Глава 22 "Удиви меня, мир!"
Оружейная у Юса была превосходная. Хорошо, что мы накануне побывали там. День назад король лично проводил экскурсию и разрешил мне наведываться туда, как только у меня возникнет подобная потребность. Вот она и возникла. Ничто так не успокаивает, как тренировка с оружием.
Выбрав себе два загнутых широких меча с кольцами на лезвиях, я поспешил вернуться в сад. Утро только вступало в свои права. Свежий воздух дарил прохладу и после душной ночи ощущался едва ли не божественным дыханием. Первые солнечные лучи рассыпались золотой крошкой по деревьям и кустарникам, порой просвечивая насквозь нежно-салатовые листочки, стыдливо трепыхавшиеся на теплом, легком ветерке.
Тишину нарушали лишь птицы со своими восхитительно-радостными песнями, да и мои шаги по гравийной дорожке, где я как раз и приступил к тренировке. Рукояти мечей, перетянутые коричневыми кожаными ремнями, приятной, знакомой тяжестью легли в мои ладони, и я забыл о времени...
От моих движений солнечные блики завораживающе играли на стали, богато украшенной росписью на неизвестном мне языке, похожем на вязь; кольца мелодично позвякивали, рассекая воздух, а широкая рукоять позволяла быстро перехватывать мечи. Работа с великолепно сбалансированным оружием способна творить чудеса и дарить ни с чем несравнимое удовольствие... ненадолго... если не знать других, более весомых удовольствий в жизни. Тем не менее, я полностью погрузился в свой внутренний мир и даже не заметил, когда солнце окончательно выглянуло из-за гор и принялось нещадно слепить глаза.
Оглянувшись в поисках рубашки, скинутой во время тренировки, я искренне удивился: оказывается, занимаясь, я обогнул весь огромный сад и теперь стоял прямо под балконом своих апартаментов. Взгляд сам метнулся туда, на третий этаж дворца, утопавшего в цветущих лианах.
Не ожидал, что Акада наблюдала за моей тренировкой. Она дернулась, когда наши глаза встретились, и перепуганной птицей метнулась к балконной двери, но, постояв секунду, медленно вернулась обратно. Осторожно выглянув и узрев меня, всё еще стоявшего внизу, она не придумала ничего лучше, чем отвернуться и сделать вид, будто любуется птицами, щебетавшими в деревьях.
А я не придумал ничего лучше, чем отыскать свою рубашку, нарвать с клумбы различных цветов, завернуть их в рубаху, завязать узлом, вложить туда парочку камешков, залезть на ближайшее к балкону дерево и бросить цветочный снаряд.
Акада снисходительно подняла перевязанные рубахой цветы и, одарив меня красноречивым взглядом, царственной походкой направилась в комнаты, прикрыв за собой балконную дверь.
- Пфф... Ну и пожалуйста! – фыркнул я.
Перевернувшись, я прислонился спиной к мощному стволу дерева, и подставил своё лицо солнечным лучам. Ветер трепал волосы, то и дело закрывая обзор на роскошный пейзаж, раскинувшийся вблизи дворца. Глаза закрылись сами собой, и мне удалось насладиться яркими вспышками, сквозь опущенные веки.
Мне всегда нравилось смотреть на солнце, что отсюда, с Земли, что из другого слоя. Солнце разное. Здесь – доброе и ласковое, а там... отфутболит сразу же, и упадешь ты опаленным... иллюзией... Попробуй, подлети к нему, тотчас протуберанцем шарахнет. Нет, не любят они, когда к ним без приглашения приближаются. На это Солнце можно попасть исключительно по строгим пропускам и только самым Высшим, об этом меня еще батя предупреждал... Как они, интересно, с мамой? Переживают, небось, что я пропал, или вовсе не заметили исчезновения?
Странный мир, куда нас забросило... Я, со своим распутным прошлым... Акада, с целибатом и дикими страхами... Кто знает, вдруг Манька права, и наше поганство-попаданство задумано кем-то... Лучезаром? Он настроил моё оружие на переход сюда, а дурында Манька случайно своей лапой..? Нет, когда слишком много случайностей – это уже предначертание... Вопрос: кем предначертано и ради чего?
