Пусть даже он сделал это, чтобы жандармы не обшивались и не ошивались в его доме!».
Только я собралась с силами и направилась в сторону высокой фигуры в вызывающе алом сюртуке, как вдруг меня опередили. Мимо меня на огромной скорости, обгоняя неприятности, несся Фогс.
- Мистер Бергендаль! – кричал он на ходу, едва не споткнувшись о груду обгоревших досок – Я… Я все узнал!
Фогс запыхался и упер руки в колени. Блокнот был зажат у него подмышкой, а из блокнота торчало потертое перо.
- По поводу Мадам Пикок! - начал Фогс, как вдруг лицо Дитриха мгновенно просияло. В его глазах появился странный азартный блеск.
- Так, смотрите, - начал Фогс, открывая блокнот. – Я обошел всех скупщиков. По поводу кольца. Были подвески с изумрудом, одна сережка, кулон и даже чернильница с вот такенным изумрудом…
- Много слов, - произнес Дитрих, впиваясь взглядом в Фогса.
- Понял! Кольца нет. Ваше кольцо никто не сдал в ломбард или скупщику, - закончил Фогс, хотя, по видимости, хотел сказать намного больше и готовил речь заранее.
Дитрих подбросил монетку большим пальцем, она несколько раз перевернулась в воздухе, а Фогс принялся ее ловить, уронив блокнот. Покраснев от собственной неуклюжести, он тут же спрятал монетку в карман.
- Спасибо! Куплю цветы ей и подброшу под дверь! – оживился Фогс.
- Дружочек, - усмехнулся Дитрих, хлопнув Фогса по плечу. – Тратить последние деньги на красавицу – самая бессмысленная инвестиция! Ей наплевать на твои цветы. Она просто переступит через них и пойдет дальше. Ей наплевать на твои стихи! Она прочитает их и выбросит в камин. Поверь, я знаю, о чем говорю.
В этот момент на лице Дитриха появилась ужасающая улыбка. Казалось, что Фогс в этот момент съежился, а Дитрих наоборот, увеличился в размерах. Словно странная тень легла на его лицо, от чего его улыбка стала воистину жуткой.
- Неправда, - спорил Фогс. – Я подбросил ей стихи, и она их прочитала! Я сам видел, как она читала их в карете! И она даже улыбнулась!
- Все-все-все! – миролюбиво заметил Дитрих, отпуская Фогса и глядя на него снисходительной. – Я не спорю!
Дитрих отряхнул сюртук, поглядывая искоса на Фогса.
- Потому что спорить с влюбленными идиотами бесполезно, - закатил он глаза.
- Но вы … вы же любите Мадам Пикок! – выпалил Фогс, глядя на Дитриха снизу вверх.
- Люблю? – заметил Дитрих, задумчиво пробуя слово на вкус. – Люблю… Нет, я не люблю ее… Скажем так, я заинтригован настолько, что пока эта красавица не будет лежать обнаженной в моей постели, извиваясьподо мнойи задыхаясьот страсти, я не успокоюсь. Но мне нравится ее цинизм… Она слишком напоминает мне меня самого.Но для этого мне нужно знать о ней все…
- В ломбардах и у скупщиков кольца нет, - повторил Фогс.
- Значит, - выдохнул Дитрих так, словно под ним уже лежит красавица. – Я ей понравился. Отлично!
«Ага, понравился!», - усмехнулась я, закатывая глаза. – «Очень!».
- Есть у меня кое-какая идея! – заметил Дитрих, но закончить не успел.
- Готово! – послышался голос магов. Я повернулась в сторону ателье, которое выглядело, как новенькое.
- Отлично, - заметил Дитрих, пока я поражалась чудесам. Воспользоваться услугами магов – строителей было очень дорого! А тут прямо за полчаса!
Он достал чековую книжку и что-то написал. Старик – маг тут же схватил чек и стал улыбаться.
- Все вот это вот из моей кареты туда! – заметил Дитрих.
Уставшие маги плелись в сторону нашей кареты, а я провожала их безмерно благодарными взглядами.
При помощи каких-то заклинаний, она тащили все мои пожитки обратно в ателье. Я сбегала в храм и принесла завернутое в штору платье, деньги и кольцо. Забежав внутрь, я увидела, что все выглядело намного лучше, чем раньше. Обои были свежими, не выцветшими. Занавески на окнах- витринах больше не напоминали унылые сопли.
- Красота! – повертелась я, закинув голову и чуть не плача от счастья.
Я вышла из ателье, чувствуя, что Дитриха все-таки нужно поблагодарить, как вдруг увидела того самого старичка мага. Он подозрительно осматривался. Они стояли втроем. Дитрих, Фогс и старый чародей.
- … ну вы понимаете, если вы при помощи вещи хотите выследить человека, то это противозаконно! – предупредил чародей.
- Нет, что вы, - улыбнулся Дитрих обезоруживающей улыбкой. – Это – кольцо моей покойной матушки. И я его потерял… Забыл где-то. Оно очень дорого мне, как память…
Я застыла, боясь пропустить хоть слово.
- … с огромным изумрудом? Да? – заметил чародей, почесав бороду. – Не могли бы вы его нарисовать! По рисунку мы быстро найдем! Заклинание, в самом деле, очень простое! Раз, два и все!
Дитрих выдернул у Фогса блокнот, распахнул его и бесцеремонно вырвал оттуда исписанный лист.
- Надеюсь, тут не было ничего важного? – спросил Дитрих, брезгливо глядя на покрасневшего Фогса.
- Там мои стихи! – возразил Фогс, видя, как Дитрих переворачивает лист, на котором виднелись кривые строчки.
- И губы лепестками розы… - прочитал Дитрих, поднимая брови. – И бриллианты, словно слезы. Мне не хватает… что-то там… прозы… Лишь о тебе мечты и…. Что? Грезы? Ты серьезно? Знаешь, будь я дамой, я бы тебе дал. Стихами. По морде! Со словами: «Кто это сделал!». А потом бы попросила бы своего папеньку взять ружье и пострелять в тебя, в надежде убить твою музу. Или тебя. Меня бы устроили оба варианта.
Я замешкалась, понимая, что сейчас Дитрих что-то рисует, а все с интересом смотрят на его рисунок.
- Нужно срочно избавиться от кольца! – прошептала я, уцепившись за новенький дверной косяк.
18.2
Я бросилась обратно в ателье, вынула доску и сжала кольцо в руке. «Куда его?», - стучало у меня в голове, когда я с грохотом неслась по ступеням вниз, где возле кареты Дитрих демонстрировал магу свое умение рисовать.
И тут, мой взгляд упал на часовню богини любви. Выскочив на улицу, я направилась в часовню, в надежде, что обо мне все забыли. Проскочив юркой мышкой мимо троих, я взбежала по ступенькам и распахнула двери.
-… это грех? – послышался сдавленный голос из-за розовой шторки.
- Это, дитя мое грех! – строго произнес Бесподобный Елауарий. – Грех не попробовать! А теперь ступай с любовью!
Из –за шторки
