— Ну вот так бы сразу. — Довольно протянул Фанчик, дёргая Ксению на себя. А она и сопротивляться не могла. Ужасное ощущение — будто ты заперт в собственном теле, которым не можешь управлять, как в тюрьме.
— В другой раз.
Лука появился из-за спины, и аккуратно обнял Ксению за талию.
— Думаю, она будет танцевать со мной.
Пока Фанчик искал ответ, Лука осторожно вытянул руку Ксении из его лап и положил себе на плечо.
Теперь она смогла расслабиться. Ну или хотя бы дышать.
Надо же, до чего его близость успокаивает. Что неудивительно. Лука доказал делом, что ему можно доверять. А в момент паники первое чего хочется — надёжный человек рядом.
— Надо поговорить. — Прошептал Лука, наклонившись к ней и потом принялся покачиваться, будто они танцуют.
Музыка была неподходящей для медленного танца, поэтому Лука довёл Ксению до выхода и быстро вытащил в коридор.
Она ещё немного дрожала, но приступ, к счастью, так и не случился.
— Ты в порядке? — Спросил Лука.
— Да, всё хорошо.
— Не очень похоже.
Они остановились за ближайшим углом. Музыка сюда доносилась хорошо, а людей не было слышно совсем.
— Дурные воспоминания? — Продолжал Лука.
Ксения поджала губы. Все знают, что с вертушками классно танцевать.
— Ностальгия замучила? — Не отставал тот.
— Лука, отстань, а?
— Это твоя благодарность за то, что я спас тебя от приступа?
— Откуда ты знаешь?
Ксения так удивилась, что уставилась на него во все глаза.
— Про приступ? — Уточнил Лука.
— Ну да. А про что ещё?
Он вздохнул.
— Я с людьми работаю. В экстремальных ситуациях. Я вижу.
Они замолчали. Ксения боялась смотреть на него, чтобы не увидеть в его глазах жалость. Таких как она положено жалеть, на них положено смотреть, как на инвалидов. Кто увидит за безобразными приступами красивую девушку?
Нет, об этом думать она точно не станет.
— Мы прилетели. — Сказала Ксения через время, чтобы хоть как-то нарушить это нездоровое молчание.
— Да. Теперь мы одни, без связи.
— Так ведь так и должно было случиться?
— Да. — Лука внимательно посмотрел на неё и вздохнул. — Ночью начинают передачу сигнала на поверхность.
— Уже? Сказали же, утром.
— Нет, готовят сейчас. Корабль здесь, смысл долго тянуть? Местные могли нас уже засечь. Вернее, засекли.
— Ясно. И… что ты думаешь?
— О сигнале? Что нам никто не ответит.
— Я ничего не знаю о радужных людях. — Ксения покачала головой. — Ничего не помню.
— Я их видел.
— Похожи на фотку, которую показывают в лаборатории Эркина?
— Ни разу.
— Я так и думала.
— Они… а знаешь, я тут подумал — может, всё и получится. Мы во вселенной одни. Такого не должно быть, любой математических расчёт доказывает, что жизни во вселенной полно, но фактически… возможно, мы действительно наладим контакт.
— А зачем?
Лука запнулся.
— Зачем это нам? — Повторила Ксения.
— Может, потому что нельзя стоят на одном месте? Нужно двигаться вперёд?
В голосе Луки звучала странная жалость. Будто говорил он вовсе не об инопланетянах.
— Ты на что-то намекаешь? — Ксения вскинула голову.
— Не знаю.
— Ты? Военный, чья физиономия мелькает по телеку чаще, чем любая другая? То он президента охраняет, то очередную награду получает… И чего-то не знаешь?
— Вот как? Получается, ты за мной следила?
— Ничего подобного!
— За тем, где я. Чем занят. С кем встречаюсь? Да?
— Да какое мне дело? Встречайся с кем хочешь! Мне всё равно!
Лука наклонил голову к плечу, недовольно нахмурился.
— Ладно.
Ксения отвернулась и стала рассматривать пустой коридор.
— Я надеюсь, Ксешка, что всё будет хорошо.
— Я тоже.
Они замолчали, неловко переглядываясь.
— Хочешь вернуться на танцы? — Спросил Лука.
— Нет.
— Этот твой знакомый… он не твой парень?
— Нет.
— Понятно.
Что там было ему понятно, Ксения не знала.
— Ладно, я пойду.
— Тебя проводить?
— Нет.
Ксения отлипла от стены и двинулась вдоль коридора.
— Тебе стоит хотя бы иногда говорить Да. — Сказал ей вслед Лука.
Она, не оборачиваясь, показала ему неприличный жест.
* * *
Утром корабль и лаборатории гудели, как разворошенный улей.
О том, что на Чернышку отправлены сигналы с предложением выйти на контакт, не говорил только мёртвый. Все сидела словно на иголках и ждали… ждали ответа.
Постепенно все устали ждать, но ответа корабль так и не получил.
Ксения не хотела, но тихо злорадствовала. Она вспоминала, сколько времени студенты провели у корабля… и никакого контакта не установили. С чего? Ну с чего руководители экспедиции решили, что на них радужные люди обратят больше внимания, чем на потерпевших крушение студентов?
— Почему не отвечают, как ты думаешь? — Спросила Алина перед сном, после нервного дня, когда этот вопрос звучал без конца со всех сторон, изо всех уст и знатно поднадоел. — Почему они молчат?
— Может, не получили сигнал? — Лениво ответила Ксения самый популярный за день ответ.
— Получили. Там же разными способами отправляли, на разных волнах, и даже по новой цветовой методике. Говорят, на неё был особый расчёт.
— Почему?
— Ну… раз они радужные, возможно, используют цветовые схемы общения.
— Понятно.
— Но они не отвечают ни на что…
Ксения улыбнулась, благо, Алина не видела.
Чего они так уцепились за этот инопланетный разум? Она действительно не понимала. Ну хотят радужные люди сидеть на своей планете в одиночестве. Ну так пусть сидят!
Ксению, когда ей хотелось остаться одной, все эти попытки с ней пообщаться жутко раздражали. Не получилось бы так же. Хотели подружиться, а вызвали лишь раздражение и недовольство своей настырностью.
