня за последние две недели нашего знакомства. Боже мой, Риши, я с тобой даже месяца еще не знакома, а ты уже столько раз успел втащить меня в неприятности.
- И это всё? – сухо спросил я. – Это всё, что ты ко мне испытываешь? Только сожаление, что мы встретились?
- Не надо романтизировать, умоляю! – Акада выставила вперед ладонь, останавливая мои возможные возражения. – Мы не встретились в супермаркете, знаешь ли. Не на курорте, не в офисе, не в поликлинике, не во время землетрясения. Ты сам ко мне заявился. Десять раз обманул, мою душу чуть не погубил, дьявол проклятый, - сдавленно зарыдала она, - а теперь еще хочешь, чтобы я в чувствах тебе призналась! Чтобы... чтобы совсем меня в ад затащить?.. А сам... а сам ты побежишь развлекаться со всякими... – захрюкала она в ладонь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
- Послушай, ты ждешь, что тебе Вселенная принесет всё на блюдечке с голубой каемочкой, но так не бывает. Ты зациклилась на том, что встреча должна произойти каким-то определенным образом, но что если она произойдет иначе? Ты пройдешь мимо и не заметишь. Почему ты не хочешь поверить и дать мне шанс? Возможно, ты не видишь, но Вселенная уже изо всех сил намекает, просто пишет жирным шрифтом, чтобы ты оглянулась и посмотрела на сторонам! Посмотри на мир, в который мы попали! Задайся вопросом, почему он именно такой. Почему именно ты в нем? И неужели я такой уж плохой вариант?
- Я не искала варианты. Я искала и ждала того, кто полюбит меня. Полюбит неземной любовью.
- Возможно, нужно сделать первый шаг самой? Разве ты сама не должна полюбить? Ты ждешь, что только тебя будут любить?
- Я просто умолчала об этом.
- Почему? – обхватив ее лицо своими ладонями, заглянул в глаза я. – Зачем ты пытаешься побольнее уколоть меня?
- Т-ты з-заслужил, - икала она.
- У тебя истерика. Давай ты успокоишься, и позже мы поговорим, о’кей?
- Да иди ты! Ненавижу тебя. Вот тебе мои чувства! – показала она фигу. - А то, что сейчас было: это ошибка. Или просто временный интерес. Как у тебя к той рыжухе. Потискались и разбежались, - размазывая слезы по щекам, выпалила она. - Я самостоятельная и сильная. Жила без тебя и столько же еще проживу. Не дури мне голову со своей влюбленностью. Нет ее. Нет здесь моего небесного принца и быть не может, тем более в теле демона!
- Ты жестоко ошибаешься.
- Мне виднее. Хочу жить так, как подсказывет душа! - срываясь с шепота на писк и обратно, истерила Акада. - Прекрати обманывать меня! Не издевайся так! Я ничем не заслужила такую боль...
- Хватит реветь! – разозлился я, собираясь подняться с кровати и отправиться в ванную первым. – Не одна ты кончила, я тоже дал маху. И с кем? С полукровкой. За очень редким исключением нефилимы не спят с полукровками. С вами только энергию терять! От вас ее нужно брать, желательно в полнолуние, а не трахаться просто так. К тому же... я еще ничего не сделал. Ты всё еще девственница. Действительно, если для тебя это всего лишь «потискались, пообтирались», то к чему тогда все эти рыдания?.. Стыдно, что кончила? Стыдно, что стонала от наслаждения, что выгибалась дугой и просила большего? Не переживай, куколка, не ты одна опозорилась. Мне, знаешь ли, после твоих нелестных слов теперь тоже не особо приятно вспоминать, как еще пять минут назад я сходил с ума и бился в экстазе. Но ты же получила удовольствие, не так ли? Зачем теперь собак на меня спускаешь?
- Не получила! – грозно зашипела она в темноте комнаты. – Это ты получил. Вон, всю меня облил. И я первая пойду в ванную. А то вдруг заползут... Не собираюсь беременеть черт знает от кого, кто просто использует мое тело...
- Они же не змеи, чтобы заползать. Глупая.
- Сам дурак!
- У тебя отвратный характер! Теперь я понимаю, почему ты не замужем.
- У тебя не лучше характер, раз ты тоже еще не женат! – парировала она.
- Мы так рано не женимся.
- Да за такого только под дулом пистолета пойдёшь!
Я спрыгнул с кровати и успел первым влететь в ванную комнату, тут же бултыхнувшись в бассейн. Луны на небе уже не наблюдалось, и ванную комнату окутывал приятный полумрак. Звезды лили свой холодный свет в огромное окно, а по углам бассейна стояли тусклые светильники, отбрасывая тени на отделанные мозаикой стены. Я расслаблено повис на бортике, уткнув подбородок в скрещенные руки, и обиженно уставился в окно.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Вскоре вошла Акада. Она чуть спустилась по ступеням, зачерпнула ковшом воду из стоявшей рядом бочки с водой, пахнувшей какими-то эфирными маслами, и принялась безмолвно поливаться. Я не смотрел, предпочитая любоваться звездами, а не той, что стояла рядом на расстоянии вытянутой руки и прожигала мою спину взглядом.
