Но что известно ей о тех, кто погребен там? Повернувшись и увидев все то же отсутствующее выражение на лице управляющего, Гэвин ощутил, что его желание узнать правду еще усилилось. Проклятия, призраки, давно забытые склепы… за всем этим крылось нечто… Но что?
Гэвин покачал головой. Каким бы неожиданным ни оказался ответ Джоанны на вопрос об убийстве ее родителей, она была совершенно уверена, что это дело рук человеческих.
– Аллен! – рявкнул Гэвин, привлекая внимание своего собеседника. – Эти люди, о которых ты говоришь, – те, что покоится в склепе, – кем они были и откуда пришли?
Управляющий смотрел в сторону, похоже, не желая давать ответ. Но Гэвин не собирался сдаваться.
– И как давно они были похоронены?
Аллен молчал. Начиная терять контроль над закипающим раздражением, Гэвин сделал угрожающий шаг к нему. Однако управляющий все же отреагировал на очевидное неудовольствие своего хозяина и с неохотой заговорил:
– Возраст этого склепа намного превышает возраст любого из ныне живущих. Совершенно точно, что он старше меня более чем в три раза. В отношении имен умерших мне известно только то, что они были святыми, мой лорд. Из аббатства.
– Из аббатства?
Аллен поймал вопросительный взгляд Гэвина.
– Да, мой лорд. Это все, что я знаю. Хотя за те годы, когда проклятие… когда несчастные случаи стали все чаще происходить с владельцами Айронкросса, крестьяне начали рассказывать легенды о криптах и таинственной силе тех, кто там похоронен. Еще с детства я помню, как они приходили.
– Кто приходил?
– Крестьяне, мой лорд. Бедные, невежественные люди. Они оставляли в склепе дары и прочие подношения, чтобы отвратить не только несчастья из-за проклятья, но и всяческие бедствия. Подобно пилигримам, они как паломники приходили сюда со всех уголков Шотландии – из земель Маккензи и Маклеодов, Кемпбеллов и Макинтайров. Можно было подумать, что сюда переместился Иерусалим. Но в то время у нас не было владельца, который проводил бы достаточное время в Айронкроссе, так что никто не обращал внимания на людей с гор, бродивших по подземельям замка.
Аллан задумчиво смотрел на серебряную гладь озера, видневшегося в конце долины.
– Продолжай! – резко приказал Гэвин, выводя старого управляющего из состояния задумчивости.
– Все это закончилось, когда сэр Дункан Макиннес стал владельцем замка Айронкросс. Он приказал простым людям держаться отсюда подальше и назначил наказание тем, кого обнаружат в подземельях. – Аллен пожал широкими плечами и снова устремил взгляд куда-то вдаль. – С тех пор там никто не появлялся. Именно поэтому никто из поместья не смеет туда ходить. И по этой же причине никто ничего не помнит.
– Но зачем владельцу Айронкросса хоронить кого-то из аббатства в пещерах под собственным замком? Почему не во дворе часовни? Почему не в церковном дворе аббатства? Святые они или нет, хоронить их там не имело никакого смысла.
– Я… я не знаю, мой лорд.
Лицо Гэвина омрачилось: управляющий так и не смог удовлетворить его любопытство.
– Как ты думаешь, в какой степени Мать осведомлена об истории этих людей?
Аллен как-то странно посмотрел на хозяина и медленно покачал головой в знак отрицательного ответа.
– Я не…
– Ты не веришь в то, что она знает? – рассерженно прервал его Гэвин. – Или ты думаешь, что она мне не расскажет?
– Она… Это, безусловно, было бы неразумно…
– Неразумно? Задавать вопросы Матери? Но почему, Аллен?
Управляющий заколебался и с явным облегчением услышал приближающийся топот лошадей. Гэвин обернулся и увидел, что из рощи выехали и направляются в их сторону Этол и его люди. Он заметил пару косуль, притороченных к седлам охотников из графской свиты.
Наблюдая за приближением гостя, Гэвин снова повернулся к управляющему.
– Похоже, мы добыли больше дичи, чем нам нужно. Разделай добычу графа и скажи людям, что на обратном пути мы остановимся в аббатстве.
– Но какова причина этого визита, мой лорд? – нерешительно спросил Аллен с растерянным выражением на лице. – Неужели вы попытаетесь задать Матери эти вопросы? Я имею в виду склеп.
– Именно, – подтвердил Гэвин, строго глядя в лицо управляющего. – Мне теперь ясно, что от собственных людей я много не узнаю… если только не выбью из них сведения палкой. Думаю, что из разговора с Матерью мне удастся почерпнуть гораздо больше.
Управляющий не проявил желания продолжать беседу, хотя на его лице определенно просматривалась обеспокоенность. Гэвин, совершенно неудовлетворенный полученными ответами, повернулся к лошади. «Безусловно, – думал он, – захочет ли Мать сообщить мне то, что знает, – это отдельный вопрос». Оседлав своего жеребца, он направил его по крутому холму вниз, где ждал Этол со свитой.
С того момента как Джоанна назвала Мать виновной в убийстве, Гэвин искал повод навестить старую женщину и сделать это до вечерней встречи с девушкой. Вся эта история выглядела очень странно. Во время первого посещения аббатства Мать вспоминала о Джоанне как о частом госте и упоминала о ней как о друге. Но Гэвин вспомнил и то, какими загадками отвечала Мать на его вопросы о девушке с портрета. Теперь, зная о том, что Джоанна все это время была жива, он гадал, знала ли старая аббатиса всю правду. И если да, то каким образом? И, что важнее всего, как Джоанна, если только, конечно, не видела ее с факелом в руке, прошла путь от почти дружеских отношений с Матерью до обвинений в убийстве?
– Вижу, вы смогли еще кое-что добыть, – сказал Гэвин, приближаясь к своему гостю.
– Да, – кивнул в ответ граф. – И еще пару, причем без особых усилий. В ближайшее время вам не понадобится охотиться, чтобы наполнить кладовые Айронкросса.
Гэвин опустил руку на шею Париса.
– Я подумал о более стоящем использовании мяса, которое мы добыли сегодня. Мы остановимся в старом аббатстве по дороге назад в Айронкросс. Я хочу отвезти туда часть нашей добычи. И пока мы будем там, я смогу немного пообщаться с аббатисой Матерью.
Молчание Этола и его омрачившееся лицо не остались незамеченными Гэвином.
– Если вы не хотите сопровождать меня туда, мы можем встретиться уже в замке. Мой управляющий поедет с вами и позаботится о том, чтобы вы не испытывали никаких неудобств. – Произнося эти слова, Гэвин следил за сменой выражения лица графа.
– Да, – наконец произнес тот. – У меня нет никакого желания видеть эту старуху и унылую груду камней, именуемых аббатством. Мы встретимся в Айронкроссе.
В то время как Гэвин пытался скрыть свое удовлетворение, он встретился с пристальным взглядом серых глаз Этола.
– Скажите мне, – спросил тот доверительным тоном, – хорошо ли вас встретили в аббатстве во время первого визита?