Макушку дерева, на которой я удобно примостился, начало заметно раскачивать, и мне показалось, что я сейчас засну – настолько было приятно: будто качался на волнах.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Просвеченные солнечными лучами веки никак не желали подниматься, и я с превеликой неохотой вернулся из мира грёз в реальность.
Стоило мне слезть с дерева, как я столкнулся с Манькой.
- У нее в комнате куча цветов, во всех вазах, - высказалась кошка. – И не какие-то там ромашки-васильки, а розы! К тому же Акада не любит срезанные цветы. Зря старался, только клумбу испортил.
- И свою рубаху, - вздохнул подошедший Мотя.
Ничего не ответив, я подобрал мечи, закинул их себе на плечо и пошел во дворец.
- На поздний завтрак собираешься? Тогда принеси мне котлетку! – потребовала напоследок Маня.
- Птиц лови, - огрызнулся я.
Вернувшись в апартаменты, я застал Акаду в гардеробной. Она рассматривала вместе со своей служанкой Лорейн какие-то платья да украшения. В комнате почти не осталось места: всё было завалено подарками, платьями, туфлями и всевозможными коробочками.
Остановившись на пороге, я словил восхищенный взгляд Лорейн. Акада же предпочла отвернуться и не смотреть на мой обнаженный торс.
- Что это? – напрягся я, пнув коробку с какими-то перьями.
- Шляпка, - пояснила Лорейн. – Это всё Его Величество прислал! И это тоже! И там, в гостиной, в ванной, в спальнях, везде! – пищала от восторга служанка. – Ох, вот это бесподобно!.. А ожерелье... Оно вам к лицу, госпожа...
Только сейчас я заметил на Акаде драгоценности. Ожерелье в пять ниток украшало декольте с беспокойно вздымавшейся грудью. Акада попыталась прикрыть изумрудное ожерелье рукой, но, подумав, гордо выпрямила спину и с вызовом посмотрела мне в глаза. Мои же цветы так и валялись, перевязанные рубахой. На фоне всех этих сверкающих камней, перьев и кружев с разноцветными шелками, мои анютины глазки, лесные гвоздики да васильки, торчавшие из связанной узлами скомканной рубахи, смотрелись нелепо – как пучок сорной травы.
Акада проследила за моим взглядом, но объясняться не стала. А я не желал задавать вопросы. Всё и так было ясно.
Круто развернувшись, я стремительно направился в ванную комнату, крикнув по дороге:
- Лорейн!
- Да, господин?
- Иди ко мне.
- Конечно, господин.
На завтрак нас пригласили в королевскую столовую. Там, за шикарным длинным столом каким-то чудом уместились придворные и гости, что остались ночевать после бала, и было уже довольно тесновато для опоздавших вроде меня. Думал занять место в самом конце, но тут услышал:
- Риши Третий! – прыгала на своем месте Барбара. – Твоё место здесь! Иди сюда!
Пошел. Но с каждым шагом настроение моё становилось всё мрачнее и мрачнее: рядом с Юсом сидела Акада. По правую руку от короля!
«И когда только успела примчаться сюда?..» - смерил ее взглядом я, падая в свободное кресло рядом с развеселой Барбарой. Ее наряд мало чем отличался от вчерашнего бального «платья», опять какие-то полоски, бесстыдно проветривающие тело со всех сторон. Похоже, эта девушка никогда грудь не прикрывала.
- Ты опоздал на завтрак, - пожурил меня король, но потом весело подмигнул: - хотя, я понимаю. Твоя супруга объяснила, по какой причине. Красивую служанку я тебе выбрал, а?
- Да, красивую, - заскрежетал зубами я, бросив злобный взгляд на «супругу». Она невозмутимо ковырялась в омлете.
- И с формами! – заиграл бровями Юс. – Ты оценил?
- По полной программе. Благодарю, ты очень щедр к нам, - буркнул я, посвятив всё своё внимание стакану с соком и не желая вдаваться в подробности.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
- Вот и славно, если ты доволен! Кстати, я видел, как ты тренировался, - продолжил разговор довольный собой Юс, наблюдая, как Акада теребит подаренное им ожерелье. Холостой король решил жениться или это просто временный интерес к чужой супруге?.. – Риши, где ты обучался воинскому искусству?
- Дома, - односложно отозвался я, убирая настырные руки Барбары, что безостановочно шарили под столом по моим брюкам. Уже не знал, как сесть, чтобы избавиться от домогательств.
